Д-р Константин Геринг (США)

Константин Геринг

Домашний врач-гомеопат



Москва, 1858

Глава VII
ОБ ОТРАВЛЕНИЯХ


Редко случается, чтобы человек дал другому яд с намерением его отравить; столько же редко случается, чтобы кто-нибудь умышленно принял яд для своего отравления; бóльшая часть отравлений происходит от небрежения, с каким обращаются с ядовитыми веществами, или от незнания, что вещество вредно, или от злонамеренной подделки съестных припасов и напитков. Тому, кто будет иметь надлежащие сведения, часто можно избежать опасности; для каждого важно уметь открывать яды, которые грозят нам, а потому мы сперва хотим дать наставление, как узнавать подделки, как предохранять себя от отравлений, и потом укажем средства, которыми можно помочь самому себе в случае отравления.

1. ПОДДЕЛКА СЪЕСТНЫХ ПРИПАСОВ И НАПИТКОВ. КРАСКИ. ТАЙНЫЕ СРЕДСТВА

Подделка съестных припасов и напитков встречается чаще, нежели обыкновенно думают, особенно в больших городах, где эта вредная промышленность достигла высшей степени развития, так что на некоторые ее отрасли выдают даже привилегии, а большим городам подражают и малые.

Виноградное вино всего чаще подделывается во всех вообще землях. Вина, получаемые из-за границы, или уже подмешены пересылателями для того чтобы они долее сохранились, или подделываются здесь, когда они готовы испортиться, или это делается для того чтобы подвести их под лучшие сорта или из других видов. Мы хотим теперь дать наставление узнавать, есть или нет подмесь в вине, чтобы добросовестные торговцы могли прежде покупки испытать товар, и чтобы все, имеющие дело с мошенниками, могли сами испытать вино. Мы спросим каждого, кто не совсем равнодушен к благу своих сограждан, когда он по нашим наставлениям откроет подобное мошенничество, безжалостно обнаружить его, чтобы наконец такие бесчестные поступки искоренялись по крайней мере местами. Продавцы могут, правда, извиняться тем, что им были присланы вина в таком виде, но яд тем не менее существует в них, и тот не должен торговать винами, кто не в состоянии открыть существующей в них подмеси, или не имеет доверенных людей, от которых бы мог получать свои вина. Он должен по крайней мере известить, что был обманут, и кем именно.

Вина подделываются веществами безвредными и вредными. Но кто подделывает вино безвредными веществами, тот станет употреблять и вредные, потому что на пути обмана границы переступаются легко, и один обман всегда ведет к другому. Вот почему покажем мы и то, как открывать безвредную подмесь. Только одну подмесь нельзя открыть (ее может заметить разве только вкус знатоков), это когда один сорт вина смешивается с другим. Но этого мы и не считаем подделкой, потому что низкие сорта вина действительно можно значительно улучшить подбавкой к ним небольшого количества старого вина, без всякого вреда для здоровья.

Присутствие в вине сахара обнаруживается, когда мы полную ложку вина испарим на горячих угольях и на ней останется клейкий сладкий сироп, растягивающийся нитями и имеющий вкус сахара. Эта примесь, впрочем, безвредна.

В вине есть водка, когда при питье его жжет во рту, и если несколько капель его, будучи растерты между ладонями почти досуха, пахнут спиртом.

Красильные вещества часто встречаются в вине, и это всегда служит признаком, что вино прежде было дурно, и что оно еще чем-нибудь подделано. Наполните маленькую скляночку вином, заткните горлышко ее пальцем и опустите ее в стакан с чистой водой отверстием книзу; потом осторожно отнимите палец и оставьте на некоторое время скляночку в таком положении, не шевеля ее. Если в вине есть краска, то она постепенно разовьется в воде, что не будет иметь места, если вино не подделано. Другой способ: надобно пропустить немного вина сквозь белую неклееную бумагу; вино процедится, а краска останется на бумаге. Еще способ: впустить несколько капель нашатырного спирта в стакан с вином: оно посинеет, если подкрашено. Раствор зеленого купороса в воде, прибавленный к вину, произведет в нем много черного осадка, если вино подкрашено какой-нибудь древесной корой.

Все эти подмеси не очень вредны, но они доказывают, что тот, кто их делает, не продает чистого вина, и что все, от него получаемое, подозрительно.

Но следующие подмеси суть отравы, и могут подать повод к продолжительным болезням, часто совершенно неизлечимым.

Известь или мел употребляются часто для поправления испорченного кислого вина, или чтобы придать молодому вину вкус старого; такое вино всегда вредно для того, кто его часто пьет. Взять два грана щавелевой соли и две столовых ложки дистиллированной воды. Можно также собрать в холодный сосуд пар из чайника, наполненного кипятком, пока накопится туда достаточное количество воды. В этой воде растворить нетолченую щавелевую соль (которая сама по себе есть яд) и влить несколько капель раствора в стакан с вином. Если вино помутится и на другой день на дне стакана окажется белый осадок, то в вине есть известь. Всякое вино немного помутится, но когда несколько сортов вина сравнить, тотчас можно заметить, где больше белого осадка. Такое вино, если его часто пить, причиняет каменную болезнь, затвердение желез, опухоли, нарывы, глазные боли, долговременную головную боль, поносы и проч.

Сера очень часто встречается в вине, и многие утверждают, что не может быть иначе. Это неправда, и большое количество серы в вине действует как яд, особенно на людей со слабыми легкими или страждущих болезнями нижней части живота или печени и вообще причиняет много вреда всякому, кто его пьет. Открыть присутствие серы очень легко, стоит только свежее с чистой скорлупой яйцо положить в стакан, налить на него вина и оставить все в таком виде на ночь; наутро яйцо покроется черноватым слоем. Точно так же можно поступить с чисто выполированной серебряной ложкой. Можно также открыть присутствие серы, если распустить немного едкого кали в воде и капать этот раствор в вино, где оно произведет бурый осадок.

