Письмо д-ра Юрия Климова


По материалам Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ)

От автора сайта. Юрий Владимирович Климов (1886—1966) был известным московским врачом-гомеопатом, учившимся еще у д-ра Льва Бразоля (1854—1927). В 1928 г. стал членом-учредителем и руководителем секции научной пропаганды Всероссийского общества врачей-гомеопатов (ВОВГ), распущенного Наркомздравом СССР в 1938 г., написал несколько научно-популярных брошюр о гомеопатии. С 1935 г. до 1965 г. работал гомеопатом в гомеопатической поликлинике Российского общества Красного Креста (позднее Мособлздрава), занимал пост председателя ее научного бюро, провел около 40 научно-врачебных конференций. Его дочь Елизавета Климова (1926—?) также была известным в свое время врачом-гомеопатом, практиковала до 1992 г. Адресат предлагаемого ниже письма д-ра Юрия Климова, в котором он протестует против политики безразличия и проволочек чиновников Наркомздрава СССР в отношении гомеопатии, и приложенной к нему справки, не указан. Вероятно, Климов обращался в партийные или советские органы, жалуясь на Наркомздрав, но письмо его, как легко догадаться, в Наркомздрав же и было переправлено, откуда затем наряду с прочими материалами по гомеопатии попало в ГАРФ.


Фонд Р-8009, опись 1, дело 258, л. 34–40

В 1928 году в Москве было утверждено ВЦИКом и Наркомздравом Всероссийское общество врачей-гомеопатов, согласно устава коего в члены общества могли приниматься и неврачи (типовой устав научных обществ 1935 г.).

19 февраля 1935 г. всем край-, облздравотделам и наркомздравам ССР было разослано инструктивное письмо о предоставлении всем врачам-гомеопатам права применять свой метод в учреждениях и предприятиях по месту их постоянной работы.

В 1936 году (по приказу Наркомздрава от 9 февраля 1936 года) была проведена перерегистрация членов общества специальной комиссией (оргбюро) от НКздрава с определенным заданием: после перерегистрации членов общества провести созыв общего собрания и выборы нового правления и ревизионной комиссии, представив всю дальнейшую работу, согласно приказа, уже самому обществу.

Работа оргбюро НКЗ была закончена в июне 1936 года, и вновь выработанный устав ждал своего утверждения.

Но как утверждение устава общества, так и связанную с ним дальнейшую работу, Наркомздрав стал всячески тормозить, и наконец потребовал снова "вентилировать" наш вопрос на Ученом медицинском совете. И вот 27.10, 11.11, 17.11, 07.12 и 25.12 Ученый медицинский совет обсуждал совместно с нами вопросы гомеопатии и все наши коррективы к резолюциям по этому вопросу.

17 января 1937 г. Ученый медицинский совет в своей резолюции по вопросам гомеопатии снова подтвердил все наши права на самостоятельную научную работу предоставлением нам специального клинического стационара, открытие научной печати для наших статей, организацию и проведение фармакологических исследований наших гомеопатических средств, организацию гомеопатических секций при Московском и Ленинградском терапевтических обществах, введение гомеопатического цикла лекций в Центральном институте усовершенствования врачей и т. д. Казалось бы, все хорошо.

Но прошло уже более года после этого решения, а НКздрав по-прежнему тормозил проведение его в жизнь, не утверждая нашего устава, и вопреки § 126 Сталинской Конституции лишил нас возможности организации нашего научного объединения, даже и в новом составе перерегистрированных членов общества.

Занимая будто бы лояльную позицию, ни НКздрав, ни Ученый медицинский совет все еще не желают признать гомеопатическую науку делом советского здравоохранения и занять в этом вопросе положительную позицию не только на бумаге, но и на деле.

Укажем несколько фактов.

1. В 1935—36 гг. при Центральной гомеопатической поликлинике (Трубная площадь, 4) были проведены утвержденные НКздравом курсы по гомеотерапии для врачей, желающих изучить этот метод и пополнить кадры врачей-гомеопатов.

