Интервью с Андре Сэном. Ч. II (продолжение)

Гомеопат Андре Сэн
Zeitschrift für Klassische Homöopathie 2004; 48(3):117–127

Перевод Зои Дымент (Минск)

Вам требуется больше лекарств для человека с серьезными проблемами, чем для того, кто почти здоров?

Это зависит от пациента. У меня был пациент, умиравший от сердечной и почечной недостаточности, уже на коматозной стадии уремии. Она развивалась с быстрой сменой последних стадий — за часы или даже минуты, но до появления такого состояния прошли годы. Итак, мы наблюдали эволюцию хронической болезни на нескольких ее последних стадиях, и каждая стадия соответствовала другому лекарству. Часто так бывает при пневмонии с ее четырьмя стадиями: конгестия, инфильтрация, разрешение и выздоровление. Каждая стадия может представлять другую картину и требовать другого лекарства. При острой болезни, например, при пневмонии, обычно во время восстановления не наблюдается обратного развития стадий. Например, пациент с третьей стадией пневмонии не должен возвращаться на вторую, а затем на первую стадию болезни, но сразу переходит на четвертую стадию, если лекарство подобрано верно. С другой стороны, на более поздних стадиях хронической болезни я наблюдал во время восстановления обратное развитие болезни через различные прошлые стадии. Я должен подчеркнуть, что был свидетелем этого очень редко, в случаях с очень развитой патологией. Тем не менее это был бесценный урок для успешного лечения таких случаев. Вот почему так важно понять феномен неподобных болезней, обсуждаемый Ганеманом на протяжении всей сего работы.

Я также наблюдал это при осложнениях у пациентов с раком и лейкемией. Например, один раз я видел молодого человека на последней стадии острого лимфолейкоза, у которого развилась гангрена рта. Лекарство, которое он принимал и которое помогало его общему состоянию, не помогло при быстро прогрессирующей гангрене. Надо было действовать быстро, так как в течение нескольких дней он потерял переднюю треть языка, и по всему рту распространились многочисленные крупные зеленые гангренозные язвы. Самая большая из них располагалась на нёбе и была около 3 см в диаметре. Я назначил другое лекарство на основе этой новой картины. Гангрена сразу начала регрессировать. Это было осложнение его лейкемии — инфекция, неподобная его хроническому состоянию. Его рот хорошо зажил, и язык отрос полностью, за исключением самого кончика. С другой стороны, ветерану корейской войны с раком печени, упоминавшемуся ранее, несмотря на далеко зашедшую болезнь, на протяжении всего лечения назначалось одно и то же лекарство.

Я наблюдал те же явления у пациентов с далеко зашедшим СПИДом, которые могут иметь несколько инфекций одновременно. Обычно одна инфекция неподобна другой, и так далее. И, возможно, придется каждой картине болезни подбирать другое лекарство.

Ганеман заметил, что во время лечения пациентов с хроническими болезнями для завершения лечения потребуется не только несколько антипсорических лекарств, но потребуются также непсорические лекарства при случайных острых состояниях. То, что он наблюдал, не изменилось и сегодня. Люди, которые поддерживают противоположное мнение, должны продемонстрировать это, так как все свидетельствует об обратном. Опыт Ганемана нетрудно доказать, так как он подтверждается такими же свидетельствами великих практиков, которые мы находим в литературе. Кроме того, я могу легко найти двадцать последовательных случаев из моего собственного опыта с полномасштабными хроническими болезнями, которые были успешно излечены за более чем пять лет, и редко попадались такие случаи, когда было необходимо только одно лекарство во время лечениях хронической или попутной острой болезни. Я утверждаю, что подавляющее большинство гомеопатов после Ганемана подтвердили это, но противоположное никогда не было доказано. Я встречал пациентов врачей, которые всегда назначали одно и то же хроническое лекарство год за годом, даже в острых ситуациях и при случайных травмах и недомоганиях, иногда без какого-либо улучшения даже хронического состояния!

