Д-р Клеменс Мария Франц фон Беннингхаузен

Клеменс Мария фон Беннингхаузен

Ценность высоких потенций

Allgemeine homöopathische Zeitung, B. LXI, S. 134
Перевод д-ра Сергея Бакштейна (Москва)

На страницах с 282 по 288 мартовского и на страницах с 327 по 336 апрельского номеров за этот год (1860) ежемесячного "Америкэн хомиопатик ревью" мы находим большой и любопытный доклад д-ра Б. Финке из Бруклина, Нью-Йорк, который лечил высокими потенциями, обычно давая одну дозу.

Принимая во внимание все еще продолжающуюся дискуссию о позологии, этот доклад весьма интересен, поскольку сообщает о самых необыкновенных и убедительных фактах, правдивость которых не может подвергаться сомнению, ибо они помещены в журнале, издаваемом только достойными людьми. Для нас наибольший интерес представляет внимательное изучение выводов автора, поэтому мы дословно перевели некоторые фразы, и там, где нам было что сказать, добавили свои замечания. Переводы снабжены номерами так же, как в оригинале, а наши примечания следуют непосредственно за ними.

Но первым делом необходимо привести слова автора о высоких потенциях в самом начале статьи, которая снабжена важным эпиграфом: "Доза едва ли может быть слишком малой" (Ганеман, "Хронические болезни", ч. 2, 1-е изд., стр. 149).

Автор статьи сам изготавливал эти потенции на протяжении десяти лет по сотенной шкале частью с помощью тритураций, частью с помощью растворения в жидких настойках, частью с помощью встряхиваний на аппарате с тугой стальной пружиной, частью с помощью встряхиваний рукой. Поэтому здесь нет никакой даже неумышленной мистификации, в которой гипертрофированный скептицизм подозревает лекарства Йенихена.

В рецептах автора в числителе указано число крупинок размером с горчичное зерно, а в знаменателе точная сотенная динамизация для всех вышеназванных способов приготовления. Поэтому и в этом вопросе не может оставаться никаких сомнений.

Нозологические наименования болезней используются только для упрощения регистрации пациента.

Подробные сообщения о 32 излечениях едва ли будет уместным помещать в нашем докладе. Однако почти все они заслуживают внимания, поэтому мы без малейшего колебания призываем ознакомиться с упомянутым журналом, который, помимо этой, содержит еще немало важных оригинальных статей.

1. "Сила и эффективность гомеопатических лекарств не ограничивается ни низкими разведениями, ни 30-ми или 200-ми потенциями, но обеспечивается длительными сериями высоких динамизаций. Она может появиться, начиная только с 20 000 сотенного разведения Sulphur".

Это заключение основано на четырех излечениях, достигнутых с помощью Sulphur 20 000 и описанных в предыдущем докладе, а именно в № 7 (ангина области зева), в № 9 (ревматическая офтальмия), в № 10 (кератит) и в № 21 (желудочный кашель). Эти четыре случая были излечены одной дозой упомянутой высокой потенции: в случаях из № 7 и 9 назначались две гранулы, а в № 10 и 21 только одна, при этом исцеление было настолько полным, что других лекарств не потребовалось.

2. "Еще не решен вопрос, на какой стадии потенцирования сила и эффективность гомеопатических лекарств подходят к завершению".

Д-р Финке стал доводить потенции до величин, которые, учитывая необычайную эффективность его лекарств, полностью оправдывают такое заявление, так как в перечисленных случаях излечения мы находим следующие потенции: Aconitum 1100, Arnica 1100, Belladonna 1400 и 6000, Bryonia 9000, Cantharis 1600, Carbo an. 1000, Cham. 1730, China 8000, Hepar s. c. 1750, Mercur 3000, Nux vom. 5000, Phosphorus 5000, Pulsatilla 5000 и 7000, Rhus tox. 10 000, Sulphur 20 000 и Veratrum 2400. А у нас имеются препараты Йенихена Arsenicum 40 000 и Phosphorus 19 000, и мы видели самые достоверные признаки лечебного воздействия обоих как на людей, так и на животных. Поэтому может показаться, что собственные силы лекарства могут возрастать до бесконечности, если эти лекарства готовятся надлежащим образом. Вероятно, здесь уместно сравнение с магнитом, сила которого может распространяться на неопределенное число стальных пластинок, при том что сила самой магнитной пластинки не утрачивается и не ослабевает.