Более 50 врачей добросовестно посещали эти курсы и упорно изучали теорию и практику гомеопатической медицины.

А дальше? Дальше, окончив курсы, большинство из них и до сих пор не могут использовать свои знания и продолжать повышать свою квалификацию как из-за отсутствия для этого специальной научно-лечебной базы (больниц, клиник и т. д.), так и благодаря запрещению применять гомеопатию по месту своей работы. Разрешив организацию гомеопатических курсов и не предоставив нам до сих пор ни одного лечебного стационара, НКздрав не проявил ни малейшей заботы в отношении наших кадров.

2. 17.11.1936 г. на совещании по гриппу Ученый медицинский совет не пожелал немедленно использовать в борьбе с гриппом наш метод (хотя наше предложение и было запротоколировано), а оттянув его на 1937 г., и до сих пор не проявляет к этому вопросу никакого интереса, хотя мы и подчеркивали силу и эффективность нашего метода в борьбе с этим распространенным заболеванием.

3. В "Правде" от 10.05.37 г. помещена заметка о борьбе с детскими поносами и указывается ужасающая цифра смертности ребят от этих поносов — 65 процентов!

Призывая к борьбе с этим надвигающимся злом не только врачей академической медицины, но даже и студентов медвузов и фельдшерских школ, НКздрав ни словом не обмолвился о привлечении к этому делу врачей-гомеопатов, могущих дать снижение этой смертоности, по опыту некоторых врачей, по крайней мере в 5–6 раз.

4. В последнее время гомеопатическая клиника перманентно контролировалась различными комиссиями.

Приветствуя эти комиссии в их стремлении поднять профессиональную дисциплину отдельных врачей наших поликлиник, мы считаем совершенно недопустимым использовать их в целях затормаживания нашего дела: всегда одна сплошная критика и ни одного шага и оказанию нам какой-либо реальной помощи.

Гомеопатия, как и всякая наука, не должна зависеть от поведения отдельных ее представителей.

5. И, наконец, мы должны были констатировать такую же линию в отношении нашего вопроса и со стороны быв. наркома здравоохранения Сергеева, который систематически не желал давать нам никаких разъяснений и многократно оттягивал прием у себя наших делегатов, хотя и назначил для этого определенные сроки. И 7-го, и 13-го, и 19-го мая 1937 г. нарком заставлял делегатов поклоняться дверям его кабинета, дабы в последний раз (19.05) мотивировать свой отказ "подготовкой к новому пятилетнему плану".

Совершенно игнорируя и здесь гомеопатию как науку, которую, хотя бы и с опозданием, следовало бы включить в новый пятилетний план здравоохранения наравне с другими методами лечения, Сергеев так же, видимо, не желал считаться с тем фактом, что этим методом сугубо пользуются широчайшие массы СССР, которые также нуждаются в лечении в хороших клиниках и стационарах с гомеопатическим методом лечения.

Такую позицию в нашем вопросе со стороны Наркома здравоохранения РСФСР мы считали недопустимой как с врачебной, так и административной точки зрения.

Враг народа Каминский в течение 1,5 лет знакомился (?) с нашим делом, 1,5 года затягивал его, ни разу не принял наших представителей, и в конце концов отмахнулся от него, предав наше дело новому наркому Сергееву.

Такая политика Наркомздрава в отношении научной гомеопатии привела к тому, что целый ряд профессоров господствующей академической медицины (аллопатов) до сих пор продолжают безответственно шельмовать гомеопатию везде, где захотят, провоцируя ее как "шарлатанство", "реакционное течение", "средневековье", "мистику" и прочую чертовщину. В то же время для нас закрыта вся печать, где мы могли бы должным образом и научно раскрыть перед врачами и широкими массами граждан вопиющее невежество таких антигомеопатов, все еще пытающихся подобным отношением подорвать практическую и теоретическую силу гомеопатического учения.