По той или иной причине гомеопатия привлекает фанатиков, которые подходят к ней больше как к системе убеждений, религии или культу, а не как к естественной науке. Эти люди обычно боготворят своих учителей, часто выглядящих как гуру, и полагаются больше на веру, чем на подлинные наблюдения и здравый смысл. Но гомеопатия действительно является чистой естественной наукой, которая, возможно, требует большого искусства, проницательности и прозорливости в своем применении. Любая импровизация делает практику непредсказуемой, а не научной. Но чтобы овладеть гомеопатией, требуется овладеть ее наукой. Как только вы отделяете от гомеопатии слово "наука", гомеопатия теряет все свои достоинства. Гомеопатия — это наука терапии, и, к сожалению, не факт, что тот, кто утверждает, что практикует ее, хоть сколько-нибудь квалифицирован, не говоря уже о том, что для успешного применения гомеопатии требуется соблюдать в ее практике необходимую строгость.

Вы ссылаетесь на феномен неподобных болезней. Не могли бы вы объяснить подробней этот феномен и его клиническое значение?

Это интересный вопрос. Ганеман обсуждал этот феномен уже в 1819 году во втором издании "Органона", и это обсуждение можно найти в параграфах с 34 по 46 в шестом издании. Однако в "Органоне", "Хронических болезнях" и других своих работах Ганеман постоянно ссылается на две или более сосуществующие в одном человеке в одно время болезни: то, что он назвал сложной болезнью. Это очень важное явление, и со времен Ганемана ни один ганемановец, насколько мне известно, никогда не обсуждал это подробнее. По моему опыту, абсолютно необходимо понять очень сложный феномен неподобных болезней, чтобы успешно справляться со сложными случаями и излечивать больных с серьезными патологиями. Неясно, потому ли этот вопрос не обсуждается позднее, что он слишком очевиден, или потому что его реальное клиническое значение не было полностью признано? Я не знаю ответа, но я бы предположил последнее.

По какой-то причине, будучи молодыми студентами, изучающими гомеопатию, мы с коллегами находились под впечатлением, что заболевший может иметь только одну болезнь в одно время. Я начал свой путь с этим заблуждением и врезался в стену, когда начал лечить пациентов с серьезными патологиями. Я быстро избавился от своего заблуждения, столкнувшись с реальностью, и начал уделять больше внимания этому явлению, чтобы лучше его понять.

Огромное клиническое значение этого явления становится очевидным сначала при анализе случая. При рассмотрении полного случая следует прежде всего ответить на вопрос, имеется ли у пациента больше одной болезни. Если очевидно, что ответ положительный, то совокупность симптомов нужно разделить в соответствии с симптомами каждой болезни. Таким образом, все симптомы, которые появились с момента начала последней болезни, должны быть сгруппированы вместе. Если ответ отрицательный, то все симптомы, связанные с единственной естественной болезнью, образуют совокупность. Я говорю здесь особо о естественной болезни, потому что симптомы, связанные с causa occasionalis (лат. случайной причиной. — Прим. перев.), неправильным образом жизни или ятрогенным воздействием, не должны быть включены в эту совокупность.

Позвольте привести вам пример, который я часто использую на занятиях, чтобы проиллюстрировать явление неподобных болезней. Допустим, женщина, страдающая давней хронической болезнью, например, далеко зашедшим ревматоидным артритом, сыта по горло традиционной медициной и слышит хорошие отзывы о гомеопатии, в результате чего решает посоветоваться с вами, настоящим гомеопатом. Вы очень заняты и можете записать ее на прием только через несколько недель. За неделю до назначения она подхватывает простуду, и у нее развиваются симптомы, которые она считает симптомами пневмонии, бывшей у нее в прошлом: умеренная лихорадка, одышка, прилив крови к груди, ржавая мокрота, слабость, ночная потливость и т. д. Так как она читала, что гомеопатия может эффективно бороться даже с самой тяжелой формой пневмонии, она решает подождать, чтобы встретиться с вами в назначенное время через несколько дней. Однако ко времени приема у нее уже полностью развившаяся пневмония. Каковы шансы, что ей в настоящее время необходимо то же лекарство, что и четыре недели назад, когда она впервые обратилась за консультацией? Возможно, процентов пятьдесят, или еще меньше.