Квасцы также иногда подмешиваются в вино или для закрепления поддельного цвета, или для того чтобы возбуждать жажду; такое вино очень вредно, когда его часто пить; иным вредно выпить его даже полстакана. Растворите в воде поташ, процедите раствор сквозь пропускную бумагу и капайте его в вино: если окажется сероватый осадок, то в вине, по всей вероятности, есть квасцы. Кто хочет в том увериться, пусть обратится к опытному аптекарю, или пусть растворит сказанный осадок в слабой серной кислоте, прибавит к раствору немного сернокислого кали и даст смеси испариться и скристаллизоваться на печи; если потом осадившееся в виде соли отведать, то вещество это будет твердо и вязко на вкус как квасцы.

Свинец и другие металлы очень часто встречаются как в сладких, так и в других винах, и все эти вещества суть медленные яды, которые опаснее всякой другой подделки. У кого тонкий вкус, тот распознает им металлические яды: в их сладости есть что-то притупляющее. Если, распустив в воде известково-серную печень, капать этот раствор в стакан вина, и оно очень побуреет или почернеет, то в нем, наверное, есть металлический яд. Если опустить в вино хорошо выполированную цинковую пластинку, то на нее осядет несколько свинца, если он будет содержаться в вине. Можно растворить в теплой воде сколько угодно глауберовой соли и, остудив раствор, слить верхнюю светлую часть его, потом смешать полстакана этой жидкости с таким же количеством вина и оставить смесь на ночь; если в вине есть свинец, он упадет на дно в виде белого осадка. Когда в стакан вина вольем две капли слабой серной кислоты и вино помутится и даст белый осадок, то оно содержит яд.

Когда распустим несколько капель нашатырного спирта в чайной ложке воды и выльем это в стакан вина, и оттого произойдет хоть малейший осадок, то в вине находится сулема. Такое вино подвергают потом еще следующему испытанию: соединяют цинковую пластинку с золотой монетой и укрепляют то и другое на деревянной палочке, расщепленной на конце. Все это погружают в большой стакан вина, а еще лучше в целую бутылку. Если вскоре на чистое золото ляжет сероватая пыль, то, наверное, в вине находится сулема.

Если насытить воду известью, слить на другой день верхнюю светлую жидкость в чистый стакан, влить туда немного вина, и оно произведет белый осадок, то, по всей вероятности, вино содержит мышьяк. Кто желает в том убедиться, тот пусть распустит немного свинцового сахара в крепкой водке, вольет рюмку этого раствора в бутылку вина, к которому прежде прибавлено было несколько соли оленьего рога, и потом хорошенько взболтает смесь. На другой день надо слить всю жидкость, оставив гущу, которую хорошенько перемешав с осадком, выложить на фильтр, сделанный из типографской или пропускной бумаги, и ждать, пока стечет вся оставшаяся жидкость. Потом надо высушить осадок вместе с бумагой и положить все на горячие уголья. Если появится чесночный запах, то это признак присутствия мышьяка. Он не с намерением кладется в вино торговцами, но они, подделывая вина серой, не знают, что лучшая сера очень часто содержит мышьяк, который остается в ней и после ее обработки.


Уксус часто бывает подмешен. А потому, кто умеет, пусть лучше приготовляет его сам. — В винном (ренском) уксусе содержатся нередко те же самые яды, как и в вине. Также часто подмешивают к нему серную кислоту. Эту примесь легко открыть, стоит только раствор свинцового сахара в дистиллированной воде влить в этот уксус, и он даст белый осадок. Часто употребляют едкие растительные яды, чтобы придать уксусу остроту. Такой уксус жжет, если его взять в рот, что не имеет места, если уксус чист. Притом вкус, который он оставляет во рту, не столько жгуч, сколько едок и раздражителен. Можно еще легче и точнее увериться в этой примеси, если приливать к такому уксусу раствора поташа до тех пор, пока синяя лакмусовая бумажка перестанет краснеть: тогда настоящий уксус потеряет всякую остроту, будет иметь только соленый или щелочной вкус, а ядовитый останется острым и жгучим.

Подделка пива — дело весьма обыкновенное, но ее трудно открыть чем-либо другим, кроме вредного ее действия. В особенности к крепкому английскому портеру примешивают ядовитый кукульван и чилибуху, что, вероятно, бывает и у нас. Эта подмесь узнается по быстрому опьянению, головной боли на следующее утро и потому что здоровому человеку, выпившему стакан такого пива, натощак становится тошно. Каждый пивовар, который приправляет свое пиво чем-либо другим, кроме солода и хмеля, варит не пиво, а яд. Пожалуй, можно допустить еще разве соль и сахар, но всякая другая подмесь рано или поздно окажет свое действие на потребителях. Прибавлять к пиву вместо достаточного количества хмеля и солода горькие коренья и травы будет всегда вредным обманом; кукульван же есть яд. К пиву подмешивают также квасцы и купорос; присутствие их открывается так, как показано ниже при статье "Хлеб".

Иногда также заключается яд в хлебном вине и водке с намерением или без намерения винокура, особенно когда он или слишком ускоряет, или слишком замедляет брожение; ядовитость эта всего лучше открывается продолжительным кипячением бутылки вина или водки в котле воды, пока испарятся весь спирт. Тогда отвратительный едкий вкус оставшейся в бутылке жидкости легко укажет яд, и опытами (показанными при виноградных винах) можно определить, какой именно яд находится в водке. Обыкновенно это бывает свинец.

Постное масло часто подделывают свинцом или медью. Если распустить в воде серную печень и взболтать равные части этого раствора и масла, то оно побуреет или почернеет, если ядовито.

