Д-р Клеменс Мария фон Беннингхаузен (Германия)

Клеменс Мария фон Беннингхаузен

Афоризмы Гиппократа с примечаниями гомеопата

Лейпциг, 1863


Перевод Натальи Миловановой (Санкт-Петербург)

— 113 —

26. Лучше, если лихорадка наступит после конвульсий, чем конвульсии после лихорадки.

Хронические судороги, например, при многочисленных разновидностях эпилепсии, а также судороги истериков или ипохондриков, которые зачастую бывает полностью вылечить сложно, а если они продолжаются долго, то и невозможно, разрешаются присоединением какой-либо лихорадки. Причем при застарелых заболеваниях такого рода кажущееся улучшение не продолжается долго, и после выздоровления судороги возвращаются,


эти побочные жалобы и не отвлекаться на самые яркие общие признаки (озноб, жар, пот), так как они редко бывают по-настоящему характерными. Если, с другой стороны, как это часто бывает, перемежающаяся лихорадка носит эпидемический характер, то совокупность симптомов, наблюдаемых у нескольких пациентов, дают чрезвычайно полезную подсказку как для специального исследования каждой отдельной клинической картины, так и для большей уверенности в выборе лекарств. Автор уже несколько лет работает над новым изданием своей уже упомянутой в "Органоне" на стр. 251 "Терапии перемежающихся и других лихорадок" и надеется, что оно поможет практикам нашей науки врачевания добиваться успехов при лечении этого сложного завболевания.
     В области естественных наук каждый первооткрыватель или изобретатель чего-то нового имеет право дать ему название. Как только это будет сделано, никто не имеет права впредь менять это название на другое или использовать его для обозначения чего-либо другого. Ганеман не только в полной мере использовал это неоспоримое право, чтобы так назвать гомеопатию, но и недвусмысленно исключил из своего учения все ему чуждое. Хотя ни одному врачу нельзя отказать в праве иметь иные воззрения и мнения, тем не менее очевидно, что тем самым он лишает себя права называться гомеопатом, как это стало с теми, кто уже в самом начале отклонились в некоторых моментах от первоначального учения основателя и назвали себя ради отличия специфистами. Сегодня быть гомеопатом стало так престижно, что любой врач может называть себя им, даже если "Органон" и "Чистое лекарствоведение" знакомы

— 114 —

иногда став даже тяжелее. Такое временное затишье нельзя назвать настоящим и основательным излечением; скорее, в этих процессах можно найти лишь подтверждение гомеопатической точки зрения, что две разные болезни никогда не могут сосуществовать одновременно у одного человека. Это мнение, правильность которого доказана многими поразительными примерами, подтверждает и связанное с ним правило, что верно выбранное средство должно соответствовать всем основным показаниям болезни, и лекарства не могут назначаться для лечения каждого из них по отдельности, то есть симптоматически63.

Вторая половина афоризма, вероятно, относится только к судорогам, сопровождающим лихорадки, вызванные внутренними воспалениями, рецидивами сыпи и тому


ему только из убогих кратких сборников и реперториев, или он отрицает учение о динамизации или помещает его на десятичную шкалу, которую никогда не признавал основатель, или он повторяет по несколько раз каждое лекарство и допускает много других нарушений. Эти люди потеряли право называть себя гомеопатами из-за своих действий, и то, что они практикуют, никто не может выдавать за истинную гомеопатию. Колоссальное различие между дозами аллопатов и настоящих гомеопатов продолжает существовать, и приговор "Pr. Med. Zeitung", отрицающий это и пытающийся тем самым обосновать свое требование об отмене свободы гомеопатов готовить и отпускать свои лекарства, лишен опоры и барахтается в воздухе.
63 Старые врачи, наблюдавшие за отдельными признаками гораздо тщательнее, чем это делается сегодня, обнаружили, что обычный симптом пены у рта отсутствует во время судорог, возникающих при глистных заболеваниях. Поразительным образом это соответствует нашей терапии, потому что у основных лекарств, которые у нас есть и которые мы успешно применяем для лечения этого осложнения (Ars., Cina, Kali, N. vomica, Petr., Plat., Sil. и Sulph.), этот симптом также полностью отсутствует, и обнаруживается только у Calc. carb., которая соответствует и другим формам этой болезни.

