Д-р Вильгельм Амеке (Германия)

Д-р Вильгельм Амеке

Возникновение гомеопатии и борьба против ее распространения


Борьба против распространения гомеопатии

Санкт-Петербург, 1889

— 278 —

за жизнь больного, и больной выздоровел вопреки всякой науке и несмотря на указания природы. А что же Аннеслей? Он спокойно продолжал пускать кровь и имел еще много случаев вскрывать трупы.

Гаспер продолжает: "Богд (Bogd) при обильных кровопусканиях из 28-ми холерных больных потерял только 2-х. Буррель из 88-ми больных, страдавших холерой и которым были сделаны обильные кровопускания, потерял только двух. Крау (Craw) при этом методе потерял из 100 больных только одного".

Демистер подтверждает этот способ подобными же результатами.

Гравье говорит, что кровопускание давало благоприятный результат даже в тех случаях, когда все явления предвещали близкую смерть, когда члены уже похолодели и удушье достигло очень сильной степени. "Позднее Гравье советует только пиявки".

Колледор утверждает, что все больные, которым не было сделано кровопускание, умирали; те же, которым была пущена кровь — выздоравливали.

То же самое повторяется еще на многих страницах. Между прочим, встречаются и менее благоприятные результаты, но все-таки их разбирают в благоприятном для кровопускания смысле. К сожалению, профессор не указывает источники, которыми он пользовался. Но так как эти сообщения слишком односторонни, чтобы на них можно было положиться ввиду достоверно известных фактов, то мы принуждены обратиться к другому автору. Мы предлагаем Крюгер-Ганзена; он не любил Ганемана, но и не был сторонником "рациональной медицины". Он написал книгу"Гомеопатия и аллопатия на весах" (Die Homöoopathie und Allopathie auf der Wage), где описывает также и обычные приемы при холере, против которых он сам сильно восставал. Следующее описание большей частью заимствовано из этой книги.

"Если мы примем в соображение, что аллопаты искали место локализации болезни то в спинном мозге, то в нервной системе, то в крови, то в коже, то в желчи или в кишках, то, конечно, теперь настала очередь гомеопатов осыпать их насмешками". Один принимал ее за перемежающуюся лихорадку,

— 279 —

другие считали чем-то вроде тифа, эпилепсии, колики, дизентерии, кишечной сыпи и проч. Отдельные лица усматривали причину эпилепсии в паразитах, называемых холериллями; к числу этих последних принадлежал и Ганеман. Роггаммель сделал самое точное определение: "Холера есть сложная болезнь, отличающаяся часто динамическим, большей частью астеническим, редко гиперстеническим и почти никогда активным характером"1. Те, которые считали причиной болезни яд, в высшей степени энергично принимались за уничтожение этого последнего или за удаление его из тела. Для этой цели заставляли вдыхать удушливый хлорный газ, мыться известковой водой, давали рвотное и проч. Те, которые искали источник отравления в крови или же предполагали воспаление кишечного канала, проливали кровь, и так поступали почти все. Ртуть также была в большом употреблении. Другие действовали только симптоматически; если тело становилось холодным и окоченелым, то применяли растирания, паровые ванны, горячие напитки, горячие кувшины, советовали даже зарывать больного в лошадиный навоз, завертывать в теплые шкуры животных; если больного рвало, то давали ртуть, чтобы вызвать испражнение; если больного слабило без рвоты, то ему давали рвотное; если у него делались судороги, то ему давали лекарства, считавшиеся противосудорожными, из самой разнообразной смеси, чтобы помогло хоть случайно одно из многих средств.

Корпорации медицинских советов смело советовали кровопускание, рвотные, ртуть, потогонные средства. Бывали случаи, что молодым, крепким людям давали в первый прием 6–8 порошков из 25–40 гран рвотного корня, причем к каждому из них было прибавлено 2–6 гран сернокислого цинка. Многие врачи носили рвотное с собой в кармане и давали его каждому, кто жаловался на первоначальные признаки холеры. Большинство советовало при упомянутых условиях кровопускания. Эти условия встречались необыкновенно часто. Несмотря на бедствие, врачи-аллопаты враждовали между собой и часто не особенно нежно обходились друг с другом.


1 Med. Соuvers. Blatt. 1831. № 41. — "Die Allopathie", Jahrg. 1834. №17.

— 280 —

Сакс в Кенигсберге находил появившиеся до тех пор 300 сочинений о холере столь ничтожными, что практикующий врач мог бы свободно поместить наиболее ценные из них в своем кармане. Он сам написал об этом предмете сочинение в 400 страниц, где высказывает следующие мысли: "Для мыслящих врачей вряд ли нужно прибавлять замечание, что наше предложение опия не исключает применения местных умеренных кровопусканий, где эти последние кажутся необходимыми, хотя бы только симптоматически и для того, чтобы устранить мгновенное зло". Впрочем сейчас видно, что проф. Сакс "научный" наставник: "То в высшей степени несчастное столкновение, которое имеет место при этой нервной лихорадке (холере) между подвижностью и атонией, через что обе эти последние взаимно усиливаются и ухудшают общее состояние — это столкновение нередко быстро прекращается положительным действием опия, усиливающим интенсивную энергию крови, причем снова восстановляется порядок и взаимное соразмерное ограничение органических деятельностей, так что каждая из них справляется сама с собой и может беспрепятственно служить другой".