К молоку примешивается иногда поташ или сода; такое молоко вскипает, если прибавить к нему немного крепкой водки. Если молоко подделано крахмалом, то оно густеет при кипячении или, будучи пропущено сквозь тонкую холстину, оставляет на ней немного гущи, или если в стакан такого молока впустить каплю йодной тинктуры, то оно синеет. Подделка молока мозгом различных животных встречается в больших городах очень часто; такую отвратительную подмесь можно открыть только посредством микроскопа.

Где употребляют много сливок, держат молоко в цинковых сосудах, отчего оно становится ядовитым. Когда насытить сыворотку аммониаком и прибавить туда сернистого аммония, то если в молоке есть цинк, оно даст белый осадок.

Коровье масло часто содержит мел, песок или красильные вещества. Когда такое масло растопить в горячей воде, то примесь упадет на дно или растворится в воде.

Муку часто подделывают песком, гипсом и т. п. Когда такую муку (или хлеб из нее) обратить в золу, то в ней заметим белые крупинки подмеси.

Хлеб тоже очень часто бывает подделан. Самая малая примесь в нем поташа вредна только чувствительным, слабым людям, а большое количество этой примеси вредит даже самым здоровым, причиняя расстройство желудка, чахотку, почечные болезни и т. п. Если нальем кипятку на такой хлеб так, чтобы он всплыл, дадим воде остыть и потом опустим туда полоску синей лакмусовой бумаги (которая перед тем была окрашена в красный цвет слабым уксусом), то если бумага снова посинеет, это знак, что в хлебе много поташа, и тем более, чем скорее посинеет бумага.

Магнезию подмешивают для того чтобы придать лучший вид хлебу, испеченному из дурной муки. Такая подмесь преимущественно вредна детям и людям со слабым желудком. Иные узнают эту подмесь по горьковатому вкусу хлеба. Если сжечь фунт такого хлеба до состояния золы, то в ней окажется магнезия.

Квасцы очень часто подмешиваются к хлебу к величайшему вреду его потребителей. Английские пекари делают это публично, и там продается смесь муки с квасцами или квасцов с солью, которая служит к тому, чтобы из испорченной и дешевой муки приготовлять хлеб белый, так что те, которые его покупают, бывают вдвойне обмануты: во-первых, они едят испорченную муку (что вредно), и во-вторых, вдобавок к ней, съедают квасцы. Многие пекари делают это, не зная, что разрушают тем здоровье многих лиц и медленно их отравляют. Если такой хлеб намочить в воде, разминая его, пока он размокнет, подлить к нему столько воды, чтобы из всего образовалось жидкое тесто, и оставить все в таком виде на ночь, потом отделить воду, покипятить ее несколько времени и дать ей остыть, тогда осядут квасцовые кристаллы, которые легко можно узнать по вкусу.

Медь — самый опасный яд, и ею бельгийские и французские хлебники отравили не одну тысячу людей, прежде врачи успели это открыть и часть отравителей заключить в смирительные дома. Когда пекарь продает очень видные, толстые, тяжелые и белые хлеба, то его всегда можно подозревать в подделке их медью. Если такой хлеб жечь, то заметно, что пламя местами зеленеет. Кто хочет убедиться в действительности примеси, пусть размочит несколько фунтов такого хлеба в воде, налив ее столько, чтобы он плавал на ее поверхности, пусть даст смеси окиснуть и отстояться. Если потом в эту жидкость повесить на нитке полированный железный прут, и он хоть несколько покраснеет, то это верный знак, что хлеб отравлен, и человеку, часто его употребляющему, он может причинить неизлечимые болезни.


Теперь мы опишем вкратце некоторые другие яды, которые полезно знать для того чтобы их остерегаться.

Вместе с воздухом часто можно вдыхать яд. Старые колодцы, ямы, погреба, в особенности старые отхожие места, часто содержат мертвяще-ядовитый воздух, а потому к таким местам надо приближаться не без осторожности, очистив наперед воздух дымом соломы или пороха. Горящие уголья, особенно в запертых комнатах, или тлеющее скрытно где-нибудь в доме дерево, могут причинить смерть спящим там людям. Грибы, которыми покрываются деревянные и каменные стены домов, портят и постепенно разрушают их, причиняя опасные болезни живущим в таких домах, что было известно еще во времена св. Моисея. А потому надо перестраивать такие дома или счищать с их стен грибы, как ниже будет показано. Заплесневелые платья и пятна плесени на белье вредны, несмотря на мытье и чищенье. В новоотстроенных домах, где стены только что выбелены известью или вымазаны олифом, масляными или другими ядовитыми красками (в особенности если они будут зеленые или красные), здоровый воздух поглощается этими веществами и на место его появляется вредный. Сушка белья в спальне и все, что имеет сильный запах, как-то: цветы, травы, вещества в состоянии брожения, свежее сено, средства от насекомых или мышей, ртуть и т. п., действуют очень вредно на спящих, особенно на детей и родильниц. Во сне человек гораздо восприимчивее ко всему его окружающему, и то, на что он во время бодрствования едва обращает внимание, становится вредным, иногда пагубным, для него во время сна. Кто спит на сыром полу, на сквозном ветру, на солнечном или лунном сиянии, у горячей печи, легко может захворать, тогда как те же самые условия не действуют на бодрствующего; тем более вреден сон в чадном или наполненном пахучими испарениями воздухе. И наоборот: испорченный воздух располагает ко сну.

Вода не везде хороша, и множество людей теряют здоровье от дурной воды. Очень часто из колодцев и источников мы пьем воду, которая оставляет желто-красный или бурый осадок, а животные сколько могут избегают такой воды. Кто сообразит, как много иные люди или даже целые семейства теряют времени от незначительных, но упорных недугов, которые почти всегда делают их ленивыми и нерасположенными к работе, тот без сомнения найдет более выгодным употребить несколько времени на улучшение воды, которую он пьет.