— 115 —

подобными явлениями. Каждый врач знает, насколько они опасны, и как часто такие пациенты будут обречены на смерть, если лихорадка и сыпь не вернутся.

27. Не следует доверять всем тем благоприятным явлениям, которые облегчают состояние вне ожидания, но и ухудшение, не соответствующее естественному ходу событий, не вызывает опасений. Среди большинства проявлений обоих видов первые носят преходящий и кратковременный характер, а вторые ни в коем случае не продлевают болезнь.

Для обоснования и объяснения этого афоризма комментаторы приводят всего два отрывка — из "Прогностики" Гиппократа (II, 30, 6) и из Цельса (II, 11), где в основном говорится только об ожидаемых рецидивах, а мы считаем, однако, что существует более глубокий и неизмеримо более важный смысл, потому что о внезапном обострении нигде больше не говорится подобным образом, и оба изменения в этом месте не просто обсуждаются выше, но и рассматриваются как противоположные друг другу. Еще менее правильно и исчерпывающе интерпретируют его те, кто считает, что здесь речь идет лишь о случайных вторичных симптомах, кратковременное улучшение или обострение которых не оказывает существенного влияния на основное заболевание. Нам кажется, что в этом афоризме проницательный наблюдатель впервые обозначил контраст между паллиативным (антипатическим) и гомеопатическим первичным действием, чрезвычайно важным и разнообразным проявлением органической

— 116 —

жизни, которое до сих пор так часто остается совершенно непризнанным и получило должную оценку исключительно благодаря учению гомеопатии64.


64 В аллопатических сочинениях, где речь идет о действии лекарств на живой организм, практически каждая фраза — это доказательство незнания или как минимум невнимания к их первичному действию и последействию. О последнем там говорится только в общих чертах, а первичное от него не отличают, поэтому старая школа держится мнения, что непосредственное лечебное действие лекарства — это необходимое естественное следствие, а отсюда и целесообразность увеличения доз вплоть до того момента, когда наступает настоящая интоксикация. Жизненную силу признают необходимой лишь постольку, поскольку без нее лекарства, как в безжизненном организме, не могут действовать, тогда как способность организма реагировать на враждебные вещества остается без внимания. Но, с другой стороны, vis medicatrix naturae (лат. целительная сила природы. — Прим. перев.) не игнорируется, и полагают, что исцеления в гомеопатии происходят только благодаря ей.
     Возможно, Ганеман при переводе "Фармакологии" Куллена также читал его "Теоретические и практические основы медицины", и благодаря этому обратил внимание на двойное действие (первичное действие и последействие лекарств). Наилучшим образом он объясняет это в своем учении о лихорадке: "Любая лихорадка делится на три периода: слабость, озноб, жар, которые следуют друг за другом и которые всегда должны рассматриваться как последовательные причины и следствия, так что слабость вызывает озноб, а озноб жар. Чтобы объяснить, как это происходит, нужно обратиться к общему закону животной экономии: он проявляется в том, что те процессы, которые склонны оказывать вредоносное действие на организм и разрушать его, часто вызывают в том же организме такие реакции, которые способны препятствовать этим процессам или останавливать их. Это целительная сила природы, и вполне возможно, что многие из реакций, которые происходят при лихорадке, являются результатами этих процессов". Вероятно, здесь говорится о том, что Ганеман называет реакцией жизненной силы.
     Д-р Зимерс в "Hamb. lit. Anz." 1829 г. пишет, что "большие дозы лекарств воздействуют на организм совершенно иначе, чем маленькие, при этом чем меньше доза, тем больше изменяется эта реакция организма. Здесь мы имеем принцип, который полностью соответствует учению старой рациональной школы".

— 117 —

Кратковременное улучшение состояния больного или ослабление болей, которое достигается с помощью применения паллиативных средств65, нельзя назвать истинным лечением. Его нельзя воспринимать всерьез, но врач должен отнестись к такому лечению с особым вниманием, чтобы дальнейшие изменения в ходе болезни не застали его врасплох. Таким образом, при любых серьезных жалобах врач не должен всякий раз легкомысленно назначать такие лекарства, потому что это лечение непременно приведет к плохим последствиям. И только неосведомленный или несведущий использует при болях опиум или хлороформ, при слабостивозбуждающие средства, и при других похожих жалобах аналогичные антипатические препараты, после чего все жалобы, прекратившиеся после временного обманчивого лечебного действия последних, возвращаются с новой силой.

