Д-р Евграф Дюков (г. Хороль Полтавской губернии)

Д-р Евграф Дюков

Медицина и медики — аллопаты и гомеопаты. Ч. VIII


Харьков, 1911 г.

Предупредительная медицина

Предупредительная медицина, как известно, сводится к разнообразным мерам гигиены, питания, содержания и внешнего ухода. Если мы обратимся к рассмотрению всевозможных врачебных советов и мер в этой области, то увидим, что смысл всех их — если от них получаются на деле полезные результаты — сводится в существе своем к развитию человеческого организма, к укреплению его здоровья, к росту его сил, вообще к развитию и укреплению в организме сил устойчивости, приспособления и сопротивления против разных неблагоприятных окружающих условий и болезнетворных причин. Отсюда идут эти требования чистого воздуха, хорошей питьевой воды, здоровых неподделанных пищевых продуктов, физических упражнений, гимнастики, купания, соответственной одежды и жилья и т. д. Все это направляется идеей служения природе организма, т. е. той же самой идеей, которая лежит и в основании гомеопатической терапии по закону подобия. Едва ли необходимо далее останавливаться на этом в виду совершенной ясности дела.

Хирургическая и акушерская медицина

Ведомство отдела механо-хирургического лечения — ножи, ножницы, массажные приемы и т. д. Все эти механические орудия и средства не составляют исключения из общего правила медицины, и насколько в принципиальном отношении закон подобия гомеопатии касается отдела лекарственного лечения, настолько же он относится и к отделу врачевания механическими мерами и способами хирургии, акушерства и проч. Закон подобия, т. е. закон уподобления мер врачебного искусства мерам врача-природы, остается основным руководящим принципом врачевания здесь как и всюду в медицине. Он обязателен не только для "терапевта" с его лекарствами, но и для "хирурга" с его механо-лечебными приемами и мерами, так что и терапевт, и хирург будут одинаково гомеопатами, когда руководятся общим основным гомеопатическим принципом, т. е. имеют в виду содействовать больному организму в его естественном самоврачевании, подражают и помогают целебным мероприятиям природы путем возбуждения и поддерживания в организме защитной и целебной реакции. Разница между врачеванием терапевта и хирурга сводится только к разнице внешних способов и приемов применения тех или иных мер и средств. Хирург, которому организм подведомственен как физико-механический снаряд, применяет и средства физико-механические. Терапевт, которому организм подведомственен как лаборатория жизненных динамических производств, действует внутренними лекарственными средствами, т. е. тем, чем можно влиять на организм как на такую жизненно-динамическую лабораторию. Только в этом между ними и вся разница. Врачевание же хирурга и врачевание терапевта будет одинаково гомеопатическим, если только оно ведется в направлении служения и содействия природе больного организма. Возьмем, например, из области хирургической практики ножами, ножницами и проч. общепринятое лечение нарыва, омертвения (гангрены) конечности, катаракты глаза. Что здесь делает и чего добивается хирург, вскрывая нарыв в первом случае, ампутируя омертвелый член во втором, извлекая катаракту в третьем? Оказывается, он делает только то, и не более, что делает и чего добивается в каждом данном случае сама природа. Здесь хирург в одном, другом и третьем мероприятиях своего искусства неуклонно следует "показаниям" природы, которая сама указывает хирургу, что, где и как ему нужно применять свое искусство. Вскрывая, например, нарыв, чтобы выпустить гной, хирург подражает и содействует природе, которая сама вскрывает этот нарыв для той же цели. Ампутируя омертвелый член, хирург опять делает только то, чего желает и что делает сама природа, которая приводит к оздоровлению здесь посредством естественной ампутации омертвевших частей своим "ножом" — нагноительным процессом реактивного воспаления. Природа же указывает хирургу и место нужной операции, а хирург в свою очередь ищет это место, так называемую демаркационную линию; в случае ее отсутствия он выжидает ее образование и способствует ее появлению (припарками, греющими компрессами и пр.), так как знает хорошо из опыта, что эта линия — верный и надежный руководитель, указывающий, где можно делать операцию с расчетом, что омертвение члена после операции не распространится дальше на здоровые места. Наконец, если имеем катаракту, то хирург, удаляющий ее из глаза, опять-таки делает, в сущности, не больше того, чего хочет в данном случае сама природа, которая стремится удалить помутневший хрусталик глаза путем постепенного его размягчения, растворения и рассасывания с помощью имеющихся в глазу влаг. И опытный хирург знает, что чем сильнее степень указанного перерождения катаракты, т. е. естественного ее удаления из глаза средствами природы, тем легче труд самого оператора и совершеннее успех его искусства. Поэтому хирург ждет "созревания" катаракты, способствует тому своими средствами, а после сделанной операции надеется, что природа сама удалит те остатки катаракты, которые ему, хирургу, не удалось удалить своим искусством.

