Д-р Эдвард Гамильтон (Англия)

Flora Homœopathica

Лондон, 1852

Украïнський гомеопатичний щорiчник, 2016, XIII, cтр. 84–89

Aconitum napellus
(Monkshood, Wolfsbane, Helmet Flower, Friar's cap)


БОРЕЦ

Синонимы. Aconitum coeruleum seu napellus, Bauh. Pin.; Aconitum caule simplici, n. 1197. Hall, Hist. ii. 1235; Aconitum vulgare, Decandolle.

Названия. Фр.: Napel, Aconit. Нем.: Eisen-hut, Blauer Sturmhut. Итал.: Napello. Исп.: Napelo. Гол.: Monnikskap. Дат.: Dreumunke. Швед.: Stormbat. Русск.: Борец.

Семейство, отряд. Ranunculaceae. — Polyandria, Pentagynia.

Диагноз отряда. Экзоген с четкими плодолистиками; отсутствием отдельных прилистников; чешуйчатый венчик; семена без шила. Род — чашечка чешуйчатая в расположении лепестков в бутоне. Плод — многосемемянные стручки.

Растение аконит и его части
1. Семя 2. Коробочка и стручок
3. Завязи, столбики и рыльца
4. Нектарники и тычинки
(по Бакстеру)

Общие характеристики. Чашечка отсутствует. Венчик (calyx Decandolle и др.) нижний. Лепестков пять, верхние дугообразные или шлемоподобные. Нектарников (лепестки Линдли) два, они на цветоножке и загибаются у медового мешка назад, располагаются на длинных трубчатых черенках. Тычиночные нити многочисленны, некоторые из внутренних бесплодны. Пыльники закругленные. Завязь расходится. Столбики шиловидные. Рыльце простое, острое. Оболочки яйцевидные; один клапан. Семена многочисленные, коленчатые изрезанные на краях коробочки. Корень сужается к концу, в земле расположен перпендикулярно к поверхности земли, от него отходят многочисленные цилиндрические мясистые волокна.

Особые характеристики. Верхний лепесток дугой отклонен назад. Шпора нектарника коническая и наклонена вниз. Цветы снабжены шипами или свободно метелконосные. Крыльца тычинок заостренные или отсутствуют. Доли листьев клиновидные, перисторассеченные. Нагой венчик из пяти лепестков, верхний с капюшоном, а два загибаются назад, нектарник на цветоножке скрыт внутри полости самого верхнего лепестка или капюшона, что позволит легко отличить этот род от других родов того же класса и отряда (Бакстер).

История. Растение Ακόνίτον было известно древним народам и его упоминали Никандр, Диоскорид, Теофраст, Гален, Павел Эгинский и др. О нем отзываются как о сильнодействующем яде, но высказывается много сомнений, является ли аконит греков тем же самым средством, которое используется в наши дни. Диоскорид описал два вида; Додус, Шпренгель и Вудвиль соглашаются, что второй вид, описанный этим автором, а именно λυκοτονον ("Aconitum alterum quod nonnulli Cycoctorum, alii Lycoctonum vocant, plurimum in Italia nascitur"), это и есть Aconitum napellus, или Wolfsbane. Полагают, что первый вид παρδαλιανχες ("Aconitum aliqui Pardalianches alii Cammarum") — это Doronicum pardalianches, или арника горная. Аконит Теофраста Шпренгель относил к Ranunculus Thora (см. Supp. tо Dunbar’s Lex.) Аллал, современник Катона, выращивал в саду аконит и другие ядовитые растения и давал их в качестве эксперимента, чтобы обнаружить противоядия к ним (Плутарх, "Деметрий").

Аконит часто упоминается в мифологической истории; считалось, что он был главным ингредиентом в смертельном напитке, который давали старцам с острова Кеос, когда они становились слишком слабыми, чтобы служить стране. Говорят, что Медея использовала его, составляя ядовитое питье, предназначенное для Тесея. По легенде, Геката сделала так, чтобы изо рта Цербера струился этот яд: "Ut ab Hecate inventum aut ex spuma Cerberi enatum pronunciarent". Tеофраст писал, что в его дни был такой метод приготовления аконита, благодаря которому он проявлял свои губительные свойства лишь спустя один-два года. Утверждают, что охотники Альп окунали стрелы в сок этого растения, охотясь за волками; поэтому он и был назван Wolfsbane. В более поздние времена его использовали в попытках уничтожить целые армии, поскольку считалось, что индийский яд Bihk или Bisch, которым местные жители отравили резервуары с водой в бирманской войне, — это яд, приготовленный из одного из видов растения, Aconitum ferox.

Как лекарство его использовали древние, главным образом в качестве обезболивающего и наружного средства для облегчения боли в глазах. Его практически перестали использовать до тех пор, пока Штёрк не описал его выдающиеся качества как антиспастического средства, стимулятора к абсорбентам, мочегонного и потогонного средства. Согласно Штёрку, препарат был введен в фармакопею благодаря своему замечательному действию, но впоследствии его использовали по большей части как местное средство при невралгических и ревматических болях и внутрь при подагре, ревматизме, некоторых заболеваниях кожи, золотухе, туберкулезе, скирре и раке, перемежающихся лихорадках, отеках, параличе, эпилепсии, амаврозе, поражениях матки и гипертрофии сердца.