В день приема шел ледяной дождь. Муж подвез ее к порогу вашего офиса, прежде чем поехал на парковку. Когда она сделала три шага по ледяной поверхности к вашему офису, то поскользнулась и упала прямо на затылок. Ее муж возвращается с парковки и видит ее лежащей без сознания. Он звонит в вашу дверь, и теперь у вас сложный случай. "Нет проблем", — отвечаете вы как истинный ганемановец. Тем не менее вновь возникает вопрос, каковы шансы, что теперь она нуждается в одном и том же лекарстве при ревматоидном артрите, развернутой пневмонии и тяжелом сотрясении мозга? Вероятно, менее одного процента. Скорее всего, у нее три неподобные болезни, требующие трех разных лекарств.

Позвольте мне привести вам еще один пример неподобных болезней. Жена одного из моих лучших студентов попала в невероятно тяжелую автомобильную аварию. Она страдала от нескольких серьезных переломов и других серьезных травм, таких как большие субдуральные кровоизлияния, пробитое легкое, разрыв печени и т. д. Было трудно поверить, что она была еще жива, потому что у нее были переломы почти всех костей тела, в том числе черепа, таза, обеих бедренных костей, голеней, малоберцовых костей, ступней, ключицы, плечевых костей, челюсти, а также многочисленные переломы позвонков и ребер. Вы можете себе представить, какой ужасный это был вид. Мы давали одно лекарство в один момент времени, но мы должны были постоянно менять лекарства в связи с постоянно меняющейся картиной. Мы меняли лекарства каждые 15-30 минут в течение от 4 до 8 часов, только чтобы сохранить ей жизнь. Каждое состояние отличалось от предыдущего, одно лекарство было от травматического шока, потом от боли, потом было кровотечение, потом она была без сознания с хрипящим дыханием и потерей жизненных сил и т. д. Коллега оставался круглосуточно в больнице больше недели, сообщал мне регулярно о новых осложнениях, и обращался за советом, что делать. В таких редких случаях приходится быстро менять лекарства, так как каждое следующее состояние представляет другую лекарственную картину.

Более классическим примером неподобных болезней является сосуществование хронической болезни со свежим острым неподобным состоянием, например, с острой инфекцией, острой физической травмой, острым эмоциональным шоком, острым психическим стрессом, острым отравлением, острым недомоганием, острым ухудшением хронической болезни, острой периодической болезнью или острым физиологическим изменением. Существуют другие ситуации, кроме хронических болезней, за которыми следует острое состояние, когда две или более различные болезни могут сосуществовать вместе, например, две или более острые или хронические инфекции, хронические последствия длительного воздействия физических, эмоциональных или психических стрессов, хроническое отравление, хроническое недомогание, продвинутая стадия хронической болезни, осложнения хронической болезни, различные стадии некоторых инфекционных болезней или хронические физиологические изменения. На практике типичны такие жалобы как мигрень, астма или сенная лихорадка, не реагирующие на хроническое средство, при котором состояние пациента улучшается в целом. Вы можете видеть, как важно понять это явление, чтобы добиться постоянства в клиническом успехе, независимо от сложности случая. Это актуально для повседневной практики.

Возникает вопрос, как нам подойти к пациенту с двумя или более неподобными болезнями? Ответ очень прост: так, как Ганеман учил нас. Разобраться вначале с более серьезной, выдающейся или появившейся последней болезнью, а затем с каждой последовательно, а иногда даже по очереди. Но давайте скажем очень ясно, что речь не идет о рутинном чередовании лекарств, так как действовать надо в соответствии с изменением картины случая и его эволюцией. Конечно, существует опасность, что новичок не распознает это явление или немного более продвинутый практик, отделяя каждый синдром, обнаруженный у пациента, ложно идентифицирует синдромы как неподобные болезни. Практика гомеопатии, как всякая медицинская, требует большой проницательности.