3. "Высокие потенции демонстрируют свою эффективность, если назначаются в единственной дозе".

С самого начала использования высоких потенций почти все внимательные наблюдатели убедились, что первые как правило не требуют немедленных повторений, однако допустимо разделение дозы в водном растворе (если его встряхивать перед приемом). Приемлимое решение этого вопроса вы, возможно, найдете в одном факте, который мы приведем в комментарии к № 7.

4. "Иногда высокие потенции демонстрируют феномен гомеопатического обострения".

Из нашего восемнадцатилетнего опыта с потенциями, хотя и несколько ниже, мы можем не только подтвердить это, но и продемонстрировать доказательства на примере множества случаев из наших регистрационных журналов. Наиболее убедительными являются весьма нередкие случаи, когда либо мы сами были вынуждены дать антидот, либо пациенты признавались, что испортили действие лекарства ошибками в диете. Следует учитывать, что последнее не всегда бывает легко выявить.

5. "Высокие разведения, которые были потенцированы с помощью только одного встряхивания рукой, превосходно действуют и приносят излечение".

У нас нет собственного опыта в этом вопросе, поскольку при потенцировании наших лекарств мы всегда производили десять встряхиваний. Однако нет ни малейших оснований подвергать сомнению данное наблюдение уважаемого д-ра Финке; напротив, мы благодарны ему, поскольку это найдет важное применение в техническом направлении. Однако этот опыт никак не может противоречить опыту Ганемана и его учеников, а именно, что продолжительные тритурации или встряхивания делают разведения еще сильнее. Мы также советуем несколько раз встряхивать сосуд с жидким лекарством перед тем как смачивать крупинки, особенно если раствор некоторое время стоял без использования. Если же мы даем лекарство в водном растворе (этой методике мы обязаны д-ру Эгиди), то рекомендуем перед приемом несколько раз встряхивать сосуд. Ганеман считал эту процедуру важной, так как желательно каждый раз изменять степень динамизации, а мы склонны считать, что при этом еще и расширяется сфера действия лекарства. Как бы то ни было, но преимущества этого процесса множество раз доказывались опытом.

6. "Высокие потенции, изготовленные с помощью сильных встряхиваний рукой, зачастую не вызывают гомеопатического обострения".

Мы также часто сталкивались с этим, но только не в тех случаях, когда такие встряхивания производились долгое время. Тогда обычно, причем порой очень сильно, проявлялся феномен № 4. Но этого не происходило при неверном выборе лекарства.

7. "Вероятно, высокие потенции способствуют лучшему усвоению лекарств, что делает их гомеопатически эффективней".

