Д-р Евграф Дюков (г. Хороль Полтавской губернии)

Д-р Евграф Дюков

Медицина и медики — аллопаты и гомеопаты. Ч. III


Харьков, 1911 г.

Лечебная медицина может быть "научной", только когда направляется естественным законом лечения

Всякое знание, прежде чем сделаться "научным" и стать "наукой", проходит обыкновенно через три стадии или ступени в своем развитии.

Первая стадия — знахарского "эмпиризма", стадия случайного опыта и случайного наблюдения, причем имеющимися беспорядочно собранными сведениями и данными каждый распоряжается и пользуется как хочет и как придет в голову.

Вторая стадия — "метафизическая", когда ученые знахари и эмпирики пытаются наблюденные факты и явления так или иначе систематизировать в стремлении выбраться с имеющимися данными из существующего хаоса случайного знания к свету логической связи и законообразного их взаимоотношения, но когда за отсутствием достаточных еще положительных естественно-научных оснований все эти попытки оказываются только гадательными и умозрительными, теоретичными и гипотетичными.

Наконец, третья стадия, стадия положительного, или научного, знания наступает с того момента, когда в явлениях и фактах данной области знания удалось уловить и осмыслить настоящую естественную законообразность отношений и когда определен тот естественный общий главенствующий принцип, который не только обнимает логически собой всю область частных наблюдений, фактов и положений данного знания, но дает также возможность дальнейшего его развития путем правильной логической методичности, а не одного только случайного эмпирического пробования или гадательного, произвольного метафизического мудрования. В каком же положении находится господствующая медицина и в какой стадии научного развития находится академическое врачевательное знание? Из приведенных выше суждений и отзывов лучших представителей этого знания в лице медиков профессоров Боткина, Эйхвальда и других, видно хорошо, что академическая лечебная медицина только "собрание сведений", нужных для медика, и "весьма мало отвечает требованиям научного знания". Наукой ее можно называть лишь в смысле профессиональной выучки, "учения, которому обучают на медицинских факультетах"... По Боткину, академическая медицина еще "не стоит на почве науки" и представляет только "сумму знаний, не дающих еще умения прилагать это знание на практике", так что сама эта практика, в существе дела, оказывается только "прописыванием массы почти ни к чему не ведущих лекарств" и способна лишь возбуждать "хандру" и "горькое чувство" в душе за то, что с больных понапрасну берут деньги, да еще заставляют их потратиться на аптеку... Из определений других представителей той же академической медицины она оказывается знанием наподобие "алхимического", полным всяческих "недоразумений и противоречий", "односторонним", "произвольным", "беспорядочным", "мало чем отличающимся от знахарства"... Вообще все эти отзывы и свидетeльcтвa признанных наших авторитетов медицины показывают определенно не только то, что правоверная академическая медицина еще очень и очень далека от настоящей "науки" и "научности", но и то также, что врачам и самим академистам необходимо еще с самых начальных азов обдумывать и ставить на обсуждение вопрос: при каких же условиях вообще лечебная медицина может стать на правильную научную дорогу и может сделаться действительной наукой в надлежащем смысле этого слова? Насколько этот вопрос не продуман и не выяснен в академической медицине, настолько мало даже академические представители ее останавливают на нем серьезное свое внимание вообще.

Обращаясь к этому именно самому насущному и важнейшему вопросу медицины и беря в соображение вышесказанное об условиях научного развития всякого знания вообще, становится совершенно ясным, что область врачевательного знания, или медицинская терапия, может стать знанием научным и сделаться наукой с того момента, когда назначение того или иного лечебного пpиeмa или средства в известном случае заболевания будет логически определяться известного рода естественным лечебным законом, наперед указующим не только это назначение данного именно средства в известном случае болезни, но, с другой стороны, и то, что при данных свойствах известного лечебного средства оно будет излечивать такие именно, а не иные случаи заболевания. Определение такого естественного закона взаимоотношения между болезнью и целебным средством настолько же задача необходимая для медицины, насколько она разумна вообще, так как наукой достаточно уже удостоверено, что в природе ничто не случайно, но все подчинено известной правильности, совершается по определенным законам, предустановленным волей судеб... Так как это одинаково относится ко всему в природе мертвому и живому, здоровью и болезни, к началу этих болезней, их развитию и их благоприятному или роковому концу, то нельзя поэтому не считать несомненным, что и в области врачевания болезней должны быть и имеются вполне закономерные соотношения между болезнью и лекарством, и что в том или ином соотношении, с одной стороны, явлений болезненного процесса, а с другой явлений лекарственного действия, и кроется тот искомый лечебный закон, на основании которого врач как ключом может отмыкать секретный ларчик всякого данного заболевания.