Популярность и польза гомеопатии настолько ярко демонстрируется переполненными поликлиниками, пропускающими через себя сотни тысяч больных и стольким же отказывающим в приеме, что говорить об этом излишне.

Ученый медицинский совет признал гомеопатию наукой на своих 6 заседаниях. Врачи-гомеопаты — все с высшим медицинским образованием. В Западной Европе и США масса гомеопатических научных и лечебных учреждений (университеты, клиники, больницы, диспансеры).

Имеется огромнейшая научная литература по гомеопатии на всех языках. И, наконец, имеется совершенно официальное признание гомеопатии в СССР как науки, подлежащей серьезному изучению и совершенно свободному для своего практического использования.

Почему же тормозят это дело и кто его тормозит? Кто поддерживает постоянное возмущение таким положением среди врачей, желающих изучать гомеопатию, кто культивирует справедливое недовольство и со стороны больных, лишенных возможности получать гомеопатическую помощь в условиях специальных больниц и клиник?

И сейчас, вместо того, чтобы пересмотреть вопрос о гомеопатии как науке, имеющей мировую научную базу, 150-летний опыт, новое руководство Наркомздрава в лице тов. Болдырева снова и чисто автоматически продолжает в отношении гомеопатии и ее врачей и больных ту же линию формально-бюрократического отношения и фактического зажима нашего развития.

Не желая самолично вникнуть в сущность этого вопроса, нарком здравоохранения тов. Болдырев из Наркомздрава СССР передает этот вопрос в Наркомздрав РСФСР т. к. О-во врачей-гомеопатов было Всероссийское, а не Всесоюзное.

Нарком РСФСР тов. Чесноков передает это дело своему заместителю тов. Веберу, у которого 16 сентября 1937 г. наши делегаты врачи-гомеопаты Климов, Мухин, Кегелес и Кимбаровский получили заверение, что вместо роспуска общества нам будут предоставлены права вступить в Московское терапевтическое общество и организовать там свою секцию, которая и сможет стать научно-руководящим гомеопатическим центром Союза.

Такая форма нашего дальнейшего существования была нами принята полностью, так как она, казалось нам, должна была обеспечить и все условия для нашей работы в смысле получения клиник, больниц, литературы и т. д.

С 16.09 по 13.01.38 г., 4 месяца, этот разговор оставался только разговором.

13.01.38 г. научно-организационный комитет Наркомздрава под председательством профессора Кончаловского вынес конкретное решение: предоставить нам стационар, открыть доцентские курсы по гомеопатии при ЦИУ, предоставив врачам-гомеопатам право свободно применять свой метод в амбулаториях Наркомздрава (бесплатных), и т. д.

21.01 с. г. президиум УМС под председательством проф. Сысина не только не утвердил этого решения, но даже отказался высказать хотя бы свою принципиальную позицию к вышеуказанному решению своего же организационного комитета, и просто отмахнулся от этих вопросов, передав их "в соответствующие инстанции" без всякого своего мнения на этот счет.

Таким образом, одно решение отменяет другое, а мы по-прежнему без стационара для тяжелобольных и др. необходимых условий для своей врачебной работы.

К чему же привела такая политика Наркомздрава в отношении гомеопатии?

1. Она создала из врачей этой школы какую-то обособленную группу, искусственную "оппозицию", лишенную возможности работать в общей сети советского здравоохранения и вынужденно поставленную в положение стороны, борющейся за свое законное право на свое научное развитие.

2. Это же положение систематически отрывало врачей-гомеопатов от их непосредственных задач — научного роста и повышения своей квалификации, и вовлекало в никому не нужную и вредную для дела борьбу, одновременно деквалифицируя даже и научно-устремленных врачей-гомеопатов.

3. Предоставляя свободу гомеопатической практики только в порядке частного приема, лишая в то же время врачей-гомеопатов возможности лечить больных в общих амбулаториях и больницах. Не считаясь с эффективностью этого метода, Наркомздрав фактически загнал всех больных в частные кабинеты врачей-гомеопатов, создал полный разрыв между потребностью и современным обслуживанием больного и катастрофическое положение с кадрами этой школы.