По-видимому, автору не хватает подходящих слов, чтобы в полной мере выразить свои идеи. Вероятно, он, как и некоторые из нас, убедился на опыте, что высокие динамизации даже при неполном подобии все равно приносят великолепные результаты, тогда как низкие разведения того же лекарства не действуют, и заканчивая предложение, он захотел привести это наблюдение и для этого выбрал такое выражение, которое одновременно напоминало бы нам о законе подобия. Мы и некоторые из наших старых друзей за много лет приобрели аналогичный опыт, когда в точности подходящее гомеопатическое лекарство еще не было открыто, и тогда мы обнаруживали, что самое ценное свойство высоких потенций, возможно, заключается в том, что при каждом повышении динамизации открываются новые ранее дремавшие силы, и таким образом сфера действия лекарства постоянно расширяется. Это постепенное умножение симптомов путем потенцирования мы после долгих наблюдений считаем настолько бесспорным фактом, что рассматриваем его как доселе неведомый новый закон природы, столь же удивительный, сколь и полезный на практике. Мы и раньше могли видеть намек на этот закон в лекарственном действии гомеопатических препаратов, изготовленных из веществ, которые без специальной обработки почти совершенно неактивны, например, некоторые металлы или соли, и не становятся лекарствами до тех пор, пока они не будут потенцированы, но посредством потенцирования, как всем прекрасно известно, они приобретают огромную лечебную силу. И в этом мы узнаём заботливую доброту Творца природы, который почти всем веществам дал лекарственные свойства, но спрятал и запечатал их подобно огню, чтобы те, если не будут сознательно пробуждены, не смогли проявить свое вредоносное действие при каждодневном приеме с пищей. Возрастание этой лекарственной силы пропорционально возрастанию динамизации настолько поразительно, что не может не убедить каждого внимательного наблюдателя. Она чаще и поразительнее всего проявляет себя в симптомах, которые раньше не были замечены при испытаниях, но по своей локализации и ощущениям имеют некоторую аналогию с тем, что уже известно. На это в основном опирается классификация нашего "Терапевтического справочника", и его четырнадцатилетнее использование полностью подтверждает то, о чем сейчас говорилось. Только лишь в том, что касается усиления и ослабления симптомов в зависимости от времени, положения тела и других обстоятельств, высокие и низкие потенции остаются неизменными, и это постоянное единообразие должно заставлять гомеопатов изучать эти движущие силы с исключительным усердием и обращать на них особое внимание при выборе лекарства. К сожалению, мы вынуждены прервать здесь дискуссию на эту самую важную тему, но при благоприятном случае представим наш опыт с бóльшими деталями. Однако уже сейчас мы хотели бы привлечь внимание наших друзей и коллег к этому вопросу.

Из многочисленных фактов, имеющих отношение к этой теме, будет удачным примером наш следующий опыт.

Несколько недель назад в округе Даруп появилась болезнь крупного рогатого скота, проявляющаяся внезапным полным параличом конечностей. Из девяти или десяти коров, пораженных этим недугом, лишь две, насколько известно, остались живы, но их ноги остаются тугоподвижными, и они едва передвигаются. Две недели назад заболела корова с нашей фермы в Дарупе, и все попытки поставить ее на ноги оказались тщетными. К нам за помощью приехал посланец из тех мест. Он не смог назвать дополнительных симптомов и увез с собой два порошка, а именно один порошок Pulsatilla 200 и два порошка Nux vomica 200 с указанием дать второй порошок только спустя двенадцать часов (как всегда растворив в воде) в том случае, если первый за это время не даст результатов. Посланец в ту же ночь отправился в Даруп и прибыл туда в 4.30 утра, а в 5 часов корова, состояние которой не изменилось, получила первое лекарство согласно нашему назначению. Около десяти часов утра, то есть спустя четыре часа, служанка к своему немалому удивлению обнаружила корову стоящей в стойле и с большим аппетитом поглощающую корм. Когда корову вывели из стойла, то не обнаружили ни малейшего признака хромоты или тугоподвижности, то есть исцеление было полным и остается таковым и поныне. Значит, Pulsatilla оказалась верным лекарством. Спустя несколько дней корова из близлежащей фермы (Нагель) заболела тем же недугом. Поскольку быстрое излечение нашей коровы вызвало в округе большой ажиотаж, фермер попросил второй порошок (Nux vom.) и дал его корове, которая тоже выздоровела, хотя и не так быстро как наша, но тоже в пределах двенадцати часов, и с тех пор остается здоровой. Поскольку болезнь у обеих коров была одной и той же, а случаев спонтанного излечения этой болезни не наблюдалось, и поскольку оба лекарства, хоть и отличающиеся одно от другого, тем не менее привели к поразительному результату, мы приближаемся к заключению, что лишь благодаря высокой динамизации целебная сила каждого лекарства достигла такого предела, что оба стали гомеопатически подходящими и смогли в равной степени, пусть и за различные, но короткие промежутки времени, привести к полному и постоянному исцелению. Трудно будет найти другое столь же подходящее решения этого вопроса, который никак нельзя назвать второстепенным.