Наоборот, внезапное ухудшение состояния больного зачастую является чистым первичным гомеопатическим действием и не вызывает опасений. Конечно, такого усиления симптомов, можно избежать или по меньшей мере свести к минимуму посредством уменьшения дозы лекарства, но сами по себе такие ухудшения не опасны, даже если превышают некоторую границу. Каждый раз, если лекарство выбрано правильно, после первичного действия, вызывающего ухудшения, наступает исцеляющее последействие.


65 "Я признаю, что паллиативное лечение имеет плюсы. Особенно оно подходит при заболеваниях, которые развиваются быстро, а также когда помощь должна быть оказана незамедлительно и ее нельзя отсрочить на часы или даже на минуты. Только в таких случаях это лечение является полезным для пациента". Ганеман, "Малые труды", I, стр. 119.

— 118 —

Причем первичное действие никогда нельзя считать чем-то вредным и опасным для больного, если только при этом не появляются чужеродные симптомы, которые не входят в спектр действия выбранного лекарства66. Однако первейшая задача нашего почтенного Ганемана67 на протяжении всей его жизни заключалась в том, чтобы найти правильную меру для величины лекарственных доз и, с одной стороны, лекарства было достаточно для необходимой реакции, а с другой было так мало, чтобы оно не затрагивало те части живого организма, которые не поражены болезнью. Так он хотел добиваться излечения по возможности cito и jucunde для пациента68.

Тому, кто желает полнее и основательнее ознакомиться с антипатическим (паллиативным) и гомеопатическим (первичным) действием, мы можем рекомендовать знаменитый "Органон" Ганемана, где в параграфах с 52-го (пятого издания) до 70-го об этой исключительно важной теме рассказывается намного подробнее и доходчивее. Тот, кто не только прочтет эти поразительные параграфы, но и рассмотрит непредвзято и беспристрастно,


66 Д-р А. Винклер (негомеопат) говорит в своей (превосходной) "Теории физиологических лекарственных действий", Берлин, 1861 г.: "Любой динамический раздражитель оказывает на нервы двойное действие, начальное и последующее, которые находятся в отношениях друг с другом. Более позднее является физиологическим и противоположным первичныму. Как показывает опыт, эти действия находятся друг с другом в таких отношениях: первичное является кратковременным и быстро проходит, а последующее имеет постоянный характер и продолжается долго".
67 Toujours l’erreur impuissante est venu poser, comme une négation, devant toute conquète de l’expérience, son double argument de l’eau claire ou du poison, dont on poursuit encore de nos jours la thérapeutique hahnemanienne. Dr. A. Milcent (франц. Бессильное заблуждение всегда выдвигало как отрицательную частицу "не" перед любым завоеванием опыта свой двойной аргумент: чистая вода или яд, которого придерживается ганемановская терапия и по сей день. Д-р А. Мильсан. — Прим. авт. сайта).
68 Asclepiades officium esse medici dicit, ut tuto, ut celeriter, ut jucunde curet. Celsus, III, 4. (лат. Асклепиад говорит, что долг врача — лечить безопасно, быстро и приятно. Цельс. — Прим. перев.).

— 119 —

то он, несомненно, сможет найти в них неизменные законы природы, о которых Гиппократ только догадывался, но еще не мог их четко распознать. Впервые они были разъяснены и представлены Ганеманом, и благодаря ему стало известно об их важном значении69.