4. Признав де-юре б. Всероссийское общество врачей-гомеопатов, утвержденное ВЦИКом в 1928 г., Наркомздрав де-факто превратил это общество в совершенно бесправную и в сущности почти безнадзорную организацию, не предоставив ей не только соответствующих лечебных учреждений, но даже лишив ее возможности участия как в научной, так и в общей периодической печати.

Как научные журналы и книги, так и газеты (например, газета "Труд" в ее статье профессора Брускина в августе 1937 года) охотно помещали всякую травлю против гомеопатии, но решительно прятали и прячут под сукно все, что так или иначе защищало это дело. Ответы на статью Брускина газета "Труд" держит под сукном и до сего времени, а газета "Медицинский работник", все еще ставящая вопрос "Наука ли гомеопатия?" (см. № 5), запрашивая на этот счет академическую профессуру, далеко еще не авторитетную в этом вопросе, не только не поинтересовалась мнением врачей-гомеопатов как единственных специалистов в этой области, но даже не поместила ни одной нашей статьи, поданной в редакцию.

Не желая признавать научное руководство в вопросах гомеопатии за квалифицированными врачами нашей школы и считая возможным взять и этот научный контроль в свои руки, не выдвинув даже за 20 лет своего советского существования ни одного авторитетного специалиста в этой области, который провел в своей клинике хотя бы один случай с этим методом, Ученый медицинский совет тем самым не желает признавать гомеопатию наукой, требующей одинаково ото всех серьезного изучения и большого опыта. И профессор Брауде на совещании 21.01 с. г. решительно заявил, что "как и все статьи его журнала, так и специально гомеопатические, контролировать будет только он сам". Такое самоувлечение свои авторитетом породило и соответствующую резолюцию "помещать статьи гомеопатии на общих основаниях". Наше предложение организовать при НКЗдраве специальную инспекцию по вопросам гомеопатии из авторитетных специалистов нашей школы было, разумеется, отвергнуто.

Следующий факт показывает, что значит для гомеопатии такое решение "на общих основаниях".

31.01 с. г. Центральной гомеопатической поликлиникой был сдан в бюро печати НКЗдрава сборник научных статей по теории и практике гомеопатии, прошедших через контроль научных конференций поликлиники и отражающих научную работу этого учреждения за 2 года его существования.

2,5 месяца специальная редколлегия из врачей поликлиники прорабатывала этот сборник, дабы издание этой первой коллективной работы посвятить великому событию нашей страны — 1-й сессии Верховного Совета.

13.02 получен краткий ответ: "Сборник 'Советская гомеопатия' ввиду ряда ошибок принят к печати быть не может". Клинические же статьи признаны даже вредными!

Какие ошибки, в чем они — неизвестно. И вот 14.02 директор Центральной гомеопатической поликлиники посылает запрос с просьбой указать конкретно, каковы же эти ошибки авторов, дабы можно их было исправить.

Поскольку в течение 2-х недель НКЗдрав (тов. Комиссарук) упорно молчала, то 25.02 председатель научного бюро Гомеопатической поликлиники д-р Климов сам явился к тов. Коммиссарук за ответом.

После долгих и настойчивых требований не замазывать ошибок врачей, если они есть, а указать их конкретно, зав. отделом печати тов. Комиссарук с большим неудовольствием согласилась, наконец, выслать директору поликлиники подробную рецензию этого сборника, которая ей дана была рецензентом, фамилия коего упорно почему-то скрывалась.

Проходит уже два месяца, ответа нет, и бюрократы с холодным сердцем по-прежнему затирают двухлетнюю большую и нужную для нас и наших больных научную работу целого коллектива советских врачей.