Мы видели некоторых ваших пациентов, которые были отравлены ртутью, и вы лечили одного из них Mercurius. Это не изопатия?

Не совсем так, потому что в случае, о котором вы говорите, назначение Mercurius solubilis было сделано до обнаружения высокого уровня ртути в крови пациентки. Я прописал Mercurius solubilis потому что это лекарство оказалось наиболее близко к совокупности характерных симптомов имеющейся болезни, а не потому что я знал, что у нее был высокий уровень ртути. Я лечил много пациентов с высоким уровнем токсических веществ, и только изредка требовалось то же самое потенцированное вещество. Я лечил пациентов с высоким уровнем ртути, но редко прописывал им Mercurius. Больной чувствует себя лучше, если назначено подобнейшее лекарство, и в конечном итоге уровень ртути снизится. Кстати, у большинства пациентов, которые были отравлены ртутью, она была в виде метилртути или хлорида ртути, а не элементарной ртути из Mercurius solubilis.

Часто на занятиях вы упоминаете индуктивный метод Ганемана, который лежит в основе методологии гомеопатии. Не могли бы вы объяснить это на примере?

Следует разъяснить так, чтобы всем стало ясно, что подразумевается под индуктивным методом Ганемана. По существу индуктивный метод является наиболее прямым и безупречным подходом, используемым в естествознании для открытия или изучения явлений. Ганеман использовал в медицине достоинства подлинного наблюдения и здравого смысла, как этому учил Фрэнсис Бэкон в своей работе "Новый Органон, или Истинные направления касательно истолкования природы". Ганеман следовал индуктивному методу Бэкона и назвал свой учебник "Органон рационального искусства исцеления". Слово "органон" означает орган или инструмент правильного мышления. Когда гомеопатия практикуется правильно, она является естественной наукой в самом чистом смысле. Мы руководствуемся природой, а не чем-то иным. Мы объективно наблюдаем, чтобы обнаружить законы и принципы и постараться соблюдать их в нашей повседневной практике. Может ли существовать более научная практика медицины, особенно когда в дальнейшем гомеопатическая практика подкрепляется неопровержимыми свидетельствами постоянства своих успехов?

Мы должны помнить, что слово "врач" происходит от греческого φύσις, означающего "природа". Таким образом, слово "врач" означает того, кто изучает и знает природу, ее принципы и законы, а также их применение. Ганеман учил нас, как оставаться верными нашей миссии, практикуя медицину научно и мудро. Медицинская практика, отделенная от науки и философии, ведет к неудаче. Индуктивный метод является основой естественных наук и заключается в выводе правильных заключений, что может быть выполнено только после того, как тщательно наблюдалось все, что можно наблюдать, ничего не оставлено в стороне и не добавлено ничего того, что не наблюдалось. Индукция — не просто догадка, но точный инструмент исследования для выхода на наиболее правдоподобный и наиболее подходящий ответ. Хотя индуктивный метод пытается исключить все возможные ошибки, он не является полностью безошибочным, а выводы могут меняться по мере того, как открывается новая информация.

Возможно, это станет яснее, если сравнить индуктивный метод с чаще используемым дедуктивным, который является по своей природе гадательным. Есть теория, формируется гипотеза, ее пытаются доказать. То есть начинают с концепции и пытаются ее проверить, что часто превращается в еще одну попытку подогнать природу под свое понимание ее. Напротив, индуктивный метод начинается не с концепции или гипотезы, но приближается к реальности совсем по-другому, предлагая: "Давайте понаблюдаем, что здесь происходит". Медленно, по мере накопления наблюдений, появляются модели и принципы. Изучая историю медицины, можно видеть, как медицина развивалась, проходя через постоянно меняющиеся теории о происхождении болезни и свойствах лекарств. История медицины — по большей части результат дедуктивного мышления. Формулировка теорий часто отражает, как мы ограничиваем исследовательский процесс и предвзято к нему относимся. По своей природе мы склонны к дедукции. Когда мы чего-то не знаем, мы это изобретаем. И, как правило, когда мы приходим к выводу, наблюдение прекращается.

