Д-р Эдмунд Карлтон (США)

Гомеопатия в терапии и хирургии

Филадельфия, 1913

Перевод Елены Загребельной (Фукуока, Япония)

Круп

Нет необходимости долго рассказывать о ложном крупе. Он пугает семью и может приводить к ненужному приему лекарств, но помимо этого он редко наносит какой-либо другой вред. Если с первого взгляда нельзя определить, не относится ли он к типу Aconitum (с лихорадкой) или Spongia (внезапный приступ посреди ночи), я изучаю состояние больного и ищу подобное лекарство.

Крупозный ларингит (мембранозный, псевдомембранозный круп) привел к смерти множества больных и требует тщательного внимания. Выпот на поверхности слизистой имеет фибринозный характер. Хотя его и приравнивают к дифтерии, он отличается от нее тем, что не вызывает появление резкого запаха и не оставляет шрамов.

Наблюдать, как ребенок погибает от мучений, вызываемых мембранозным крупом, это тяжелое испытание для врача. Впоследствии он может ошибиться в оценке ситуации и из-за суеты потерять больного, которого можно было бы спасти.

Aconitum превращался в моих руках в мощное орудие, если у больного была температура, горячая сухая кожа, жажда, страх и беспокойство. Для иллюстрации этого я приведу описание лечения самого тяжелого из множества вылеченных мной больных. После двадцати четырех часов тщетных усилий доктор, лечивший больного, сказал семье, что маленькому мальчику не выжить. Он приветствовал предложение семьи обратиться ко мне и выразил желание, чтобы его освободили от ответственности. Перспектива была удручающая. Пленка покрывала глотку и распространилась на гортань. Налицо были все симптомы, которые я упомянул выше. Я сделал раствор Aconitum двухсотой потенции и начал давать его каждые пятнадцать минут. После двух часов такого лечения показалось, что наступило небольшое улучшение, поэтому дозы стали давать через каждые двадцать минут, и так далее. Мы начали примерно на заходе солнца. Около восьми утра следующего дня пациент явно шел на поправку, и лекарство ему давали каждый час. Я лично давал указания относительно каждой дозы и теперь мог сделать перерыв. После этого был продолжен тот же план лечения, состоявший в уменьшении частоты доз по мере того, как улучшалось состояние больного. Через два дня такой работы наступило полное излечение.

В моей практике часто был показан Antimonium tartaricum. Состояние, при котором он требуется, настолько четко определено, что ни у кого не должно возникнуть трудности его распознать. Холодное голубоватое покрытое холодным пóтом лицо, частый пульс, беззвучный голос, дыхание, напоминающее свист пилы, дребезжащее дыхание, как будто дыхательные пути наполнены мокротой, которая не отхаркивается, гортань болезненна при дотрагивании, выраженный упадок сил, начинающийся паралич блуждающих нервов. Ухудшение по утрам. Antimonium tartaricum помогал мне в лечении некоторых безнадежных больных с вышеперечисленными особенностями. Если он был показан, но не приводил к излечению, то больному уже ничего не помогало, даже трахеотомия.

При спаcтическом крупе часто требуется Belladonna. Иногда она также бывает нужна в более серьезных болезнях. Лучше всего она помогает мне, когда я даю ее чувствительным пациентам с горячей головой, расширенными зрачками, покрасневшим лицом, сухой и горячей кожей, полным и твердым пульсом, сухим лающим кашлем, увеличенными красными миндалинами, участками выпота в области зева. Ухудшение в 15 часов. Приступы в полночь.

У пациента Hepar sulphuris calcareum влажный дребезжащий удушающий кашель с ухудшением по утрам [сравнить с Ant. t.]. Моим больным Hepar чаще требовался из-за хриплого сухого лающего кашля. Ребенок при кашле плачет. Свистящее дыхание. Опухание шеи в области трахеи. Хуже до полуночи. Беннингхаузен говорит, что есть ухудшение при восточном и северном ветрах. Данхэм подтверждает это заявление для Германии и напоминает нам, что такому ветру в Германии соответствует западный и северо-западный ветер в Америке. У всех моих больных, которым требовался Hepar, речь шла о западном и северо-западном ветре (сухом и холодном). Это лекарство обладает мощным действием, если у больного есть к нему показания.

Kali bichromicum. Одышка; хриплый резкий кашель, при дыхании слышен звук, как будто воздух проходит через металлическую трубу. Часто требуется в самых тяжелых случаях мембранозного и дифтерийного крупа (см. главу "Дифтерия").

Lachesis. Иногда требуется при истинном крупе. Налет на горле. Глотка болезненна при прикосновении. Я всегда настаивал на том, что мне нужно обнаружить у больного несколько крупных общих типичных черт Lachesis перед тем, как дать это лекарство при таком заболевании (см. главу "Дифтерия").

Phosphorus более всего помогал мне тогда, когда оставалась сиплость и болезнь имела склонность рецидивировать после того, как бóльшая часть работы была уже сделана с помощью других лекарств. У других врачей бывали больные, которым с самого начала требовался Phosphorus. В таких случаях tout ensemlbe (франц. здесь: вся совокупность симптомов. — Прим. перев.) была типичной для пациента Phosphorus.

Я больше не делаю трахеотомию при мембранозном крупе полным детям с короткой шеей, если только меня об этом специально не просят. Кроме трудностей, сопряженных с операцией у таких пациентов, — а их не следует недооценивать, — после добросовестной проверки трахеотомия разочаровала меня. Она дает временное облегчение, но тем не менее болезнь распространяется вниз, в состоянии больного становится заметно все больше результатов воздействия ядов и пациент погибает либо от удушья, либо от истощения. Конечно, я проводил операции только в случае крайней необходимости.

— Вот-вот, — говорит мой друг-хирург, — я оперирую раньше и спасаю многих.

— Именно так, — отвечаю я, — но бóльшую часть больных, которых ты оперируешь, я излечиваю с помощью показанного им лекарства и без операции. Может, сравним статистику по общему количеству больных?

Интубацию провозглашали великим благом, и у меня нет никакого желания умалять ее достоинства. Но я вижу, что вызванный ею энтузиазм начинает спадать, и растет количество поношений в ее адрес.

Я никогда не делал интубации и у меня нет набора трубок. Возможно, я слишком апатичен, но мне никак не удается понять, почему считается, что интубация может спасти больного в тяжелом состоянии, когда ему не может помочь трахеотомия. Кто-то, кажется, сказал нечто о том, что надо "начинать раньше"? Так я и думал. Для последователя Ганемана такой аргумент не имеет большого веса. С тех пор, как я узнал о бесполезности трахеотомии у определенного класса больных, я хотел бы, чтобы мне позволили пораньше начинать давать подобное лекарство. Процент излечиваемых мною больных стал выше, чем раньше. Если для того, чтобы избежать неудачи, надо раньше приступать к операции, я предпочел бы рассчитывать на самое мощное и как можно раньше сделанное назначение.

Катаракта Катаракта   оглавление книги Эдмунда Карлтона Оглавление   Дифтерия Дифтерия