Проф. Кизер в Йене написал следующее предисловие к сочинению своего ученика Ф. Рейна о "восточной холере": "Эпидемия холеры неизгладимыми чертами отметила в истории медицины преимущественно эмпирический взгляд медицины настоящего времени, презирающий всякое разумное определение". Турок инстинктивно лечит эту болезнь удачнее европейца с его лжемудрствованиями. "В этой первой научной монографии о холере в высшей степени удачно разрешены поднятые вопросы... в первый раз вместе с научным определением свойств болезни установлена научная теория ее лечения, которое предписано наукой, выработано в жизни и у постели больного и испытано удачными результатами практики... После зрелого обсуждения приложенных в этом сочинении исследований, наблюдений и практических результатов, можно даже с уверенностью утверждать, что... теперь, после того, как свойства холеры и соответствующий ей план лечения не представляют уже более загадки, эту болезнь относительно смертельности могла бы превзойти всякая другая болезнь".

— 281 —

После таких обещаний с жадностью продолжаешь чтение. Хотя Кизер уже известен нам по "Всеобщему указателю германцев" ("Allgemeiner Anzeiger der Deutschen"), как "энергичный" кровопускатель, но позднее в своей "Системе медицины" (System der Medicin) он высказывал следующее часто приводимое суждeниe: "При настоящем состоянии практической врачебной науки, как в Германии, так и в соседних с нею странах, следовало бы каждого больного охранять от врача, как от самого опасного яда". В 1825 году в журнале Гуфеланда1 он также находит неправильным "при всех легочных болезнях выпускать кровь фунтами и заставлять больного умирать от истечения кровью", как делают ослепленные антифлогисты. Следовательно, Кизер с годами, кажется, сделался благоразумным, так что можно было бы ожидать встретить в нем человека, который восстанет против наводящего ужас аллопатического лечения. Итак, что же советовал Кизер?

Лечение холеры должно быть такое же, как при воспалительной гастрической нервной лихорадке. Главное средство — кровопускание, относительно количества соразмерное интенсивности болезни; следовательно, при интенсивной форме холеры лицам крепкого телосложения кровопускание в 4–5 фунтов, и такой прием полезен даже раньше полного обнаружения болезни. Основание: "Если после кровопускания в 4–8 унций, когда сила воспалительной болезни требовала 4-х фунтов, больной все-таки умирал, то несправедливо считать кровопускание недействующим или даже вредным. Можно было бы сказать утвердительно, что в этом случае врачи лишились способности здраво рассуждать (таким же тоном говорят и теперь профессора в подобных случаях), потому что если опыт учит, что 1–2-летним детям, страдающим воспалением дыхательного горла и воспалением мозга, можно выпускать без вреда фунт крови, то почему опасаются у холерного больного крепкого сложения взять несколько фунтов крови, которые не имеют такого значения, как вышеупомянутый фунт для двухлетнего ребенка; трудно понять, почему практикующие врачи не делали опытов над обильными кровопусканиями, как над столькими другими средствами".


1 Bd. 60. St. 2. S. 40.

— 282 —

Итак, по мнению Кизера, ошибка терапии заключалась в том, что кровопускания из 1–2 фунтов крови были слишком недостаточны, в чем он сходится с другими профессорами, как, например, с Гаспером.

Это была рациональная медицина! И Кизер (умер в 1862 г.) был "авторитетом первого разряда". Он немало способствовал усовершенствованию физиологии, в особенности paстений, микроскопии и истории развития. Перед его авторитетом преклонялись сотни врачей. Но его терапия холеры еще не вполне изложена. После кровопускания дается каждый час 3–10 гран каломеля с магнезией; затем следуют холодные ванны в продолжение 5–10 минут, но не обливания, как желали другие. Теперь можно дать рвотное или снова пустить кровь, давая при этом пить холодную воду и прикладывая к остриженной голове холодные компрессы. Против остатка воспаления 6 драхм (22 грамма) селитры или более, в течение 24 часов, при переходе от воспалительного стадия к нервному, в соединении с Liq. Mindereri. В тех случаях, когда из вскрытой вены кровь уже 6олее не вытекает, Ф. Рейн вскрывал все вены, которые ему попадались на глаза. В "Журнале Гуфеланда" у Гаспера, стр. 59, говорится то же самое: "Рейн немедленно вскрывал каждому холерному больному все вены, которые только попадались ему на глаза, делая отверстие в 1/2 дюйма длиной, но несмотря на самые страшные усилия, на каждого больного приходилось тратить 2 часа времени, чтобы выжать у него из 4–6–8 вен 2 фунта крови". Часто даже и это не удавалось. В таком случае он пробовал вскрывать артерии, но из вскрытых височных и лучевых артерий едва вытекало несколько унций крови.