Один французский историк науки написал книгу об ошибках в науке, имеющую очень подходящее название "Je pense donc je me trompe" ("Я мыслю, следовательно, я ошибаюсь"). Когда Ганеман вышел на сцену, он остановился на другом подходе, на более точном методе исследования, основанном на чистом наблюдении, правильном рассуждении и мудром размышлении. Чистое наблюдение приводит к истинному знанию. В гомеопатии это применимо к нашей Материи медике и к нашему исследованию больных. Начнем со свойств лекарств. Ганеман разработал Материю медику на основе чистого наблюдения; чистую Материю медику, свободную от теорий, гипотез и теоретизирования. Эта чистая Материя медика неотъемлема от гомеопатии. Практика, лишенная этой чистой Материи медики, является обманом и не должна идентифицироваться как гомеопатическая. Очень важно четко указать, что спекулятивная Материя медика, введенная многими современными авторами, совершенно несовместима с гомеопатией и выставляет последнюю в ложном свете.

В ходе правильно проведенного прувинга гомеопат берет растение или другое вещество, новое для гомеопатии, и проводит прувинг на чувствительных коллегах, тщательно фиксируя его эффекты. После соответствующего периода отдыха прувинг выполняется с теми же испытателями второй и третий раз. На основе симптомов, неоднократно встречавшихся у испытателей, гомеопат может с уверенностью сказать, при какой болезни это растение или вещество будет показано. Аналогичным образом астроном, который обнаруживает новую комету, сможет с большой точностью определить ее скорость, траекторию, расстояние до нее и когда она вновь появится на небе, и все это с помощью индукции, основанной на законах, которые регулируют движение этих небесных тел. Гомеопат, астроном или другой естествоиспытатель делают свои выводы на основе одного и того же безошибочного процесса индукции, основанной на законах природы. Кстати, такой подход в гомеопатии осуществляется с высокой эффективностью и мягкостью и не требует оборудования и огромных фондов, а также не причиняет вреда животным или окружающей среде.

Другой аспект использования Ганеманом индуктивного метода связан с исследованием больных. И вновь Ганеман обращает наше внимание на необходимость наблюдать с минимальным вмешательством рассуждения, то есть быть чистым наблюдателем природы. Это очень хорошо описано во всех его работах, но особенно в "Органоне", в § 83 и далее. Ганеман просто говорит, что "индивидуализированное исследование случая болезни… не требует... ничего, кроме здравого смысла и свободы от предрассудков, внимания при наблюдениях и точного воссоздания картины заболевания". Во втором томе своей "Чистой Материи медики" Ганеман опубликовал великолепную статью, озаглавленную "Медицинский наблюдатель", в которой он говорит:

Для того чтобы точно воспринимать то, что должно быть отмечено у пациентов, мы должны направить все наши мысли на рассматриваемый вопрос, выходя даже за пределы своих возможностей, и закрепиться на нем, так сказать, со всей нашей способностью к концентрации, дабы не упустить ничего из того, что присутствует в настоящий момент, что связано с этим вопросом и что может быть установлено с помощью всех наших чувств. Поэтическое воображение, фантастическое остроумие и теоретизирование следует на время остановить, а также подавить все неестественные рассуждения, принудительные интерпретации и стремление к объяснению. Долг наблюдателя состоит только в том, чтобы следить за явлениями и их развитием; внимание должно быть обращено на наблюдение не только для того чтобы ничего из реально существующего не ускользнуло от последнего, но и чтобы он мог точно понимать то, что наблюдает, как оно есть.

Можно ли сказать об этом лучше?

Наконец, врач, применяя к каждому больному человеку нашу чистую Материю медику, должен быть строгим в изучении и подчинении законам и принципам природы. Гомеопатия — индивидуальная медицина. Конвенциальная медицина, наоборот, обобщает и настаивает на назначении препаратов на основе принципов химии, которые несовместимы с динамизмом целительного процесса.