Возьмем теперь практику акушерства. Акушер-оператор очень хорошо знает, что все его полезные оперативные приемы не что иное, как верное подражание природе, верное повторение механизма естественного родоразрешения. В акушерстве (оперативном) вся удача акушера зависит от того, насколько отчетливо он понимает механизм естественного родового акта и насколько точно до педантичности он умеет манипуляциями своего акушерского искусства копировать природу в приемах ее естественного механизма. Возьмем, например, акушерские щипцы. Этот инструмент по роду своего устройства представляет орудие передачи силы, действующей сверху вниз, и в акушерстве щипцы предназначены для тех именно случаев, когда естественные силы родового аппарата, действующие тоже по направлению сверху вниз, оказываются в силу тех или иных причин недостаточными для выполнения своей механической задачи, т. е. для окончания родового акта. Акушер, находящий необходимым применить к делу родоразрешения эту внешнюю механическую силу, присущую щипцам при его участии, и желающий применить ее с успехом, т. е. не только не мешая естественному ходу родоразрешения, но обязательно ему потакая и способствуя, должен точно знать направление действия естественной силы родового органа и соответственно этому направлению направлять силу своих щипцов. И только в отчетливом знании манипуляций природы в данном случае и в умении точно по указанию природы выполнять эти манипуляции с помощью своих щипцов — все знание акушера как ученого и весь успех его как практического врача.

Считаем, что и приведенных примеров хирургического лечения достаточно для выяснения отношения гомеопатического закона подобия к врачеванию механическими средствами хирургии, акушерства и проч. Закон подобия имеет здесь такое значение, как и в лекарственном врачевании. Основная идея врачебной науки (терапии), по сути учения гомеопатии, одна и неизменна: служение природe больного организма в духе ее целебных мероприятий. Врачебными гомеопатическими средствами и мерами могут быть не одни только лекарственные вещества так называемой внутренней медицины, как это обыкновенно и неправильно многие думают, но вообще всякие средства и орудия врачебного арсенала, следовательно, и механические орудия, и физические деятели и силы природы и т. д., если только их применяют по закону подобия, т. е. так, чтобы они могли влиять на организм в направлении содействия его целебным усилиям. И хотя способы врачебного применения средств той или другой категории с внешней стороны оказывается весьма различными, тем не менее по цели своего врачебного применения и по характеру своего влияния на больной организм и средства лекарственно-динамические, и средства механо-физические будут одинаково гомеопатическими, если назначение их одинаково направляется общим законом Терапии — законом подобия, т. е. направляется в духе подражания и содействия организму в его естественных целебных мероприятиях.

Конечно, хирургия, проживающая в аллопатической школе под одной кровлей с аллопатической терапевтикой, не может не представлять обычных последствий всякого совместного сожительства — общности житейских взглядов, воззрений и привычек. Пресловутый "рационализм" аллопатов не мог не отразиться на хирургии и на хирургах в отношении показаний к хирургическому вмешательству. Но в этой именно части своей практики, которая несомненно носит на себе следы идейного влияния мудрствующего рационализма аллопатической школы, хирургия не представляет из себя ничего ценного в научно-практическом отношении и ничего приятного и утешительного для самолюбия ученого и гордости врача. Примеров такой хирургии по разным мудреным соображениям аллопатического рационализма может в изобилии доставить область так называемой гинекологии, или лечения женских болезней. Уверенные в превосходстве своего "рационализма" над естественным "нерационализмом" природы, врачи постоянно находят, что природа создает женские организмы на неправильных архитектурных началах. Почти что у каждой гинекологической больной они склонны видеть такие "ненормальности" то в положении, то в величине, то в форме ее воспроизводительных органов, которые обязательно должны быть исправлены руками хирурга, и соответственно этому почти каждой же больной производят то "вычистку" матки, то перешивают ее из одного положения в другое, то делают ее более "широкой" или "узкой", то, наконец, удаляют совсем ее и яичники как воображаемую причину того или иного женского страдания. К такой вот перестройке женского организма сводится почти все современное гинекологическое лечение, оперативное по преимуществу. Можно прямо сказать, что девять десятых женщин, ищущих помощи у женских врачей, получают совет подвергнуться оперативному лечению: выскабливаниям, надрезам, расширениям, сужениям, перешиваниям, пришиваниям и полному удалению воспроизводительных органов. О результатах же скажем словами самого же гинеколога, проф. А. Лебедева30. "Если посмотреть беспристрастно на итоги нередко блестящих отчетов о данных современного хирургического лечения, — говорит проф. Лебедев, — то нельзя не прийти к заключению о чрезмерном увлечении врачей оперативным лечением... Увлечение это замечается как в чрезмерном расширении показаний к операциям, так и в радикализме оперативных способов". По словам проф. Лебедева, указанные выше операции или "производятся без достаточных показаний" и оказываются "совершенно бесполезными", так как оперированные женщины обыкновенно продолжают страдать по-прежнему, или являются результатом "грубого эмпиризма", "произвола", "злоупотребления хирургическим ножом и вообще ненаучного увлечения" операциями, которые при "строго научной постановке показаний" требуются редко.