Так как под словом "законность", "закон" вообще понимается нечто безусловное, постоянное и неизменное, то и лечебный закон, или закон целебного соотношения между болезнью и лекарством, очевидно, может быть выяснен на основании таких же только безусловных, постоянных и неизменных данных, доступных всегда непосредственному наблюдению и изучению всех и каждого. Такими данными, с одной стороны, в области болезни, а с другой в области лечебного действия, может быть лишь то, что доступно органам нашего восприятия — глазу, уху, осязанию и другим органам чувств, так как лишь это одно, оставаясь всегда постоянным и неизменным, может быть основанием для точного изучения и правильного научного сопоставления.

Всякое заболевание выражается, как известно, теми или иными переменами в тканях и отправлениях организма и точно определяется так называемыми симптомами болезни — объективными (заметными для наблюдателя) и субъективными (ощущаемыми самим больным). В свою очередь, теми или иными переменами и симптомами со стороны тканей и отправлений организма выражается и определяется свойство и характер влияния на организм данного врачебного средства или деятеля. Очевидное дело, что некоторым известного рода соотношением этих свойственных той или иной болезни и тому или иному лекарственному деятелю перемен и симптомов в организме должна определяться и непременная полезность врачевательного мероприятия, а с этим вместе должен определяться и тот относительный принцип или закон надлежащего лечения болезней, который так необходим врачу для его практических терапевтических целей и так важен для самой терапии, так как без такого ясно определенного лечебного принципа и закона терапия не может выйти из стадии случайного знахарского и метафизического эмпиризма и стать правильно методическим, т. е. научным, знанием.

Две системы лечения: "противное противным" и "подобное подобным"

Изучение действия разного рода лекарственных средств и лечебных мер на организм показывает, что между явлениями болезни и явлениями лекарственного действия может быть только двоякое соотношение: или между явлениями болезни и явлениями лекарственного действия может быть сходство, подобие, или между ними может быть противоположность. Соответственно этому, история медицины или терапии показывает, что через все многовековое поле опытного блуждания медиков в поисках за средствами лечения тянутся как две красные нити два способа, два пути, которыми врачи шли и пытались излечивать болезни. Один путь — назначение средств противоположнодействующих, contraria contrariis curantur, способ так называемых аллопатов (от греческого "аллос" — иной, "патос" — болезнь); другой путь — назначение средств cходнодействующих, similia similibus curantur, способ нынешних гомеопатов (по происхождению от греческих слов "гомойон" — сходный, "патос" — болезнь).

Врачебный мир до начала истекшего столетия исключительно, а в последнее столетие в громадном своем большинстве, держался и держится на практике аллопатического пути, или способа лечить болезни противоположнодействующими средствами. Это тот общеизвестный способ, по которому для лечения, например, поноса назначаются средства вяжущие, при запорах — слабительные, при бессоннице — наркотические, при лихорадочном жаре — холод и жаропонижающие, при микробных болезнях — микробоубивающие, при токсинных — антитоксины и т. д. Философия этого способа сводится к химической и физической механике, путем которой болезнь думают и пытаются прекратить и остановить внешним насилием и прямым противодействием лекарственного средства, наподобие осреднения химиками кислоты щелочью или исправления механиками мокрого подсушиванием, сухого — увлажнением, горячего — охлаждением, холодного — согреванием…

Cтолетие с небольшим тому назад немецкий доктор Ганеман выступил с учением, что лечить болезни нужно не предполагаемыми противоположнодействующими средствами, но средствами действующими подобно болезни, т. е. такими, которые способны влиять на организм сходно тому, как проявляется в нем данная болезнь. Философская сторона этого ганемановского, или гомеопатического, способа в так называемом физиологическом, жизненном динамизме, или естественной способности организма самостоятельно жить и отстаивать свое существование. Ввиду этой способности гомеопатическая медицина рекомендует врачу воевать с болезнью не самостоятельно, но через посредство самого же организма, помогая и содействуя ему в его естественной борьбе со своей болезнью назначением больному таких именно средств, которые способны влиять на больной организм рука об руку с его целебными усилиями или действовать подобно тому, как сам организм борется со своей болезнью. Отсюда это правило гомеопатической медицины: similia similibus, или "клин клином" в русском переводе. Соответственно этому, гомеопаты для лечения, например, дизентерии дают меркурий коррозив и алоэ, при холере арсеник и вератр, при мании гиосциамус и белладонну, т. е. все такие средства, которые обладают свойством влиять на организм подобно проявлениям соответствующей болезни, или, что то же, способные возбуждать и поддерживать в нем естественное внутреннее противодействие со стороны живых сил больного организма.

Такая противоположность между аллопатической и гомеопатической медицинами по сути лежащих в их основании руководящих принципов или правил лечения естественно отразилась и в существенном различии подробностей или частностей этих двух лечебных систем, а именно в принятых у аллопатов и гомеопатов способах изучения лекарств и в способах их дозировки при назначении больным.