История гомеопатии учит, что чем добросовестней врач подходит к практике гомеопатии, тем лучше будут клинические результаты. Сегодня, когда псевдогомеопаты хотят ввести спекуляции в нашу Материю медику, они просто игнорируют работу Ганемана и основные правила достижения успеха в гомеопатии. Своим эклектизмом они искажают гомеопатию, поскольку выбирают на основе того, что кажется им лучшим или самым плодотворным из нескольких наборов идей, убеждений или теорий. Практика эклектиков основана на суждениях, мнениях, теориях, прихотях и фантазиях. Они не имеют ни права отождествлять такую практику с гомеопатией, ни оправдания в этом. Напротив, практика гомеопатии основана на чистом наблюдении и руководствуется неизменными законами и принципами.

Многие гомеопаты интересуются старыми американскими гомеопатическими журналами, в которых встречаются интересные работы и дискуссии таких успешных гомеопатов прошлого как Липпе, Уэллс, Нэш и другие. Насколько доступны эти журналы?

Бóльшая часть старой американской литературы рассеяна по всем американским медицинским библиотекам. Лишь очень небольшая ее часть была перепечатана в современных журналах или прилагается к программному обеспечению, например, Encyclopaedia Homeopathica или ReferenceWorks. Я вижу, что в последнее время есть немалый интерес к старой литературе и что прилагается больше усилий, чтобы вернуть ее. В Европе, к сожалению, у вас нет достаточного доступа к этим журналам. Лучшая библиотека в Европе, предоставляющая общественности доступ к старым американским журналам, это, вероятно, коллекция Пьера Шмидта в Санкт-Галлене в Швейцарии. Есть также несколько хороших частных коллекций, но большинство из них находится в Америке. Лучшая из всех гомеопатических коллекций в США находится в Мичиганском университете в Анн Арбор. Есть еще медицинская библиотека в Калифорнийском университете в Сан-Франциско, Национальная медицинская библиотека в Бесезде, штат Мэриленд, библиотека Ллойда в Цинциннати, штат Огайо, и библиотека в Национальном колледже натуропатической медицины, моей альма матер, в Портленде, штат Орегон. Есть также хорошая коллекция в Стэнфордском университете в Пало-Альто, штат Калифорния, в Гарвардском университете в Бостоне, в Университете штата Айова в Айова-Сити, в Чикагском университете, в Нью-Йоркской медицинской академии в Нью-Йорке, в Колледже врачей и хирургов в Филадельфии и в Дрексельском университете, также в Филадельфии, в который вошел старый Ганемановский университет. Как видите, литература рассеяна по всей территории США. Бóльшая часть материалов микрофильмирована, но это старая технология, очень неудобная в использовании. Требуется специальное оборудование для чтения такого материала или необходимо сделать его фотокопии. Библиотеки начали оцифровывать эту информацию, и в этом будущее, с точки зрения облегчения доступа к этому в значительной степени недооцененному наследию. Но даже если бы каждый имел доступ ко всему этому, он был бы завален огромным материалом. Нужно иметь навык в эффективном использовании такой литературы.

Более двадцати лет я просеиваю эту огромную литературу и собираю лучшее, что в ней имеется. Благодаря этому, я совершенствовал свои знания, что очень помогло мне лучше понять труды Ганемана. Теперь я пытаюсь вернуть в гомеопатию некоторые сокровища, которые я нашел в старой литературе. Кроме Липпе, много можно получить, изучая труды П. П. Уэллса, Геринга, Джослина, Харви Фаррингтона, Пьера Шмидта и т. д. Например, Эдмунд Ли, один из ближайших учеников Липпе, сказал, что труды Липпе, Геринга и Данхэма должны быть известны всем обучающимся гомеопатии, но что никто не писал "разумнее и с такими подробностями, как наш почтенный друг д-р П. П. Уэллс". Следующая книга, которую я намерен опубликовать после моей книги о жизни и творчестве Липпе, расскажет о П. П. Уэллсе и его лучших работах. Лучшие работы великих гомеопатов должны стать доступными для наших настоящих и будущих студентов. Люди, которые хотят овладеть определенным предметом, должны изучать работы его мастеров и всеми силами избегать влияния себя за таковых выдающих. Что мы должны думать о гомеопатическом образовании, когда некоторые из наших самых важных работ недоступны? Это похоже на изучение квантовой физики без доступа к половине фундаментальной литературы по этой дисциплине. Этот важный фактор влияет на нынешнюю неразбериху в гомеопатической профессии.