Душевно-психическая медицина

Душа и тело, составляя неразделимое целое, не могут поражаться и заболевать отдельно, без того чтобы заболевание в одной области не отражалось на другой. Всякое заболевание тела всегда сопровождается сочувственными изменениями ума, нрава, психики. И наоборот, всякое душевное расстройство обязательно сказывается на физическом состоянии человека. В первом случае редко бывает нужно лечение специально области душевной, потому что с прекращением телесного недуга проходит и соответственное душевное нарушение. И при заболеваниях первоначально душевных телесное расстройство, телесное страдание может выдаваться настолько сильно, что потребует специального медицинского лечения, направленного на тело организма. Таковы явления возбуждения, приливов крови, раздражения в тех или иных частях организма и т. д. Здесь пригодны обычный врач и обычные лечебные средства с целью успокоения возбуждения, устранения болей, бессонницы, нарушений пищеварительных, сердечных, дыхательных и т. д. Разумеется, гомеопаты применяют такие средства по общему своему закону подобия, аллопаты — по своему принципу противодействия. Говорить подробно по поводу такого телесного лечения в области душевных болезней считаем излишним, так как к нему вполне относится все вышесказанное о лечении содействием и противодействием вообще. Упомянем только о том, что список противодействующих средств, применяемых аллопатами у душевнобольных, состоит по преимуществу из наркотиков, каковы: хлоралгидрат, сульфонал, антипирин, опиаты и т. п., значение которых в смысле отравно-токсическом было, между прочим, специально указано выше.

Но есть еще отдел чисто душевных страданий и расстройств, возникающих не по сочувствию при каком-нибудь физическом поражении, но самостоятельно, вследствие нравственной упадочности и вырождения или от разного рода нравственных ударов: горя, тяжелых утрат и потрясений, досады, оскорблений и т. п. Такие болезни требуют специального душевного врачевания, и обычные медики здесь мало имеют силы и умения. В громадном большинстве своем материалисты по воззрениям, врачи и на всякие душевные и духовные проявления готовы смотреть только как на "химический обмен веществ" в нервно-мозговой ткани, а потому подобного рода расстройствами или пренебрегают совсем, или применяют с целями "отвлечения" или "успокоения" лекарственные снадобья телесного врачевания и некоторые меры гигиены и диетики, обыкновенно безрезультатные и бесполезные при таких болезнях.

Надлежащее же лечение чисто душевных страданий применяется совершенно в другом месте и другой медициной, а именно медициной веры и через посредство особых специалистов душевного врачевания — духовенства. Сюда-то простые сердцем и не мудрящие лукаво обыкновенно и несут свои душевные недуги с надеждой на облегчение и исцеление.

Какой же способ лечения применяется здесь?

Оказывается, что лечение это ведется по тому же гомеопатическому закону подобия. Прекрасно изъясняет это покойный кронштадтский протоирей о. Иоанн в особом своем поучении при освящении гомеопатической лечебницы в Петербурге:

Ваше учреждение или ваш метод лечения болезней, — сказал о. Иоанн, — имеет своим правилом пословицу древних мудрецов-гомеопатов: similia similibus curantur — метод самый разумный и верный. Сама Божественная Премудрость не нашла более верного средства к уврачеванию болящего грехом и бесчисленными болезнями человечества, как врачевание подобного подобным. И вот Творец сам снисшел к своей твари, приняв на себя всю природу человека, кроме греха и страстей его: Бог сделался человеком, не переставая быть Богом, и Свое совершенное человечество, соединенное с Божеством как целебный пластырь к ране, прилагает к пораженному грехом и болезнями человечеству, предлагая душам грешным Свой Богочеловеческий пример и Свои целебные и блаженные заповеди, тела же врачуя или Своей божественной рукой, или одним творческим словом, или приложением подобного к подобному, например, брения, составленного из земли и своей животворной слюны, к очам слепого. Перед вознесением Своим от земли на небо, он установил на все века для действеннейшего врачевания грешного человечества величайшее таинство причащения пречистого Тела и Крови своей, соединенной с Божеством. Значит, друзья, вы в Самом Богочеловеке имеете пример врачевания подобного подобным.

ПРИМЕЧАНИЯ

30 Врач, 1896 г., № 1. "Об увлечении в современной гинекологии оперативным лечением".

Часть VII книги д-ра Дюкова Часть VII   Содержание книги д-ра Дюкова Содержание   Часть IX Часть IX книги д-ра Дюкова