Д-р Генрих Гуллон-ст. (Германия)

Генрих Гуллон-ст.

Влияние луны на человеческий организм


Врач-гомеопат, 1896, № 9, стр. 355–360
Гуллон Генрих-ст. (1801—1883) — известный веймарский гомеопат и пропагандист гомеопатии, автор многочисленных книг, переводившихся также на русский, и статей.

Портрет со страницы Г. Гуллона на сайте homeoint.org



Мы, гомеопаты, должны заниматься невесомым, которое, по изречению Бисмарка, прежде всего в политике играет весьма важную роль. К невесомому относится также невидимое раздражение обонятельных нервов у собаки, которые ей позволяют на расстоянии миль найти следы своего прежнего хозяина и место пребывания. К подобным явлениям можно причислить и факт, что перелетные и неперелетные птицы непонятными для нас способом отыскивают свои старые гнезда, а также почтовые голуби исполняют свои поручения, от которых в военное время зависит жизнь многих людей. Все названные случаи можно объяснить действительными потенциями, или минимальными дозами, действующего начала, а также невесомым, которое действует при влиянии луны на людей и животных. Кто может сомневаться в этом влиянии, кто может отрицать существование лунатизма, ведь многим известно, что недомогания, вызываемые глистами, увеличиваются во время полнолуния. Не менее сомнительно увеличение и уменьшение зоба во время уменьшения луны. Поэтому верное лечение зоба следующее: берут обыкновенную губку и разрезают ее на полоски, каждая в длину пальца. Эти куски обжигаются на пламени восковой свечи до тех пор, пока середина не проваливается, но концы еще можно рвать. 7–8 грамм этой массы, превращенной в порошок, вкладывают в бутылку, которая содержит поллитра дождевой или речной воды; это происходит за три дня до новолуния. Бутылку хорошо закупоривают, ставят в погреб, причем каждый день ее встряхивают. За три дня до полнолуния начинается лечение, которое состоять в том, что принимают утром и вечером полную столовую ложку этой жидкости. Таким образом более значительные дозы совпадают с уменьшением луны. Сомневающиеся во влиянии луны в этом случае могут сделать контрольные опыты. Конечно, что влияние луны, точно так же как и влияние всех лекарств и ядов, различно, и не всякий подвержен лунатизму. Находящиеся на луне субъекты, если похожи на нас, подвержены влиянию земли. Более всего должно быть распространено влияние Марса, если себе представить, что Марс (у него две луны) представляется жителями своей луны такой величины, что занимает 1/16 всего небесного пространства. Если луна, спутник Земли, имеет влияние на людей, то легко допустить, что это влияние простирается и на царство животных, также на растительное царство, иначе говоря, на весь органический мир, а в особенности на органическую жизнь. Касаясь царства животных, мы должны заметить, что давно известно, как неблагоприятно влияет свет полнолуния на собак; здесь все-таки менее действует лунное влияние, а, скорее, следует приписать неблагоприятному виду необычной блестящей середины или "человека в луне", антипатию, обнаруживаемую этими четвероногими.

Что касается растительного царства, то мы ссылаемся на то, что проф. Карл Курциус говорит в своем сочинении "Das Sternenzelt". Между крестьянами, сказано там,

распространено суеверие, что луна имеет в известные месяцы большее влияние на явления растительного царства. Под именем "Lune rousse" подразумевают садовники ту луну, которая, появляясь в апреле, достигает полнолуния или в конце этого месяца, или же чаще в течение мая. По их мнению, лунный свет в апреле и мае производит вредное действие на молодые побеги растений; они утверждают, что, когда ночью небо ясное, листья и почки, подверженные этому свету, становятся коричневыми и засыхают, несмотря на то, что термометр показывает всего несколько градусов выше нуля. Садовники прибавляют, что когда небо покрыто тучами и лунные лучи заслонены, последние не имеют того действия, хотя температура не изменилась.

Со времени сделанного Wells’ом открытия известно, что некоторые предметы на поверхности земли и растения на 6, 7 и даже 8 градусов могут быть холоднее окружающей атмосферы, что казалось прежде невероятным; такая разница в температуре возможна только когда небо совершенно чисто и безоблачно и не зависит от того, светит ли луна или нет.

Пускай думают, что хотят, но влияние луны на некоторых людей неоспоримо. Наблюдение, сделанное в 1893 г., будет здесь кстати припомнить.