Не надо пить воды из рек, верховье которых занято фабриками, из которых текут в реку ядовитые краски и жидкости. Колодезная и ключевая вода иногда бывает жестка, содержит известь или железо, так что мыло в ней не распускается; такую воду надо кипятить для осаждения посторонних частиц и пить понемногу и нечасто, а лучше приучать себя к дождевой воде, которую можно сохранять в ямах или неплотно покрытых кадках. Серную или соленую воду можно употреблять только в случае крайней необходимости; ее нельзя даже улучшить кипячением. Воду гнилую или из стоячих прудов, луж и т. п. тоже не дóлжно пить без крайней надобности, и то взболтав ее сперва с крупно истолченым древесным углем и пропустив сквозь вдвое сложенное полотно, и таким образом очистив ее. Едва заметные гнилые начала, яички мелких животных, заключающиеся в дурной воде, могут причинить продолжительную лихорадку и другие болезни, и бесполезно будет подбавлять к такой воде уксус, сироп или водку, что, однако же, хорошо делать после того, как вода будет очищена углем. Дурные колодцы надо хорошенько очищать и прикрывать; когда много листьев или других частей растений будет гнить в воде, то это вредно. Свинцовые, цинковые или медные водопроводные трубы также отравляют воду, а потому всегда надобно выпускать сперва всю ту воду, которая в них стояла.

Молоко иногда бывает вредно, даже ядовито, когда корова больна, и кто не совсем потерял совесть, скорее согласится сам потерпеть незначительный убыток, нежели плутовской продажей причинить другим вдесятеро больший вред.

Иногда даже у здоровых коров молоко бывает ядовито: это происходит от корма, который безвреден для животного, а для человека вреден. Но особенно вредно молоко от коров, которых кормят гущей с винокурен (бардой). На этот счет делали весьма точные опыты, и не осталось никакого сомнения, что такое молоко производит если не внезапные опасные следствия, то весьма продолжительные опаснейшие болезни.

Мясо больных животных, убиваемых часто перед самой смертью, очень вредно, особенно когда животные имели на коже сыпь, или если у них были повреждены внутренности. Кто и не почувствует на следующий же день следствий употребление такого мяса, может быть уверен, что все-таки не избегнет их со временем.

Дурно прокопченное мясо, которое не постоянно было в дыму или было захвачено морозом, также колбасы (в особенности кровяные и печеночные), слишком поздно или недостаточно прокопченные (или слишком старые, которые местами осклизли), или окорока недовольно просоленные (либо лежавшие в рассоле не довольно долго, бывшие в копчении не постоянно, но с промежутками, как, например, весной, когда им было то тепло, то холодно, или которые потом долго лежали в куче, в закрытых ящиках, или закупорены были в сыром виде, особенно когда они около костей мажутся или имеют противный запах), содержат очень сильный яд, который в некоторых случаях очень быстро умерщвляет либо причиняет продолжительные едва излечимые болезни. Это так называемый жирный яд (жирная кислота). Он также легко развивается в окороках и мясе, которые были приготовлены не через копчение, а посредством древесного уксуса, и этого яда надобно остерегаться. Яд, развивающийся в жиру, сыре или старых окороках, легко открыть, стоит только наложить кусочек такого жира и проч. на синюю лакмусовую бумагу и крепко втереть в нее. Если бумажка хоть и немного покраснеет, то не надо есть такого жира, и тем более мяса или колбас, заключающих в себе его.

Прогорклое свиное сало, прогорклое коровье масло, старый прогорклый жир или растительное масло содержат часто подобный яд. Всего лучше бросить такие вещи, а в случае необходимости по крайней мере промыть. Промыть же их надо сперва в холодной воде, потом хорошенько прокипятить их в течение десяти минут в тройном или четверном количестве воды, потом вынуть из нее и промыть снова в свежей холодной воде и затем испытать, нет ли там жирного яда.

Все тухлое, будет ли то мясо, кровь, яйца или сыр, даже гниль на яблоках, грушах, особенно на вишнях, очень вредно и в некоторых случаях ядовито, и никакие приправы тут не помогут.

Мясо, которое летом долгое время было сохраняемо на льду, несколько покраснело и потеряло свой мясной запах, — очень нездоровая пища. Тухлая, лежалая, размяклая рыба тоже весьма вредная пища, как бы вкусно ни была она приготовлена.

Желчь — от какого бы животного она ни происходила — тоже яд.

Также легко развивается яд в старом сыре, особенно когда он слишком сыро приготовлен и недовольно посолен.

В одном Вюртемберге в короткое время с тех пор, как стали обращать внимание на яды в сыре, жире и колбасе, доказано, что многие сотни людей опасно заболели от одного из поименованных ядов и более нежели восьмидесяти человекам нельзя было оказать помощи. Сколько же умирает людей, причина смерти которых неизвестна! А так легко избежать этой опасности! Стоит только не есть ничего старого и вонючего.

Чистота и опрятность суть вообще лучшие предохранительные средства от отравлений. Случалось, что целые семейства внезапно занемогали; являлся доктор и находил весь дом в смятении: всех слабило и рвало как в холере, в пище оказывался яд, невинную прислугу готовились заключить в темницу. Что же это было? Мясо и зелень рубили на крашеном столе; неудивительно, что в кушанье попали частицы красок, которые все ядовиты (в особенности масляные). — Я слышал, что однажды с целой компанией, пировавшей за столом, сделалась тошнота и рвота; все сильно перепугались; оказалось, что в бутылку вина заползло несколько ядовитых насекомых. — Одному десятилетнему ребенку от глухоты приложили к затылку нарывной пластырь. Через несколько дней следовало обвязать затылок капустными листьями. Мать взяла листья, полные гусениц, и только отряхнула их, так что на них еще остался яд. Ребенок жаловался на боль и жжение, а мать приняла это за детский каприз, и на третий день ребенок умер в жесточайших мучениях от антонова огня, распространившегося по всей спине.