В конце этого комментария мы ради сохранения мира70 обязательно хотели бы сказать о том, что совершенно не имеем желания провозглашать только наше понимание этого афоризма правильным и противопоставлять наше мнение другим. Кроме того, мы хотели бы признаться в том, что наше глубокое убеждение в неоспоримой важности этой темы, возможно, завело нас слишком далеко и без каких-либо веских причин побудило приписать праотцу медицины заслуги, на который он в действительности не претендовал. При этом нужно учитывать, что толкователь может позволить себе определенные вольности, которые для комментатора в некоторой степени являются нарушением обязанностей. Поэтому мы оставляем каждому его мнение, требуя взамен такого же отношения к нашему, и будем довольствоваться


69 C'est Hippocrate qui doit nous servir de juger Hahnemann. I. de Monestrol, de l'Hom., p. 13 (франц. Судить о Ганемане мы должны по Гиппократу. И. де Монестроль. — Прим. авт. сайта).
      "Задача медиков станет еще сложнее, если они будут принимать во внимание отношение количества и качества не только в лекарственном средстве, но и в организме, который нуждается в исцелении. В первом случае совершенно очевидно, что качество способно развиваться и улучшаться в такой же степени, в которой оно может быть снижено из-за уменьшения количества относительно существующего качества и интенсивности. Во втором случае необходимо учитывать, что из-за болезни усиливается раздражительность организма, и прием гомогенного лекарства будет стимулом для ее активного проявления". Э. Ф. Гешель, стр. 32.
70 "Admonere, non mordere; prodesse, non laedere. Erasmus Rotterd. (лат. Предостеречь, а не уязвить; принести пользу, а не навредить. Эразм Роттердамский. — Прим. авт. сайта).

— 120 —

в данном случае тем, что воспользовались возможностью, хотя и не совсем бесспорной, обсудить закон природы, который для врача должен быть одним из самых важных и значимых в его науке71.

28. При лихорадках не совсем легких худо, если тело остается в одном положении и нисколько не теряет, или если оно истощается выше меры, ибо первое указывает на продолжительность болезни, а второе на слабость.

В этом афоризме говорится о двух довольно часто происходящих ярко выраженных проявлениях, которые характеризуют острые и хронические болезни как противоположные друг другу. Хроническая лихорадка влияет на вес и силы больного меньше, чем острая, но она длится дольше, и если не лечить, то после ее окончания на смену ей в большинстве случаев приходит другая форма болезни, подобной многоликому Протею. Таким пациентам бывает свойственна неестественная полнота, которая не имеет ничего общего со здоровой полнотой, она является признаком заболевания, скрытого глубоко внутри.

При острой лихорадке, даже если она лишь умеренной тяжести, мы всегда видим потерю веса и силы, но если


71 Citius emergit veritas ex errore, quam ex confusione. Bacon (лат. Истина быстрее возникает из ошибки, чем из путаницы. Бэкон. — Прим. авт. сайта).

— 121 —

она развивается поразительно быстро и в несоразмерной степени, то врач должен естественно и непременно распознать в этом дурное предзнаменование, именно потому что болезнь оказывает не в меру сильное влияние. Все это является настолько понятным и соответствующим природе, что, казалось бы, дальнейшие разъяснения не требуются. Поэтому в первом случае не нужно говорить о "вспенивании соков", "разрыхлении материи", "ультраанимализации", "разложении органической материи" и "делении внутренних составляющих организма", так же как и во втором случае о "слишком быстром обмене веществ" или "неестественном расходе энергии" и тому подобном. Это только по-научному звучащие объяснительные фразы и слова, они не представляют никакой ценности для практики и используются в основном кабинетными учеными, которые не знают лекарства от этого72.

29. В начале болезни, если что кажется необходимым привести в действие, приводи; когда же болезнь дойдет до высшей точки, лучше оставить тело в покое.

К этому тезису относятся комментарии к афоризмам 22 и 24 из книги I, которые в некоторой степени противоречат друг другу, и здесь нам, пожалуй, нечего добавить.

30. В начале и в конце болезни все симптомы проявляются слабее, а во время ее кульминации — максимально интенсивно.


72 Quae medica appelatur, revera confabulandi garriendique potius est ars, quam medendi. Sydenham (лат. То, что называется медициной, на самом деле является искусством сплетен и болтовни, а не исцеления. Сиденхем. — Прим. авт. сайта).

— 122 —

И этот афоризм, который полностью основывается на опыте и соответствует природе вещей, не нуждается в комментариях. Представляется, что он служит здесь исключительно для объяснения и подтверждения предыдущего афоризма.

31. Худой признак, если у хорошо питающегося после болезни тело не поправляется.