Редкий случай "лунатизма", писали 28 марта упомянутого года, возбуждает в Libau (Силезия) внимание врачей. В больницу для наблюдений был принят пятнадцатилетний мальчик, физически совершенно здоровый, который по причине лунатизма был уволен из учения в Зальцбурге; ему была отведена комната, находящаяся на стороне противоположной той, по направлению которой луна совершает свой путь; тем не менее влияние луны продолжалось и не ослабевало. Как только луна поднималась на горизонте, лунатик вставал со своей постели и направлялся с закрытыми глазами, осторожно все щупая, к высоко расположенному окну, которое он открывал. Так как железная решетка мешала ему выйти, то он входил назад в комнату и направлялся через коридор к закрытым воротам. Над ними находилось окно, и он с кошачьей ловкостью взлезал к окну. В дальнейшем осуществлении своего побега он был останавливаем сторожами; нужны были три сильных человека, чтобы привести лунатика обратно в комнату, где он только после заката луны успокаивался и спокойно продолжал спать. На следующее утро он ничего не помнил о случившемся ночью. Во время полнолуния симптомы болезни усиливались в значительной степени. По объяснению врача заведения, это в высшей степени редкий случай лунатизма. Дальнейшие наблюдения делали в Бреславле, куда был переведен лунатик.

Доктор Joubert, ректор медицинского факультета в Монпелье, опубликовал в 1578 г. сочинение о народном суеверии в медицине. В нем эпилепсия и известная форма сумасшествия (меланхолия) причисляются к тем недугам, которые состоят под влиянием движения и света луны.

Это, понятно, преувеличено, хотя мы не должны ни минуты задумываться над тем, чтоб на практике внимательнее относиться к этому вопросу, и если ухудшение или появление судорог совпадает с новолунием, то мы применяем Silicea, потому что патогенез средства этому соответствует, так как ночное ухудшение требует применения Silicea и большого ряда других средств, как туя, меркурий, мышьяк и т. д. Никто не отрицает влияния ночи на болезни и на больных.

Menuret смотрит на кожные болезни как на таковые, припадки которых неоспоримо совпадают с лунными фазами. В 1760 г. он заметил, что тогдашняя чесоточная болезнь, ухудшавшаяся при уменьшении луны, достигала своей наибольшей степени во время новолуния; тогда она покрывала все лицо и всю грудь и причиняла невыносимый зуд. После новолуния эти симптомы медленно исчезали и лицо становилось опять чистым, но как только полнолуние оканчивалось, те же припадки начинались снова. Относительно чесотки Menuret тоже заметил, что эта болезнь достигает наибольшей силы во время полнолуния. Можно также это объяснить тем, что клещи, вызывающие чесотку, точно так же, как и внутренние глисты, делаются более подвижными во время полнолуния; может быть, что эта подвижность увеличивается только вследствие влияния луны на процесс размножения, и потому сыпь достигает большей интенсивности и симптомы усиливаются.

Более всего доступны влиянию луны нервные раздражения или же болезни гидрогеноидной конституции (сикоз), характеризующиеся периодичностью своих припадков, напоминающих фазы луны. Эти болезни в свою очередь характеризуются поражением нервов, интенсивностью боли, судорог.

Наблюдения Морица Гофмана над дочерью, мать которой страдала эпилепсией, тоже заслуживают внимания. Во время прибыли луны дочь страдала опухолью живота, которая во время убыли луны уменьшалась.

Mead рассказывает об одном ребенке, который всякий раз во время убыли луны был одержим судорогами. Pison сообщает об одном паралитике, у которого появлялись припадки. Menuret упоминает об одном случае эпилепсии, где припадки всегда появлялись во время полнолуния. Gall заметил, что у слабых людей ежемесячно бывает два периода, когда раздражительность достигает наибольшей степени; эти два периода совпадают с полнолунием и новолунием. Если даже смотреть на свет как на единственную действующую силу луны, то все-таки химические и согревающие лучи луны недостаточны, чтобы обнаруживать сильное влияние на наш организм. И потому слова Arago достойны внимания, они прекрасно передают нам вышеизложенный взгляд. Arago сказал следующее:

Дальнейшее исследование было бы весьма желательно, так как ничто не доказывает, что свет — единственная действующая сила луны. Кроме того, я хочу еще заметить, что нервная система более чувствительна, чем все тонкие аппараты наших теперешних физиков. Так, в самом деле кому не известно, что обонятельный нерв открывает в воздухе существование обонятельных материалов, которые не в состоянии обнаружить ни один химический анализ. Это таинственное явление доказывает нам, как нужно быть осторожным, переходя от наблюдений над неодушевленными телами к изучению более сложных живых тел.

По поводу общеизвестного феномена прилива и отлива ученые также вначале расходились относительно происхождения его и зависимости от луны. Кеплер ставил прилив и отлив в зависимость от суточных изменений, которые вызываются вращением земли около оси и движением ее около солнца. Галилей отвергнул мысль Кеплера, по которому луна влияет на суточные и периодические движения морской воды, пока не явился Ньютон и, руководствуясь теорией Кеплера, объяснил океанический прилив и отлив на основании закона тяготения. В настоящее время все придерживаются теории Кеплера, никто более не сомневается, что луна влияет на физические элементы человеческой природы и что простой вид магического лунного света служит фактором душевной жизни; мало того, фазы луны влияют на функцию нашего тела, смотря по индивидуальности.