Мы делали опыты над ядом змей, жаб, гусениц и пауков, и убедились, что он как внутренне, так и наружно действует чрезвычайно вредно.

Надо быть осторожным и опрятным, чтобы не легко подвергнуться такой опасности. И на овощах (особенно на капусте) часто бывают ядовитые животные или оставляют на них свой яд. Медвяная роса (ржа), делающая овощи черными, также яд. То же надо сказать и о зерновом хлебе; черные рожки (спорынья), которые образуются на разного рода зерновом хлебе, очень вредны и для людей, и для животных. Семя многих трав тоже бывает вредно. В сухих травах часто попадаются насекомые и черви, а потому такие травы надобно употреблять с большой осторожностью.

Ни один благоразумный человек не станет есть овощей, кореньев и плодов, которые ему не вполне известны, а детей надобно с малолетства приучать отнюдь не есть ничего такого, чего им не было бы известно в точности.

Изюм, винные ягоды, чернослив суть очень хороший и здоровый десерт, когда они не попортились, хотя иные считают их вредными или даже за род слабительных. Не станем спорить, а рассмотрим эти плоды подробнее. Вещество, покрывающее эти плоды в виде беловатой пыли и принимаемое иными за сахар (что иногда действительно так бывает), оказывается при более внимательном рассмотрении прелестным белым коралловым леском, в котором кишат довольно большие иглообразные червячки. А потому все такого рода плоды всегда надобно тщательно обмывать сперва холодной, потом горячей водой. Неудивительно, что у детей делаются поносы от употребления такого десерта.

Иные орехи очень вкусны, а между тем содержат острый яд. Даже и здоровые орехи становятся ядовитыми, когда долго пролежат и прогоркнут, и многие дети получают от них опасный кашель или понос, что потом приписывается простуде.

Очень многие грибы ядовиты. Мнение, что корни ядовитых грибов чернеют, несправедливо. Всего лучше отнюдь не есть грибов, испускающих молочную жидкость, а также старых, легко расползающихся и червивых.

Надобно пробовать каждый сорт грибов в сыром виде, и если окажется что-нибудь острое, противное в их вкусе или запахе, то не надо есть их. Грибы годные надо хорошенько промыть в холодной воде, облупить и счистить кожу или попорченные места. Затем надо их разрезать, обварить кипятком и потом уже варить в свежей воде.

Овощи, которые с одной стороны не дозрели, с другой загнили, не следовало бы употреблять в пищу, или по крайней мере прежде срезать все негодное. На вполовину меньше детей страдало бы поносами, а с летами слабостью желудка, если бы их приучали к осторожности.

От хорошей соли много зависит здоровье, а потому каждый отец семейства должен заботиться о том, чтоб иметь в доме чистую соль. Когда соль легко сыреет на воздухе, то она дурна. Если лот толченой соли не совершенно растворяется в четырех лотах дождевой воды, то в такой соли заключается гипс, и она вредна для здоровья.

С кухонной посудой надобно также обращаться очень осторожно. Полива на глиняной посуде очень часто состоит из сильного яда. Можно удостовериться в этом опытом. Cтоит только налить на такую посуду уксусу на ночь и на следующее утро влить туда несколько серной печени, растворенной в воде, то если уксус почернеет, то, наверное, в поливе заключается яд. А потому надобно его остерегаться, не оставлять и не готовить в такой посуде ничего кислого.

На железную посуду, которая изнутри облита фарфоровой глазурью, не всегда можно полагаться. Для безопасности надо подвергать ее такой же пробе, как и глиняную. Медная посуда, хотя и вылуженная, отнюдь не должна быть употребляема для чего-нибудь кислого; надобно всегда содержать ее светлой и чистой и никогда не застужать в ней сваренного, потому что в самое время охлаждения оно делается восприимчивее к яду. Когда во время варки посуда несколько растает, иные ложками скоблят дно посуды, и удивительно ли, что у них появляются упорные медленные болезни, которых никакой врач не в состоянии излечить. А кто до того прост, что приготовляет в медной посуде огурцы или бобы, которые принимают от варки прекрасный зеленый цвет, или ест такую пищу, восхищаясь ее красивым видом, или цедит уксус из бочек с медными кранами, тот пусть не жалуется на слабость желудка, колотье, судороги или иные нервные болезни, и пусть не требует, чтобы доктор или лекарство так же скоро выгнали из его тела медь, как быстро она туда вошла. Правда, иные люди могут долго переносить медь, но она возьмет свое со временем. В металлическом виде медь вредит реже, но растворенная в уксусе она всегда ядовита. Вот почему не всякий медник бывает болен, и если кому-нибудь случается проглотить медную монету, то она обыкновенно выходит без вреда низом. И свинцовую пулю человек может несколько лет без вреда носить в своем теле, но тот же самый свинец, будучи растворен, умертвит его в несколько часов.

Краски потому вредны, что они все состоят из растворенных металлов. Обыкновенные белила, шифервейс (кремницервейс), суть не что иное, как свинец; столь же вредны белила оловянные и висмутовые. Сурик приготовляется из свинца, а киноварь из ртути. Массикот, неаполитанская, хромовая и каслерова желть суть свинцовые соединения; реальгар, опермент — соединения мышьяка. Синие краски часто содержат медь, как, например, голубец, или заключают они страшный яд, водосинильную кислоту, как, например, берлинская, парижская и минеральная лазури, или же содержат кобальт (который действует не так разрушительно, как мышьяк, но все-таки довольно сильно), как, например, шмальта. Зеленые краски почти все приготовляются из меди, как, например, веницейская ярь, горная (минеральная) зелень, швейнфуртская краска, венская и брауншвейгская зелень. Зеленый хром не менее вреден; шеелева и швейнфуртская краски принадлежат к числу опаснейших, потому что содержат мышьяк и вредят даже через продолжительные тонкие испарения. Присутствие в них мышьяка очень легко обнаружить: если положить такую краску на горячие уголья, сгорая, она распространит чесночный запах.