(Неужели, если следовать этой идее, высокие потенции снижают необходимость точной индивидуализации? Это было бы весьма печальным результатом. — Прим. ред.)

8. "Целебная сила и действие гомеопатических лекарств, как это предвидел сам Ганеман (см. "Органон", 5-е изд., § 275), в каждом случае обусловлены и определены как величиной дозы, так и ее гомеопатической сообразностью".

В этом отрывке приводится ссылка на параграф "Органона", что придает заявлению должное значение. Здесь Ганеман предостерегает нас не от слишком малых, а только от слишком больших доз, и к тому же выделяет курсивом "слишком сильные дозы". Особое пояснение дается в следующем § 276, в котором он подчеркивает, что большие дозы особенно вредоносны. Для многих молодых гомеопатов наших дней очень важным будет примечание к этому параграфу, а именно: "Успехи, достигнутые в последнее время некоторыми гомеопатами при употреблении больших приемов, объясняются отчасти удачным выбором низких делений, как и я это делал лет 20 тому назад, отчасти же не вполне гомеопатическим выбором самого лекарства". Между прочим, следует упомянуть, что эти слова были написаны в 1833 году, а если отсчитать 20 лет назад, то это будет 1813 год, период "первой молодости" гомеопатии. Однако о том, как Ганеман медленно приходил к малым дозам и высоким потенциям, свидетельствуют издания "Чистой Материи медики" за разные годы. О том прогрессе, которого он достиг в свои поздние годы (то есть спустя десять лет) вплоть до самой смерти (в 1843 г.), известно только ближайшим друзьям, среди которых посчастливилось быть и нам, поэтому мы вправе заявить, что все самонадеянные попытки представить его взгляды на этот вопрос неизменными являются надуманными и лживыми.

9. "Поскольку целебная сила и эффективность высоких потенций доказаны, то, значит, любая потенция, а поэтому и любая высокая потенция, может служить дозой для каждого конкретного пациента".

10. "Отсюда следует необходимость индивидуализации дозы, а не только лекарства".

11. "Возможность индивидуализации дозы возрастает с числом разнообразных потенций, которые могут использоваться".

12. "В этом отношении вопрос позологии значительно расширяется, а поскольку его можно решить только 'путем чистых опытов и тщательных наблюдений' ("Органон", § 278), крайне важно проводить больше экспериментов с высокими потенциями".

13. "Такие эксперименты должны проводиться с лекарствами, испытываемыми на человеческом организме, до тех пор, пока эти лекарства проявляют себя как реактив, или лакмусовая бумажка, для организма в болезненном состоянии, достаточно чувствительного к веществам столь тонким, каковыми являются эти лекарства".

Что касается пяти предыдущих пунктов, которые следуют один из другого и взаимно объясняют и дополняют друг друга, то здесь нам необходимо лишь подчеркнуть один момент, который указан в ссылке на "Органон" из № 12 и касается эксперимента и опыта. Мы не можем принимать никаких утверждений или даже предположений, а твердо верим лишь в постоянный и бесспорный опыт, даже если не можем понять природу явления. Исходя из этого, мы считаем себя вправе сомневаться в любом положении нашей терапии, пока не получим исчерпывающих доказательств. Среди этих подвергающихся сомнению положений мы особенно отметим часто повторяемое утверждение, что высокие потенции годятся только для хронических болезней, а острые состояния должны лечиться низкими разведениями. Те, кто до сих пор это утверждает и хочет превратить это в аксиому, не представили нам четких доказательств, а с другой стороны, те, кто провел сравнительные эксперименты, быстро убедились в обратном. На самом деле не требуется много экспериментов, чтобы обнаружить, что высокие потенции действуют гораздо быстрее низких (что видно из случаев исцеления, приведенных автором), а поскольку при острых заболеваниях мы стремимся к скорейшему излечению, то, следовательно, высокие потенции будут наиболее предпочтительными.