В прошлом интервью5 вы говорили о качестве подготовки в гомеопатии и необходимых личных качествах людей, которые хотят практиковать гомеопатию. Некоторые могут почувствовать, что они не в состоянии удовлетворить этим требованиям. Как вы в процессе преподавания даете необходимую информацию, как вы обучаете?

Когда люди приходят ко мне, чтобы обучиться гомеопатии, я спрашиваю, есть ли у них необходимые знания для медицинской практики. Они должны обладать всеми основными навыками, необходимыми для обследования и диагностики пациента. Я спрашиваю, имеется ли у них уже степень или они в процессе получения ее (MD, ND, DO, DVM, DD, DC, NP, PA или акушерство), то есть имеется ли у них основа для интеграции гомеопатии. Затем, мой долг наставлять их в том, как правильно практиковать подлинную гомеопатию. Я пытаюсь обеспечить их систематической пошаговой подготовкой, от А до Я. Мы начинаем с того, что я считаю наиболее важным — с философии гомеопатии. Здесь мы сначала изучаем все, имеющее отношение к концепции здоровья и болезни, и различные силы и влияния в природе и их потенциальную роль в восстановлении здоровья. Затем мы исследуем возможности различных терапий, чтобы в конечном итоге иметь возможность сосредоточиться на идеальной терапии, сводящейся к гомеопатии. Затем мы рассматриваем возможности и ограничения гомеопатии и то, как гомеопатия вписывается в общую практику медицины. На протяжении обучения у меня студенты читают работы Ганемана и великих ганемановцев.

Параллельно с приобретением прочного философского фундамента гомеопатии, мы изучаем методологию того, как практиковать чистую гомеопатию, шаг за шагом. Мы начинаем с работы с пациентом, затем следует анализ, позология, назначение лекарства, повторный визит, второе назначение, решение сложных случаев и т. д.

Как ни странно, я встречался с очень немногими практиками, которые выполняют работу с пациентом в полном объеме. Когда коллеги консультируются со мной относительно какого-либо своего пациента, я могу легко отличить своих студентов от других, просто взглянув на то, насколько полно была выполнена эта работа. Кроме того, когда пациенты приходят ко мне после того, как их лечили известные преподаватели гомеопатии, я редко обнаруживаю, что работа с пациентом был выполнена полностью. Неудивительно, что лечение оказалось неудачным. После тщательно и всесторонне выполненной работы с пациентом, нередко лекарство очевидно даже для студентов, относительно недавно пришедших в гомеопатию. Это показывает, что даже специалисты не найдут подобнейшего лекарства, если сведения неполны, и что даже новички могут его найти, когда перед ними полная информация.

Нетрудно научиться тому, как при осмотре пациента и сборе анамнеза получить полную информацию, но немногие, вероятно, когда-либо учились этому. В этой работе нельзя импровизировать. Она должна выполняться систематизированно, так, чтобы все важные для нас аспекты были учтены, и в то же время ничего не выдумывалось взамен отсутствующего. Когда люди просят меня направить их к хорошему гомеопату в регионе, где я никого не знаю, я часто даю им следующие два совета. В первую очередь, показать практику "Органон" и спросить, насколько ценна эта книга. Если в ответ прозвучат слова, что эта книга устарела, или что сегодня в гомеопатии есть лучшие книги, или что они никогда не читали его, я предлагаю пациенту поискать другого врача. Чем чаще врач перечитывал "Органон", тем больше вероятность того, что он хорошо практикует гомеопатию. Второй совет — спросить врача, сколько времени обычно уходит у него на работу с новым пациентом с хронической болезнью. Если он ответит, что менее двух часов, то, скорее всего, врач не делает необходимую работу полностью. Я вновь предложу искать другого врача.

