Д-р Джеймс Комптон Бернетт

Д-р Дж. К. Бернетт

Заболевания селезенки и их лечение с клиническими иллюстрациями


Лондон, 1887

Перевод д-ра Олега Мартыненко (Санкт-Петербург)

Rubia tinctoria при селезеночной анемии

Селезеночная анемия часто плохо поддается лечению, как и любая железо-резистентная анемия. Действительно, анемия часто лишь следствие, а причину найти сложно.

Пару лет назад меня пригласили по поводу селезеночной анемии после гриппа у молодой замужней дамы. Случай упорно не поддавался лечению. После того, как усилия семейного врача обратились в прах, были приглашены известные доктора. Я тоже пытался помочь, но безрезультатно. Как-то покойный д-р Свон из Нью-Йорка написал мне, что нашел в Medorrhinum (в высокой потенции) хорошее средство против последствий гриппа. Его наблюдение я очень часто клинически подтверждал. Но не в этот раз. Когда все мы уже отчаялись (отъезд на море тоже не дал эффекта), я припомнил, что у свиней, питавшихся мареной [Rubia tinctorium, лат., марена красильная. — Прим. перев.], ткани тела окрашены в красный цвет. И, опираясь на этот факт, я назначил пациентке Rubia tinctoria ∅ в дозе 60 капель в сутки на воде. Она моментально пошла на поправку. Мертвенная бледность исчезла, одышка уменьшилась. И сама пациентка, и ее муж превозносили лекарство до небес, настаивая на его дальнейшем приеме, что и было рекомендовано. В результате наступило полное излечение.

С огромным успехом я применил Rubia tinctoria и в других похожих случаях анемии. Как я уже говорил, Rubia tinctoria была одним из селезеночных лекарств Радемахера. Вспоминаю одну девственную даму 52-летнего возраста. Ее привели ко мне 16 февраля 1899 года по поводу анемии и астении неизвестной этиологии. Месячных не было уже полгода. Я прописал Rubia tinctoria ∅ по 10 капель на воде дважды в день. Через шесть недель она пришла с известием, что почти полностью поправилась. Лекарство было продолжено, и еще через два месяца она была выписана с выздоровлением.

Ceanothus при сочетанной патологии сердца

Если увеличение селезенки сопутствует патологии сердца, Ceanothus (и другие селезеночные лекарства) часто принесет значительное облегчение.

Количество случаев спленомегалий, принимаемых за сердечные заболевания, огромно. Но даже когда поражено само сердце, лекарственная коррекция селезеночного региона весьма поможет сердцу и облегчит его работу.

Так, один из моих пациентов, давно страдающий клапанным пороком сердца, после долгого перерыва обратился ко мне весной 1900 года. Порок сердца, понятно, исправить было невозможно. Он страдал сердечной недостаточностью, имелась выраженная гипертрофия сердца. Самый сильный дискомфорт ощущался под левыми ребрами. Больной часто зябнул, и к тому же в молодости перенес малярию.

Несколько капель Ceanothus два-три раза в день принесли огромное облегчение, и пациент не уставал нахваливать лекарство целых три месяца. Вчера он сообщил мне, что ни один препарат из тех, что он принимал раньше, не помог его сердцу так, как Ceanothus. "Сердцебиения почти исчезли, могу нормально лежать в постели, могу спать на любом боку, а мочи стало гораздо больше". Если имеется застойное полнокровие в области печени, подобную роль будут играть печеночные лекарства. Этот пациент напомнил мне: "Раньше вы давали мне Chelidonium, но тогда боли были в правом боку. Поэтому я всегда храню Chelidonium в моей аптечке".

Подтверждения терапевтической пользы Ceanothus приходят отовсюду. Следующий случай огромной ценности прислал д-р Роберт Купер с Уимпол стрит:

Дорогой д-р Бернетт,

Влияние Ceanothus americanus на спленомегалию получило интересное подтверждение в следующем случае, который должен вам понравиться.

Кэбмен 50-ти лет, живущий в Боскоме вблизи Борнмута, оперированный два года назад в Онкологическом госпитале Бромптона, как оказалось, по поводу увеличенной селезенки, написал мне письмо в начале августа.