Поддельные золото и серебро, которые часто служат к украшенью детских игрушек, содержат медь, ртуть, цинк, олово и висмут*.

*У нас в России украшают таким образом не только детские игрушки, но даже простые копеечные булки и пряники. Желательно, чтобы такое вредное обыкновение вывелось. — Прим. перев.

А потому надобно как можно более остерегаться таких красок, тщательно прятать их, стараться, чтобы пыль от них не разлеталась; для собственного дома ни в каком случае не употреблять красок, содержащих мышьяк; не допускать их до прикосновения со столовой посудой. Детям не надо дарить ящиков с красками, потому что через это им дают в руки яд, а также крашеных деревянных и свинцовых игрушек. Цветные облатки тоже нередко содержат яд и могут вредить детям, точно так же, как и нынешняя тонкая почтовая бумага, а именно молочного и зеленого цветов, содержит вредные вещества, нередко мышьяк, которого присутствие обнаруживается уже тем, что если такую бумагу зажечь, то она распространяет чесночный запах.

Хотя металлические краски суть самые вредные, но и прочие краски содержат также очень ядовитые вещества. Гуммигут (желтая краска) есть сильный слабительный яд. Индиго причиняет иногда жестокие судороги и опухоли; кошениль возбуждает зубную боль и задерживает мочу. Не упоминаем о других ядовитых красках. Но где краски необходимо нужны, можно употреблять мел (из которого с примесью сока березовых листьев или куркумы можно составить желтую краску, с примесью индиго — синюю, с примесью обоих — зеленую), охру и прочие железные краски, далее вайду, крап, орлеан, кошениль и кармин.

О румянах по-настоящему вовсе не следовало бы говорить; всякий знает, что все они без исключение содержат яд, и притом самый сильный. Румяна неядовитые держатся недолго, а те, которые долго не линяют, ядовиты, и это не подлежит сомнению. Есть и должен быть один только род румян: свежий воздух, холодная вода и благоразумный образ жизни. Есть радикальное средство, которым можно навсегда отучить девушек и женщин от румян. Пусть они, нарумянившись, умоются впотьмах водой, в которой растворено немного серной печени. Это не повредит, а, наверное, поможет. Надобно тщательно прятать от детей и невежд и все прочие минеральные вещества, как сухие, соленые, так и жидкие, особенно кислоты. Купоросное масло (серная кислота), крепкая водка (селитряная кислота), соляная (водохлорная) кислота, царская водка (смесь селитряной и соляной кислот) и щавелевая соль, употребляемая для вывода пятен, суть сильные ядовитые вещества. Серная кислота очень разжиженная не вредна; крепкая водка в смешении с крепким спиртом не столь опасна, но прочие из сказанных веществ, несмотря ни на какое разжижение, действуют как сильные яды. Летучая английская соль, кали (или поташ), едкое кали, виннокислое кали, раствор этой соли (liquor salis tartari), нашатырный спирт, соль оленьего рога, негашеная и даже гашеная известь очень опасны. Немало людей померло от нашатырного спирта, или спирта оленьего рога, когда эти вещества были слишком крепки, а их давали больным (особенно обморочным) слишком много или часто внутрь, либо нюхать, или даже вливали в нос. Надо давать тот или другой спирт нюхать только когда он слаб, и принимать не иначе, как в большом разжижении. Квасцы, купоросы, селитра, нашатырь и серная печень не менее вредны.

Не только все, содержащее ртуть, мышьяк, свинец и медь, ядовито, но также все, заключающее в себе сурьму (антимоний), как, например, рвотный винный камень (tart emet.), сурьмяное масло (antimonium muriaticum), sulphur auratum antimonii, альгаротов порошок и проч. Точно так же все, содержащее олово, висмут, цинк, адский камень, все минеральные и химические вещества более или менее опасны, даже и самые невинные, если только они будут употреблены некстати и невовремя.

Яды растительного царства бесчисленны; то же надо сказать и о ядах животного царства. Иногда такие вещества употребляют для того чтобы сыграть с кем-нибудь шутку, но это может иметь несчастные последствие. Мы слышали, что один дурак хотел однажды подшутить над девушкой и подмешал ей в пищу скобленых ногтей: она терпела несколько дней жесточайшие мучения и едва не умерла.

Надо остерегаться давать детям народные средства от глистов, как будто против этой болезни нет других лекарств. Кто легкомысленно наполняет желудки своих детей такими средствами, пусть испытает их сам, и принимает каждое утро только по одной чайной ложке такого лекарства: он легко переменит о них мнение.

Точно так же вредны средства для истребления насекомых. Надо употреблять из них только такие, которые безвредны для человека. Лучшее средство против большей части насекомых — чистота. Так, если кого частое мытье и чесание не избавляют от вшей, тот пусть мажет голову постным маслом, а когда и это не помогает, пусть втирает в волосы немного тертого курительного или нюхательного табаку. Против блох опрятность лучшее средство; можно также прыскать пол и кровать лимонным соком или крепким уксусом. Помогает и собачья шерсть, полное блюдо которой надо поставить под кровать, каждое утро обдавать кипятком и снова потом просушивать. Вместо собачьей шерсти можно употребить овечью. Лучшее средство против клопов: все щели в кровати натереть крепким щелоком и потом намазать жиром или мылом. Хорошо все щели в стенах замазать гипсом, это препятствует дальнейшему размножению клопов. Самое же лучшее средство, это клоповые ловушки. Рогожу со щепами или деревянную раму одной длины и ширины с кроватью, со множеством длинных тоненьких дранок, идущих от одного конца до другого, наложенных одна на другую, кладут вечером под кровать и каждое утро вынимают и вытряхают на пол: клопы, приютившиеся в этих щепах, выпадают, и их давят. От времени до времени можно также эту раму обваривать кипятком. Таким образом сберегают деньги, употребляемые на покупку разных средств от клопов (средств, которые почти никогда не помогают), избегают опасности иметь в доме яды (потому что все эти средства содержат сулему или что-нибудь подобное, и некоторые из них вредят уже одним своим испарением), и сверх того, сказанным простым способом мало-помалу можно избавиться от всех клопов. Кто ленив это делать, тот пусть не жалуется на клопов.