Для объяснения этого тезиса подходит комментарий к афоризму 8 книги II, а также то, что будет сказано далее.

32. В большинстве случаев все больные в плохом состоянии вначале едят хорошо, нисколько не поправляясь, а к концу не имеют аппетита к пище. Те же, которые вначале совершенно не чувствуют аппетита, а потом едят хорошо, излечиваются лучше.

Преимущественно среди хронических болезней, реже среди острых, есть такие, при которых чрезмерный или даже неутолимый аппетит является одним из основных симптомов. В данном афоризме, вероятно, имеются в виду именно последние (острые заболевания) и говорится о выздоравливающих после таких видов лихорадки, при которых это обстоятельство встречается нечасто. В большинстве случаев мы наблюдали таких пациентов с желудочными заболеваниями и после нервной лихорадки, о чем шла речь в комментарии к афоризму 8 книги II.

Однако здесь следует быть осторожным и не путать это с тем, что понимается под выражением "волчий голод" в узком смысле. Это подразумевает болезненную

— 123 —

внезапно возникающую непреодолимую потребность в еде, которая, если ее не утолить в короткое время, может привести к непередаваемой слабости и упадку сил, или даже к обмороку. Это происходит не потому что организм долгое время не получал пищи, а в основном из-за своеобразной раздражительности желудка и связанных с ним нервов, что оказывает воздействие на весь организм. Это заболевание в большинстве случаев бывает хроническим, и его можно надолго устранить с помощью применения целесообразных и подходящих средств (из которых наиболее предпочтительными являются Calc., Jod., Lyc. и Sil.), хотя если что-то съесть, особенно кусочек хлеба, можно быстро прервать приступ.

От этого также отличается привычное чрезмерное чувство голода, которое практически невозможно утолить. Оно может быть причислено к хроническим заболеваниям и должно быть излечено соответствующим образом. Такие болезни никогда нельзя рассматривать как независимые и существующие сами по себе, но как отдельные, хотя и заслуживающие пристального внимания, симптомы, которые являются частью общей картины болезни. Рассматриваемая как единое целое в своей полной характеристике, она может быть излечена только посредством тщательного и длительного лечения такими лекарствами, которые также соответствуют всем другим признакам. Симптоматическое лечение, которое направлено на единичные, отделенные от общего заболевания жалобы, всегда неуместно тогда, когда лечат хронические болезни. Так какой же метод заслуживает критики — метод аллопатии, которая для каждого отдельного симптома добавляет в рецепт отдельное лекарство73, или метод гомеопатии?


73 Многосмешение лекарств, пропагандируемое Скрибонием Ларгом,

— 124 —

Это, без сомнения, может определить любой разумный человек74.

33. Во всякой болезни не терять присутствия духа и сохранять вкус к еде — хороший признак, противоположное — дурной.

Этот афоризм настолько естественный и недвусмысленный, что совершенно не нуждается в комментировании.

34. B болезнях меньше подвергаются опасности те, болезнь которых более согласна с их природой, возрастом, конституцией тела и временем года, чем те, болезнь которых не отвечает ни одному из этих условий.

Как показывает обширный опыт, некоторые болезни в основном характерны для определенного возраста или для определенной конституции, и при этих обстоятельствах они бывают менее опасными для больных и переносятся легче. Можно привести в пример обычные детские болезни, которые очень часто представляют бóльшую опасность для взрослых, если последние заболевают ими. Между тем, это не нужно принимать как универсальное правило, и сам Гиппократ


примеры которого сохранилось в трудах Цельса, побудило Плиния заявить: "Quo deorum perfidiam istam monstrante? Hominum enim subtilitas tanta esse non potuit. Ostentatio artis et portentosa scientiae venditatio manifesta est" (лат. Нет ли здесь предательства богов? Такая точность неподвластна человеку. Явно ведь, что здесь демонстрируется ловкость и продается наука. — Прим. авт. сайта).
74 L'etude d'une maladie dans l'universalité des symptômes, voilà la base à la fois logique et expérimentale de la pathologie hahnemanienne. Cette base est indestructible: on peut l'élargir; la renverser, jamais. Léon Simon, pere. Exposition. p. 295 (франц. Изучение болезни по совокупности симптомов — вот одновременно логическая и экспериментальная основа патологии, предложенная Ганеманом. И эту основу невозможно разрушить: ее можно расширить, но опровергнуть — никогда. Леон Симон-ст.Прим. авт. сайта).