Этот больной и Марелл, случай рака пилорического отдела которого я описал в моей работе "Рак и симптомы рака" лежали в госпитале на соседних койках. Побеседовав с Мареллом, которого в госпитале считали безнадежным, он тут же поспешил в Лондон ко мне на консультацию.

Поскольку приехал он слишком поздно и опоздал на прием, он написал мне письмо. Я получил его на выходных, и ответил на него 13 августа, прописав Ceanothus americanus ∅ gtt. vii.; aq. æij, по 5 капель четыре раза в день на воде.

Из его письма и личной встречи, состоявшейся 12 сентября, я узнал следующие факты.

Однажды взбесившаяся лошадь понесла его, причем перекладина повозки отдавила ему живот в области диафрагмы. Возникла сильнейшая боль, преимущественно в левом подреберье. Затем оно опухло, а боль со временем нарастала по силе. Промучившись так с год, он поступил в Онкологический госпиталь, и после месячного консервативного лечения был прооперирован с удалением увеличенной селезенки. До операции боли были крайне сильны. Операция их устранила. Но после нее он начал терять силы и вес. За два года он похудел на 13 кг и прилично ослаб. Лицо гиперемированное, алое, приливы крови к лицу и голове, глаза гиперемированные, тусклые. Шатается от слабости. Стоя, вынужден держаться за стены, нижняя часть туловища и ноги мерзнут, кисти и пальцы рук немеют. Расширение вены на правом виске, особенно по утрам, до толщины его мизинца. Больной так описывает свои ощущения: "Место операции будто вздувается, легче если надавить. Если не надавить, мне будет хуже. Под ребрами слева будто бьется птица".

12 сентября он приехал ко мне из Боскома, приняв в общей сложности два пузырька лекарства. Он заявил, что ему стало лучше во всех отношениях. И если раньше, до приема лекарства, он не мог выполнять ни малейшей работы по дому более трех часов кряду, теперь он может работать целый день. Вена на правом виске исчезла с началом приема Ceanothus. Моча, прежде скудная и темная, теперь светлая и обильная. Кишечник работает нормально, хотя сон плохой. В левом подреберье пальпируется твердая опухоль непосредственно под диафрагмой. Под ребрами бандаж размером 2х2 дюйма, давящий на послеоперационный рубец.

На основании осмотра стало ясно, что либо не вся селезенка была удалена, либо с момента операции выросла новая опухоль. Но в любом случае явное и решительное облегчение от Ceanothus не вызывало никаких сомнений.

Случай Ceanothus д-ра Кларка

Год назад, в одно воскресное утро некая американка привезла ко мне свою дочь по поводу жестоких болей в левом боку. Два дня назад они сошли с парохода в Ливерпуле, и только что прибыли в Лондон. История случая была такова. Во время путешествия девочка лежала у себя на койке в каюте и потянулась за какой-то мелочью, как вдруг у нее очень сильно укололо в левом боку. Казалось, боль скоро должна пройти, но она не проходила. По приезде в Ливерпуль боль стала еще сильнее, и планы семьи отправиться на Континент были поставлены под угрозу.

Поскольку всегда очень важно по возможности точно локализовать боль, я попросил пациентку раздеться. И обнаружил, что боль исходила не из грудной клетки, не из мышц живота, что можно было заподозрить из анамнеза, а из глубины живота — по сути, из селезенки. Более того, при помощи перкуссии я обнаружил значительное увеличение селезенки. Боль утихала в положении лежа на больном боку.

Был воскресный день и аптеки скорее всего были закрыты, поэтому я тут же высыпал пациентке на язык один порошок Ceanothus 30, выписал рецепт на это же самое лекарство и назначил придти ко мне в ближайший вторник. Она пришла во вторник и сообщила, что через два часа после приема порошка боль исчезла — еще до того, как в аптеке по рецепту приготовили лекарство. Я вновь исследовал больное место и убедился, что селезеночная тупость приобрела нормальные размеры.

Как видим, изначальное мое мнение о Ceanothus как о гомеопатическом лекарстве подтвердилось.

Полную версию книги вы можете заказать в издательстве "Гомеопатическая книга"

Image

Предыдущая часть Предыдущая часть Оглавление оглавление