Против моли, повреждающей платья и меха, часто употребляют камфору или даже мускус, но запах этих веществ вреден для человека, особенно в спальне. Притом камфора вредит цвету, а мускус причиняет род порчи, вследствие которой запах остается и тогда, когда уже мускуса вовсе нет. Лучше употреблять юфтяные обрезки, которые можно достать у всякого седельного или башмачного мастера, или лавенду (Lavendula spica). Для предохранения платьев от моли хорошо также класть в них табачные листья. Лучшее средство истреблять в платье моль и других насекомых, это жар в 28 градусов, продолженный на 1 или 2 дня, только не везде это средство применимо.

Насекомых в зерновом хлебе можно легче истребить, обкладывая его сильно пахучими растениями и частым его перемешиванием, нежели посредством яда. Говорят также, что хорошо для этой цели обкладывать зерновой хлеб растением Verbascum Thapsus (царский скипетр), собранным в цвету.

Лучшее средство против крыс: заткнуть дыры соломой, пропитанной дегтем, или насыпать в них сажи и потом тоже заткнуть и плотно замазать алебастром или замазкой из извести и толченого стекла. Крысы околевают также от пирогов, испеченных из толченого стекла, муки и свиного сала, если давать им этого кушанья хоть раз в неделю. Также если давать им в большом количестве и каждый день смеси алебастра с мукой и сахаром, то это истребляет их мало-помалу. Где много крыс, особенно на дворах и в больших погребах, там надо поставить с вечера сосуд с сидром, подслащенным пивом или вином, разведенным водой, прибавив туда немного мелу или извести и простой водки. Крысы, напировавшись, опьянеют, и тогда на крысью охоту можно выпустить детей, собак и кошек. Всего лучше делать это летом, когда у крыс нет еще детенышей. Это гораздо благоразумнее, нежели давать им яд: можно привести много примеров, что и при чрезвычайной осторожности часто вместо крыс погибали люди, не говоря уже о том, что в случае удачного отравления крыс надо переносить от них зловоние.


Без всякого сомнения, еще хуже всех вредных и ядовитых веществ тайные средства, которые продаются под разными заманчивыми названиями. Ни один врач не станет отрицать, что иногда они помогают, однако же каждый благоразумный человек знает, как редко это случается. Всякое тайное средство помогает, будучи употреблено кстати, в противном случае должно оно вредить. По одним объявлением об этих средствах и похвалам им можно уже судить, что продавцы их заботятся об одном: как бы сбыть с рук свой товар. Выхваляя какое-нибудь средство против какой бы то ни было болезни, они постоянно забывают главное, а именно, точное определение вида болезни. Так, например, чахотка легких не есть определенная болезнь, против которой могло бы действовать известное лекарство. Она так разнообразна, и почти при каждом больном изменяет свое свойство так, что нужны большая обдуманность и самое точное исследование, чтобы верно определить вид ее у каждого пациента. А лекарство надобно назначать, смотря по свойству болезни. Одно и то же средство не может помогать во всех случаях. Похвалы основываются часто на ошибках. Иногда болезнь кажется опаснее, нежели какова она есть на самом деле, признается такой врачами, и однако же может быть излечена незначительными средствами, иногда одной только холодной водой.

Множество тайных средств, выхваляемых против различных болезней, без сомнения, приносят большой стыд их покупателям, доказывая невежество, какое в столь важных вещах существует еще между людьми.

Покупку тайных средств всегда можно сравнить с лотереей. Верный и большой выигрыш достается постоянно только тем, которые продают лотерейные билеты. Как много пустых билетов в лотерее, так же много неудачных лечений, и как мало бывает выигрышных билетов в лотерее, так же мало случается удачных излечений. О немногих выигравших лицах идет сильная молва, а о проигравших нет и помину. Ни один благоразумный, мыслящий человек не станет брать лотерейных билетов, или возьмет их только в том случае, когда деньги, употребляемые на лотерею, у него совершенно лишние, так что вероятная потеря не может ему принести убытка. А кто играет в медицинскую лотерею, тот не только теряет свои деньги, но, если только он не попадет в число редких счастливцев, или если средство не помогает случайно, с каждым разом наносит себе вред; болезнь сделается серьезнее, упорнее, а излечение труднее. Когда лекарство прописано врачом, то знаешь по крайней мере, какое оно именно, и если оно повредит, то ведь каждому известному лекарству можно найти другое противодействующее; если приемы были не очень сильны и не слишком долгое время повторяемы, то еще есть возможность поправить причиненный ими вред. При неизвестных же тайных средствах этого нельзя сделать, потому что не знаешь, что за вещество имеешь перед глазами. Глуп тот, кто полагается на уверение, что в них нет ничего вредного. Мы уже говорили выше, что есть много растений, которые несравненно вреднее самых ядовитых металлов.

Но весьма многие из таких средств заключают в себе и металлические яды; так называемые противолихорадочные капли по большей части содержат мышьяк, иные пилюли заключают в себе ртуть, и т. п. Такие лекарства большей частью продаются высокой ценой, между тем как из каждой аптеки можно бы достать их за цену вдесятеро меньшую; например, гарлемские капли суть не что иное как смесь серы с маслом, и скляночка такого лекарства обходится его составителям в какие-нибудь две копейки. То же надо сказать и о всех прочих тайных средствах.