Что касается способов изучения лекарств, то при аллопатическом лечении, имеющем целью осиливать болезни и противодействовать им, главным образом интересуются и добиваются знать только такие именно осиливающие и противодействующие стороны в действии лекарственных средств, т. е. желают и ищут знать, что может на случай, например, поноса оказывать вяжущее и стягивающее действие на кишечник, что может на случай горячечного состояния подавлять повышенную температуру, на случай бессонницы — производить сноподобное оглушение головы, на случай микробно-заразного заболевания — убивать микробов и т. п. А так как все подобного рода уничтожающие и насилующие действия лекарственных средств являются действиями токсическими (отравными), то аллопатическое лекарствоведение или аллопатическая фармакология представляет собой преимущественным образом токсикологию, или патологическую фармакологию, т. е. науку об отравляющих свойствах лекарственных средств.

При гомеопатическом лечении задача врача помогать и содействовать больному организму может быть достигнута, если будет известно, в каком направлении и в пределах каких тканей, органов и отправлений организма те или иные средства способны вообще его возбуждать и этим ему помогать и содействовать. Так как определение таких возбуждающих в тканях и жизнедеятельности человеческого организма свойств лекарственных средств производится путем изучения влияния лекарственных средств на жизнедеятельность организма в пределах колебаний нормального, физиологического его состояния, то гомеопатическое лекарствоведение представляет собой так называемую фармакодинамику, или нормальную, физиологическую фармакологию.

Такую же противоположность, в зависимости от основного руководящего принципа аллопатического и гомеопатического лечения представляет и дозология, или наука о дозах назначаемых лекарственных средств.

Всякому лекарственному средству вообще присуще двоякого рода действие на организм, смотря по количеству или дозе средства: малым дозам их свойственно влияние возбуждающее, большим — угнетающее и парализующее. Так как при аллопатическом лечении имеется в виду чему-либо противодействовать или что-либо угнетать и осиливать, то врачу, естественно, приходится обращаться к разряду "больших" доз, потому что только этим дозам свойственны желаемые насилующие действия лекарств.

При гомеопатическом же лечении обратное. Здесь имеется в виду содействовать больному организму возбуждением в тех частях, тканях и отправлениях, которые живой силой организма возбуждаются в нем во время болезни в целях самозащиты, и поэтому врачи-гомеопаты обращаются к ряду таких доз, которым присуще только это возбуждающее действиe, т. е. к ряду "малых" доз.

Вот в кратких чертах существенные особенности лечебных способов contraria contrariis и similia similibus, или аллопатического и гомеопатического путей тepaпии. Мы теперь должны остановиться на выяснении вопроса, которым же из этих двух путей или способов легче и вернее разрешить искомую задачу лечебной медицины, сделать ее научной, т. е. правильно методичной, и сделать разумной, т. е. помогающей и не вредящей?

Решить этот вопрос возможно, рассмотревши ближе эти два способа в их практических результатах и в их логическом соответствии с прочно уже установленными в науке данными вообще.

Аллопатический способ лечения: "противное противным" и оказавшаяся его несостоятельность

Практикуемая громадным большинством врачей так называемая аллопатическая медицина существует долго, целые века. Она всегда занимала и занимает в настоящее время властное и господствующее положение, обставлена всяческими необходимыми условиями для самого широкого развития как медицина, освященная вековой традицией, принятая академиями, покровительствуемая государством и воспитавшая привычку к себе в обществе. Однако же из приведенных выше отзывов и свидетельств представителей и авторитетов этого аллопатического медицинского направления видно хорошо, что несмотря на протекцию многовековой традиции и привычки, несмотря на все властное и привилегированное свое положение, лечебная медицина, идущая по этому пути, оказывается настолько несостоятельной, что неспособна удовлетворять даже наилучших ее представителей в лице таких ученых профессоров и выдающихся практиков как Боткин, Эйхвальд и другие. Очевидно, что если при всех представленных выше благоприятных условиях существования и развития аллопатической медицины и при наличности множества даровитых и талантливых ее представителей эта медицина находится в положении жалкой практической несостоятельности, то причина такого положения дела может быть только в одном: в неправильности самого направления медицины, в ложности и ошибочности той руководящей идеи, которая лежит в ее основании. Эта ложная и ошибочная идея в том, что болезни можно излечивать и необходимо лечить по механическому принципу внешним насилием, посредством contrarium, противоположнодействующими средствами. Такое стремление естественно дало соответственное направление как практике аллопатической медицины, так и ее теории, т. е. так называемым подготовительным для лечебного дела наукам. Оно же привело представителей медицины, врачей, стать в неправильные и противоестественные отношения к своей специальности, к больным, к публике или обществу вообще.

Часть II книги Е. Дюкова Часть II   Содержание книги Е. Дюкова Содержание   Часть IV  Часть IV книги Е. Дюкова