— 125 —

в афоризме 8 книги VIII приводит утверждение, противоположное этому. Поэтому нельзя придавать слишком большое значение подобным случайным мнениям, которые основаны на случайном опыте. Самое лучшее и полезное учение в этом отношении нам предоставляют некоторые эпидемии, и при этом мы нередко наблюдаем полную противоположность тому, что сказано в этом афоризме, имея дело с обстоятельствами, описанными выше как благоприятные.

35. Во всех болезнях лучше, чтобы были толще те части тела, которые находятся около пупка и нижней части живота; напротив, худой знак, если эти части очень тонки и сухощавы. Это последнее также опасно и при очищениях на низ.

Современное учение о признаках в медицинской науке включает в себя два предмета, а именно, семиотику и семиологию. Первая является набором таких признаков, которые на основании имеющегося опыта позволяют отличить здорового человека от больного. Вторая — научно-теоретическое объяснение этих признаков и их значения. Первый предмет (семиотика) как учение о патологических признаках, в отличие от учения о физиологических признаках, имеет очень большую практическую ценность. Второй же предмет (семиология) в этом отношении обладает меньшим значением, потому что там еще многое неясно, сомнительно, а потому может легко ввести в заблуждение. Труды по семиотике Гиппократа и его учеников — самые старые и содержательные, и настоящий афоризм демонстрирует собой одно из представленных в них мнений; он также встречается в "Прогностике" (X, 2)

— 126 —

и повторяется у Цельса (II, 3). Здесь просто и понятно изложено мнение, основанное на опыте, однако его семиотическое объяснение является слишком неполным и неудовлетворительным; так же сложно объяснить причину искривленных ногтей у больных чахоткой. Таким признакам гомеопаты придают особое значение, потому что они важны для правильного выбора лекарства. И в конкретных случаях среди конкурирующих средств врачи выбирают такое, которое, кроме обычных, типичных для болезни симптомов, содержит и эти. Таким образом, эти симптомы, когда они имеются, всегда учитываются врачами если не для фактического выбора лекарств, то по крайней мере для его проверки и контроля. Вокруг нахождения самого правильного и эффективного лекарства вращается вся деятельность врача, основная задача и обязанность которого заключается в лечении больных75.


75 Насмешник Лукиан говорит в "Собрании богов" устами Юпитера: "Врач, который исцеляет больных, это такой человек, который один представляет бóльшую ценность, чем многие другие вместе взятые".
     Hippocratem ostentant aut Galenum, verba proferunt inaudita, adomnia suos loquantur aphorismos, et mentes humanas, velut afflatas tonitribus, sic percellunt nominibus inauditis. Creduntur omnia posse, quia omnia jactitant, omnia pollicentur. J. a Salisbury, Metalog, I, 4, 11 (лат. Они выставляют Гиппократа или Галена, говорят необычные слова, произносят афоризмы собственных мыслей, и умы людей замирают, словно пораженные громом неслыханных имен. Люди верят, что все возможно, потому что все хвастаются и все обещают. Иоанн Солсберийский. — Прим. авт. сайта).
     La gloire la plus pure résulte du devoir accompli. Dr. Chargé. rev. hom. 1, 18 (франц. Самая чистая слава — это исполненный долг. Д-р Шарж. — Прим. авт. сайта).
     Пожалуй, это было насмешкой над практикующими врачами, когда на собрании немецких естествоиспытателей и врачей в Берлине в 1828 году во время застолья исполняли такую песню:
"Вот врачей идет толпа,
Асов практики.
Рождены для перестрелки,
Не для тактики!

Афоризмы 14-19 кн. 2 Гиппократа КНИГА II. АФОРИЗМЫ 20–25   "Афоризмы Гиппократа" Беннингхаузена ОГЛАВЛЕНИЕ   КНИГА II. AФОРИЗМЫ 36–40 Афоризмы Гиппократа, кн. 2, 36-41