Нет ни одного тайного средства, которого не мог бы тотчас же открыть и обнародовать истинно добросовестный врач. Такой врач может каждое средство употребить уместно, а продавец тайных средств не сделает этого: его цель — распродать как можно более лекарств, невзирая на то, будут ли они полезны, или нет.


2. КАК ПОСТУПАТЬ ПРИ ОТРАВЛЕНИЯХ

Главное дело состоит в том, чтобы как можно скорее извлечь яд и воспрепятствовать его распространению, а когда нельзя его извлечь, то соответственными средствами сделать его безвредным. Почти всегда успех много зависит от поспешности; чем скорее будет подана помощь, тем лучше для отравленного. Но очень часто эта поспешность обращается во вред, если действуют люди несведущие или под влиянием страха без необходимой обдуманности.

Первое правило: сохранять присутствие духа и спокойствие. Тот, кто умел сохранить их, пусть предпринимает лечение и в ту же минуту раздает нужные приказания. Пусть он немедленно вышлет самых робких из окружающих больного за необходимыми вещами, приказывая одному принести то, другому — другое. Сохранивший присутствие духа заставляет помогать себе малодушных и, занимая их таким образом, будет тем содействовать к их собственному успокоению. Таким образом все нужное будет скоро принесено, и он может распоряжаться далее.

Когда яд попал в желудок, то в большей части случаев главное дело состоит в том, чтобы возбудить рвоту (в особенности когда есть на нее позыв) или способствовать к продолжению начавшейся уже рвоты. Для этого очень хорошо давать пить теплую воду и щекотать пером в горле, и всего лучше павлиньим, которое не мешало бы всегда иметь наготове, и которое дети охотнее допускают к себе в рот, потому что оно красиво, мягко и притом довольно длинно, чтобы проникнуть в желудок. Его можно несколько смазать маслом или жиром, растерев то или другое между ладонями и проводя по ним пером, но в случаях спешных на это не надо терять времени, а только сдуть с пера пыль. Потом велеть отравленному раскрыть рот, или разжать его пальцами, придерживая между тем и нос; затем пропустить перо за язык и ниже, куда оно проникнет потом само собой. Если оно там засядет, то повернуть его немного; если это не поможет, опять поворачивать его по временам и не переставать его тихонько просовывать и поворачивать, пока не воспоследует рвота. В этом состоит первое распоряжение.

Потом приказать принести воды; если под рукой нет теплой, взять холодную, и велеть тотчас поставить ее на огонь, налив в один сосуд немного, чтоб вода поскорее согрелась, в другой много.

Между тем надо также велеть принести яиц, разбить их, собрать белок и сбить его. Далее надо позаботиться о мыле; всего лучше употребить белое мыло, и из него сделать мыльную воду. Кто-нибудь другой пусть хлопочет о сахаре, уксусе, молоке, деревянном и коровьем масле. Затем тотчас приказать сварить крепкого кофе и слизистой кашицы из овсяной муки, круп, льняного семени, или из какой бы то ни было муки, которую скорее можно добыть.

Точно так же заготовляются прочие главные противодействующие средства, означенные ниже, и которые не худо бы во всяком хозяйстве иметь в запасе.

Между тем, производя в больном рвоту и распоряжаясь принесением всего нужного, надо стараться распознать, какого рода ядом был он отравлен, или вообще, что он ел. Иногда при внезапных приступах какой-либо болезни несправедливо подозревают отравление. А потому надо исследовать вероятность отравления, и если окажется сомнение, то не спешить. В случае, если яд неизвестен, можно употребить множество средств без всякого вреда для больного; их надобно предпочитать до тех пор, пока не откроется, какого рода ядом произведено отравление.

Есть основательная причина подозревать яд, если внезапно оказываются сильные опасные припадки (которые будут описаны ниже), особенно когда они появляются тотчас или вскоре после того, как больной чего-нибудь поел или выпил. Еще более вероятно подозрение, когда он ел что-нибудь необыкновенное, для него непривычное.

А потому надобно со вниманием рассмотреть все, расспросить больного и ближних его, что он ел, с кем провел последние часы, и т. п. Надо тщательно собрать все, изверженное рвотой, а также остатки пищи или питья, которые употреблял больной. Даже если эти вещества загнили, все-таки надобно их собрать, потому что минеральные яды и тогда еще есть возможность в них открыть, и это может быть впоследствии полезно для самого больного или для его ближних. В важных случаях все эти вещества надо положить в большой сосуд (чем больше, тем лучше), и налить на них хорошего хлебного вина.

Так как при каждом важном случае посылают за искусным врачом или аптекарем, или за другим каким-нибудь сведущим человеком, то отдать им эти вещества на рассмотрение.

Но не надо мешкать с лечением; надо в одно мгновение подать помощь, а между тем стараться распознать, чтó было причиной отравления.

Надо всегда помнить, что можно причинить отравленному смерть, если слишком много средств будут давать ему одно за другим и слишком торопливо действовать. Надо поступать обдуманно и давать одно средство за другим с надлежащим спокойствием, чтобы еще более не повредить ими больному.

Когда узнали с точностью, какого рода был яд, или сильная вероятность указывает на какой-либо яд, то употреблять средства, которые ниже обозначены против этого яда, и избегать тех, которые в данном случае могут быть вредны.

Ежели яд неизвестен, то надо прибегать только к общим средствам, избирая из них лучшее по следующему указанию, и притом постоянно переходя от слабейших средств к сильнейшим, когда первые оказываются недостаточными. При великой опасности всегда надо давать то средство, которое имеется под рукой.

Следствие приема псевдолекарств Следствие так называемых лекарств   Оглавление книги "Домашний врач-гомеопат" Оглавление   Об отравлениях (II) Главные средства против отравлений