Очень часто в статьях о позологии мы встречаем утверждение, что врач должен иметь в своем распоряжении целые серии динамизаций, чтобы быть в состоянии выбрать лучшее и подходящее для данных условий и обстоятельств. Это и в самом деле звучит весьма убедительно и обоснованно, но только для непосвященных, а мы видим здесь лишь пустые слова, которые будут морочить головы простаков до тех пор, пока не появятся четкие правила, основанные на незыблемом опыте, согласно которым та или иная потенция заслуживает предпочтения и должна быть назначена. Мы пока не можем найти еще такие же ложные правила, за исключением приведенного выше, неправильность которого очевидна и которое используется лишь немногими.

14. "Гомеопатические потенции, то есть те тонкие лекарственные препараты, что изготовлены соответственно методу и практике Ганемана, при более внимательном изучении ни в коем случае не будут только лишь более мелкими частями лекарств, но видоизменением и развитием и одновременно, если так можно сказать, постепенным созданием и расширением лекарственных свойств препаратов".

Мы рассматриваем это положение как абсолютно верное. Оно согласуется с тем, что мы детальнее изложили в нашем примечании к № 7. Поэтому теперь мы только ссылаемся на него.

15. "Если же мы начнем говорить о расчетах, то одна лишь математическая доля частей лекарства, содержащихся в такой потенциированной дозе, будет весьма неопределенной, что приведет к ошибкам и путанице, как это уже случалось. Более того, бесконечные серии полученных при расчетах цифр поражают восприятие. Все это вместе в конечном счете никак не соотносится со свойствами исходного вещества".

Для подтверждения правоты этого предположения, кроме всего прочего, можно сослаться на § 284 Органона (5-е изд.) и примечание к нему.

16. "Теории (технике) потенциирования мы обязаны работам Корсакова и Жослена, имеющим огромную ценность".

Метод Корсакова хорошо известен, что же касается упомянутого здесь Жослена, то о нем мы слышим впервые. Суть первого заключается в том, что после тщательного встряхивания сосуд опустошается, и затем в него наливается 100 капель дистиллированной воды или спирта. После опустошения сосуда по меньшей мере одна капля останется прилипшей к стенке, и она будет единицей предыдущего разведения для следующего раствора. Можно возразить, что таким образом невозможно соблюсти математическую точность пропорции от одного до ста. Но это будет излишней скрупулезностью и придирками, если мы сочтем нарушением столь малый дефект, влияние которого, безусловно, исчезнет с дальнейшим продолжением манипуляций. С другой стороны, хранение во многих пробирках и при этом в спирте, когда берется вода для промежуточных стадий, очень хлопотно, а результаты, когда их сравнивали с результатами ганемановских препаратов, всегда были одинаковыми. Конечно, для потенций, которые надо хранить, а также для правильного хранения и смачивания пилюль надо брать только спирт. Поэтому мы ничего не можем сказать против метода Корсакова, а если метод Жослена согласуется с ним, то и против него.

Как нам хорошо известно, Йенихен в свои последние годы изготавливал высокие потенции всех часто используемых гомеопатических лекарств, все они сохранены и находятся в распоряжении д-ра Ренча в Висмаре, который обязался за умеренную цену снабжать ими всех гомеопатов. Имеется определенная неясность относительно метода, которым пользовался этот уважаемый муж, бывший истинным энтузиастом гомеопатии, и эта неясность удерживает некоторых от назначения его препаратов. Однако из двух сохранившихся его писем достаточно ясно, что он в точности применял указания Ганемана и сотенную шкалу. В специальном приложении мы привели эти письма с нашими комментариями*.

17. "При использовании высоких потенций мы будем, согласно опыту, применять следующее правило: чем выше восприимчивость организма, тем выше потенция и меньше доза".