Кизер утверждает, что Ф. Рейн в своей частной практике, придерживаясь "этого научного плана лечения", из 30 больных холерой в самой сильной степени не потерял ни одного человека. С удивлением задаешь себе вопрос, не следует ли относиться иронически ко всем этим советам и утверждениям; но все это горькая, "рациональная" истина.


Нас особенно интересует, с каким оружием выступили аллопаты в Австрии против этой смертоносной болезни. Именно

— 283 —

здесь достигли того, чего и теперь еще сильно желают многие аллопаты. С 1819 г., вследствие собственноручного императорского рескрипта, лечение гомеопатией было там запрещено. Конечно, это запрещение не соблюдалось слишком строго, но оно давало повод к бесконечным придиркам со стороны аллопатов и аптекарей.

По мнению "Медицинских ежегодников Австрийского государства" (том 12, стр. 1) рвота и понос при холере ничто иное, как целебное стремление природы, которыми эта последняя пользуется, "чтобы удалить скопившиеся в изобилии на внутренней поверхности желудка и кишок вещества, которые животный организм не может более переработать и расходовать". Если же, наоборот, рвота была очень упорна, то кажется ее не считали "целебным стремлением", потому что в этом случае применяли опий, шипучий порошок, Риверовское питье, лавровишневую воду, черный кофе, лед, нарывной пластырь и териачный пластырь. В Венгрии усердно употребляли морфий и пригорелую древесную кислоту. В конце эпидемии австрийские врачи, имея намерение, "превратить пассивный понос в активный", давали каждые два часа по 1/2 грану каломеля, смешанного с сахаром или магнезией и опием. В высшей степени благоприятное действие кровопусканий и местных извлечений крови признано всеми врачами при вышеприведенных показаниях. Наблюдения показали, что при сильнейшем параличном состоянии эта мера не только не приносила ни малейшей пользы, но увеличивала упадок сил и ускоряла смерть. Крюгер-Ганзен замечает на это: "Хоть бы врачи удерживались от подобной исповеди и не подвергали бы себя насмешкам гомеопатов". Как печальны были результаты аллопатического лечения, можно прочесть пример, приведенный Wawruch'ом там же. Он рассказывает, что в венском родильном доме во время холерной эпидемии заболело 109 детей, из которых 107 умерло, следовательно, достаточно ужасно, только 2 остались в живых (Крюгер-Ганзен).

Проф. Бишоф лечил в клинике при академии Иосифа в Вене в декабре 1831 г. 7 холерных больных самыми разнообразными средствами; из них умерло 6 человек; седьмой, только что выздоровевший от воспаления легких, так что ему конечно еще

— 284 —

были памятны последствия лечения, заболев холерой, не хотел принимать ни одного из предписанных ему от этой болезни средств; он пил только лимонад и выздоровел.

В сентябре 1832 г. 121 венских и 83 иногородних врачей собрались в Вене по случаю съезда естествоиспытателей. Осуждалось также и лечение холеры. Бродовиц, Бишоф и Wawruch говорили в пользу кровопускания, которое в припадке холеры должно быть повторено даже 4–5 раз; по мнению Оберштейнера и Вирера, это последнее должно было иметь место только в "стадии реакции". Биттнер высказался за весьма ограниченное применение кровопусканий, между тем как Szóts указывал на успешные результаты лечения в Зибенбюргене, потому что там не делали ни общих, ни местных кровопусканий. Наконец, Штерц (Sterz) и Герман говорили о лечении холеры рвотными.

Бросалось в глаза, говорит Крюгер-Ганзен, что в университетских городах, где пребывали наставники врачебного искусства, результаты лечения были гораздо хуже, чем в каком-либо другом месте, и даже в деревнях при недостатке во врачах. Гаспер, защитник "рациональной медицины", утверждает противное.

Каковы же были результаты у гомеопатов, которые в это тяжелое холерное время были чрезмерно обременены больными?

Они сами с уверенностью утверждают, что их результаты имели перевес над успехами "рациональной" медицины. Их статистические сведения все без исключения были благоприятнее аллопатических, конечно, кроме гасперовских.

Аллопаты доказывали научную невозможность того, чтобы лучшие результаты лечения были на стороне гомеопатов. Если эти последние утверждали противное, то при помощи "науки" было легко доказать их ложь. Выздоровевшие просто на просто были больны холерой.

Гуфеланд в 1832 г. в своем журнале (апрельская тетрадь, стр. 4) "называет холеру скандалом врачей" (Scandalum medicorum). Он рассказывает, что со стороны прусского правительства, гомеопаты не встречали ни малейших препятствий, что даже для них была открыта особая лечебница под надзором "контролирующего

предыдущая часть  Предыдущая часть   содержание Содержание   Следующая часть следующая часть