Вначале я обучался выполнению этой работы за час, так как кабинеты в клинике, где занимались студенты колледжа, могли быть заказаны максимум на один час. Когда я начал свою частную практику, я продлил это время до полутора часов, потом до двух, а теперь у меня уходит в среднем три-четыре часа на работу с взрослым пациентом с хронической болезнью. Хорошо собранная информация — больше, чем половина дела. Мы обучаем студентов осмотру пациента и сбору информации6 в течение примерно десяти дней, поскольку рассматриваем большинство задаваемых вопросов и значение возможных ответов пациентов.

Как только работа с пациентом завершена, вы знаете, что у вас есть все сведения, необходимые для перехода к следующему шагу, то есть к анализу информации. Вы должны глубоко понимать, как проанализировать пациента, понимать значение каждого симптома и особенно то, что является наиболее характерным в сравнении с обычным. Здесь необходимо задать следующий ключевой вопрос: "Что наиболее своеобразно у этого пациента с рассеянным склерозом?" или "Что является наиболее своеобразным у этого пациента с шизофренией?" и т. д.

Третий шаг — составить план лечения, который в отношении лекарства состоит в выборе подобнейшего средства в правильных потенции, форме, количестве и частоте приема.

Таковы три основных шага в практике гомеопатии как при острых, так и при хронических болезнях, как с новым пациентом, так и при последующих визитах. Сначала мы собираем информацию (симптоматику), затем отвечаем на следующие два вопроса: в чем значение этой информации и что мы будем с ней делать?

Как только эти три шага усвоены, я начинаю учить студентов, как вести трудные, сложные и неполные случаи. Мой опыт говорит о том, что очень немногие из нынешних профессиональных гомеопатов на самом деле обучены правильно выполнять на практике первые три шага. С другой стороны, гомеопатию практиковать просто и приятно, когда это делается систематизированно. Я часто говорил, что до сих пор двумя слабейшими местами гомеопатии всегда оказывались неадекватная система образования и отсутствие сертификации квалифицированных практиков. Если вы не будете следовать определенному весьма точному способу гомеопатической практики, вы не сможете практиковать на высоком уровне и иметь ожидаемое постоянство результатов. Возьмите стоматологию: как может кто-то рассчитывать стать компетентным стоматологом, если он обучался, подобно многим профессиональным гомеопатам, на семинарах по выходным, которые проводят импровизированные учителя? Вы не можете обучиться основам искусства стоматологии у таких непрофессиональных учителей, ведь никто не станет потом консультироваться у недостаточно квалифицированного стоматолога, не так ли? Гомеопатической профессии предстоит еще многое сделать в отношении обучения и сертификации своих врачей. Существует острая потребность в фундаментальном и систематическом обучении гомеопатии.

Одновременно с изучением философии и методологии гомеопатии, мои студенты обучаются тому, как изучать Материю медику и как использовать надежные книги, включая репертории. Кроме того, студенты встречаются во время своей профессиональной подготовки с реальными пациентами. Мы работаем с живыми пациентами с серьезной патологией и анализируем их в классе. Студенты на протяжении всего времени обучения наблюдают, как работать с пациентами на первом приеме и далее. Студенты также получают много описанных на бумаге примеров для развития навыков, необходимых для индивидуализации и понимания того, чтó является самым необычным у пациента, а также чтобы лучше усвоить практические правила ведения пациентов.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

5 Части I и II из интервью, проведенного д-рами Герхардом Виллингером и Фридрихом Делмуром в 1994 году и опубликованного в журнале Международной гомеопатической лиги, можно прочитать на www.homeopathy.ca. Это интервью также доступно на немецком: "Um eine Disziplin zu beherrschen, müssen wir von ihren Wurzeln angehen" от Grundlagen und Praxis, GmbH & Co, Hamburg (ее перевод на русский находится здесь. — Прим. перев.)
6 Этот учебный материал доступен на видеокассетах Канадской академии гомеопатии на www.homeopathy.ca.

Критика теории Ганемана Часть II (начало)   Часть II (окончание)  Как гомеопат должен работать с пациентом