Присмотреться же к существующим работникам нашей профессии, выделить из них способных и честных врачей и при своей товарищеской поддержке, именно им доверить последнее слово в этом деле, — к этому простому и естественному выводу Ученый медицинский совет все еще прийти не желает. А нам нужны руководители не только ученые вообще, но и ученые в своей области, в данном случае — в гомеопатии.

Приветствуя воспитательную работу НКЗдрава и УМС среди гомеопатов по выкорчевыванию всевозможных знахарей и шарлатанов из этой среды, нам все же непонятно, почему эта работа должна мешать развитию науки как таковой, независимо от отдельных ее представителей, и лишать возможности больных пользоваться этой наукой в условиях нормальной лечебной работы врача. Ведь всякому понятно, что организация клиник и больниц для гомеопатического лечения не является какой-то премией за особые заслуги и отличное поведение врачей, будут ли они хороши или плохи. Параллельно с этим обращает на себя внимание тот факт, что на фоне такого отношения к действительному научному и эффективному гомеопатическому методу лечения почти мгновенно возникают целые институты лечения такими неразработанными и опасными препаратами как лизаты Казакова и гравидан Замкова. Здесь же следует отметить и историю с Ин-том д-ра Брюхоненко, где 170 коек в течение 2,5 лет пустовали при наличии полного обслуживающего их штата, в то время как гомеопатическая наука не может получить за это время ни одной койки для своих больных (газ. "Медицинский работник"  29.03 с. г., № 17).

Десятки миллионов народных денег бросаются на "изучение" непроверенных и сомнительных в лечебном отношении препаратов, вместо того, чтобы проверить и пустить в ход уже проверенные, научно обоснованные и неопасные для жизни гомеопатические средства.

Что же требуется для ликвидации таких итогов?

1. Немедленное предоставление тяжелобольным возможности лечиться гомеопатией стационарно в условиях клинического ухода и полноценной работы врача-гомеопата, для чего необходимо одну из больниц клинического типа выделить для специального обслуживания больных, пользующихся гомеопатическим методом лечения. К обслуживанию больных привлечь специалистов-гомеотерапевтов под непосредственным административным руководством НКЗдрава и при консультативном участии академической профессуры.

2. В целях сделать гомеопатическую помощь наиболее доступной в соответствии с огромным на нее спросом, необходимо открыть двери для гомеотерапии во всех амбулаториях НКЗдрава СССР, как и органах Красного Креста, на равных правах с применением и других методов.

3. В целях развития научно-квалифицированных кадров в области гомеопатии и пресечения деляческого и полушарлатанского использования гомеопатического метода лечения, под руководством НКЗдрава и при участи специалистов в области гомеопатии открыть при ЦИУ специальный курс лекций по гомеопатии.

4. В целях комплексного освещения вопросов гомеопатии, запросов и предложений врачей гомеопатической школы, обмена мнениями и т. д., разрешить издание специального сборника "Советская гомеопатия".


Врач-гомеопат  Ю. В. Климов


Фонд Р-8009, опись 1, дело 258, л. 32

СПРАВКА

Обращаемость населения к гомеопатической помощи по одной только Центральной гомеопатической поликлинике МОК РОКК'а выразилась:

Год
Количество больных
Из них
Рабочих
Служащих
Колхозников и иждивенцев
1936
78 тысяч
18 тысяч
29 тысяч
31 тысяча
1937
96     "    
23     "    
50     "    
23      "     
1938
Предполагается обслужить свыше 120 тысяч человек

Кроме того, прием больных врачами-гомеопатами ведется еще в 3-х поликлиниках Красного Креста — Арбатской, Дорогомиловской и Спартаковской.

Сотни тысяч больных лечатся в гомеопатических поликлиниках Ленинграда, Харькова, Одессы, Киева, Днепропетровска, Калинина, Ногинска, Загорска и других городов СССР.

Немалое количество больных пользуется и частной практикой врачей-гомеопатов.

В защиту интересов здравоохранения этой массы трудящихся и пишется настоящее обращение.

Подпись д-ра Климова

6/IV — 38 г.