В нашем комментарии к № 13 мы уже выразили свое осуждение, основанное на многолетнем опыте, и мы твердо будем стоять на своем, если наша ошибка (о которой мы пока не догадываемся), не будет в полной мере продемонстрирована с помощью опыта. Пока этого не произойдет, мы будем спокойно ждать и наблюдать, будут ли наши многочисленные оппоненты сохранять эту позицию без каких-либо сравнительных экспериментов или же они начнут по крайней мере прислушиваться к заверениям честных людей и проводить такие эксперименты, а не упорствовать в слепых и недоказанных убеждениях и не отстаивать их.

18. "Для научного обоснования целебной силы и эффективности высоких потенций мы процитируем известный закон природы, описанный и математически доказанный Мопертюи, этот закон применим и для медицины. Речь идет о законе минимальных воздействий, некоторые называют его Lex parsimoniae, хоть и осмеянном Вольтером, но принятом и объясненном Эйлером и вновь обретшим свое заслуженное место благодаря Франклину. Автор сформулировал этот закон следующими словами: "La quantité d`action nécessaire pour causer quelque changement dans la nature est la plus petite qu`il soit possible", то есть количество действия, необходимого для того чтобы произвести любое изменение в природе, будет самым минимальным из всех возможных".

"В согласии с этим общим принципом основной вес определяется чем-то бесконечно малым. Применительно к нашей терапии можно сказать, что высокая потенция содержит самую малую дозу, вполне достаточную, чтобы сдвинуть чашу весов, то есть вызвать исцеление, только если эта потенция соответствует гомеопатически".

Пьер-Луи Моро де Мопертюи (род. в 1697 г., умер в 1759 г.) в 1740 был приглашен в Берлин королем Фридрихом Великим на должность президента Берлинской Академии. Среди работ, появившихся в Академии, есть и его вызвавший бурную критику трактат от 1746 г. "О законах движения и покоя согласно (метафизическому) закону минимальных воздействий". Среди самых свирепых его оппонентов был и легкомысленный Вольтер, который прежде величал его своим почитаемым учителем, высочайшим гением, Архимедом, Колумбом, а теперь принялся обзывать его причудливым умником и эксцентричным философом, но который тем не менее был вынужден уступить ему место в Берлине. Я сам, обладая слишком практическим умом, чтобы вместе с Эйлером и Франклином углубляться в лабиринты философии и защищать Lex parsimoniae, предпочту дать этой дискуссии развиваться в высших интеллектуальных кругах перед глазами общества. Здесь также имеет место множество феноменов, которые будут достаточно поучительными для тех, кто старается прислушиваться к рассудку. Здесь мы повсюду видим как противоположности (которым подвластны обе стороны и которые так сильно отличаются друг от друга) отчетливо выделяются и демонстрируют свое действие. Но та же самая природа с той же безупречностью производит на наших глазах мягкие и почти незаметные перемены, развивая свои могучие и неизмеримые силы. Вот теплые мягкие небеса изливают в своем изобилии благодать и процветание на землю, а вот ураган с молниями и градом несут повсеместное разрушение. При умеренном тепле растение цветет и плодоносит, при знойной тропической жаре оно засыхает, а при арктическом холоде севера замерзает. И таких контрастных примеров можно представить великое множество, и если мы в состоянии их рассмотреть, то все они доказывают общее правило, что мягкое всегда побеждает, а насилие приводит к худшему.

19. "Поэтому данный закон воздействия (minimus maxima) является существенным и необходимым дополнением к закону гомеопатии (Similia similibus) и очень близок к нему".

Мы также заявляем о совершенном согласии с этим заключением и находим в этих двух принципах подобия и минимальности дозы главное различие между аллопатией и гомеопатией. Как аллопатическое Contraria contrariis тотчас же образует противоречие с нашим Similia similibus, точно так же существует противоположный подход к величине дозы: они дают максимальную дозу, какую способны выдержать силы пациента, а мы назначаем дозу настолько малую, насколько этого может быть достаточно для исцеления, не вызывая при этом никакой опасности или иного расстройства.

ПРИМЕЧАНИЯ

* См. статью "Высокие потенции Йенихена".

Клинические наблюдения Беннингхаузена Клинические наблюдения   оглавление Оглавление   Библиография  Библиография работ Беннингхаузена