Название растения произошло, согласно Tеофрасту, от названия города Аконис в Битинии, в окрестностях которого он рос в изобилии. Плиний приписал его этимологию к греческому слову Ακονη, что означает точило. Другие, согласно Бернетту, считают, что название произошло от слова ακονίγος (по-латински pulveris expers — без пыли), так как он растет на утесах, лишенных почвы, но это больше относится к Aconitum neomontanum. Другие считают, что слово происходит от слов "acon", "acne" — стрела, дротик, потому что дикари окунали стрелы в яд, приготовленный из этого растения. A napellus происходит от слова napus, по-латински турнепс, из-за сходства его корня с этим овощем.

Описание. Многолетник, цветет в мае, июне и июле. Цветы пурпурные, гладкие. Верхний лепесток шлемообразный. Листья лапчатые, с пятью клиновидными сегментами, глубоко вырезанными зубчиками, стоящие на стеблях с продольными ложбинками; верхние листья не так глубоки, вырезанные. Стебель прямой, два-три фута высотой. Декандоль выделил не менее двадцати девяти разновидностей. То, что Миллер называл pyramidale, наиболее часто встречается в наших садах, так как ему отдают предпочтение из-за длинного цветоноса с голубыми цветками.

Ниже приведены разные виды1, помимо Aconitum napellus, описанные в словаре Миллера, в издании Мартина.

  1. Acon. lycoctonum. Большой желтый борец, борец аптечный; имеет две разновидности: сизоватый, цвета золы цветок Линнея и Acon. altissimum Миллера. Обычный вид достигает три фута высоты; оба цветут в середине июня. В Швеции причислен к самым ранним весенним цветам. В Британии его впервые культивировал Джерард в 1596 г. Растет в диком виде в гористых частях Швеции, Австрии, Карниолы (западный регион Словении. — Прим. перев.) и Сибири. Отвар порошка корня используют для уничтожения мух и других насекомых, но в некоторых частях Швеции его употребляют в пищу без всякого вреда, так как он слабее, чем другие виды этого растения. Древние народы верили, что он смертоносен для тех, кто спал под ним.
  2. Acon. japonicum. Уроженец Японии; там его называют соо хусо.
  3. Acon. pyrenaicum. Пиренейский, или борец с листьями как у фенхеля. Растет в диком виде на Пиренеях, в Тартарии (устаревший географический термин, использовавшийся в отношении областей от Каспия до Тихого океана и до границ Китая и Индии. — Прим. перев.) и Сибири. Впервые культивирован в Англии в 1739 г. Достигает в высоту до четырех футов, а цветонос наклоняется перед цветением, которое у нас наступает в июле. Ядовит.
  4. Acon. anthora. Целебный борец, как eго ошибочно называли. Корень имеет два–четыре коленчатых мясистых шарика, и стебель высотой от одного фута до восемнадцати дюймов. Цветки цвета серы. Растет в диком виде в Пиренеях, Альпах, Австрии, Сибири и т. д. Впервые культивирован в Англии в 1596 г. Есть разновидности этого вида с белым цветком. Ядовит.
  5. Acon. variegatum. Разноцветный, или малый синий, борец. Уроженец Италии и Богемии. Впервые культивирован в Англии в 1752 г. Цветет в конце июня. Два фута высотой. Шипы цветков короткие, а венчики варьируют от разноцветных до одноцветных. Ядовит.
  6. Acon. album. Белый аконит аптечный. Уроженец Леванта (Восточного Средиземноморья. — Прим. перев.). Культивировали в Англии в 1739 г. Иногда превышает шесть футов в высоту. Характеризуется высоким стволом, лапчатыми листьями и белым цветком. Ядовит.
  7. Acon. cammarum. В "Лондонской фармакопее" называется paniculatum. Пурпурный борец. Цветки бледно-синие. Гораздо длиннее шлем и более короткая кисть, чем у Acon. napellus. Стебель выше. Находят в диком виде в Швейцарии, Австрии, Штирии и Пьемонте. Впервые культивирован в Англии в 1748 г. Ядовит, но слабее в сравнении с napellus. Разновидность — с белыми и разноцветными цветками.
  8. Acon. uncinatum. Американский борец (аконит). Уроженец Пенсильвании. Листья подобны napellus; цветы похожи на cammarum. Культивирован в Англии в 1770 г. Очень ядовит.
  9. Acon. ferox. Уроженец Индии. Очень ядовит.
  10. Acon. neomontanum. 11. Acon. volubile. 12. Acon. septentrionale. 13. Acon. tauricum. 14. Acon. cernuum. Все ядовиты.

Географическое распределение. Франция, Швеция, Швейцария, Австрия, Карниола и другие части Европы. Один вид азиатский, один американский, один британский, хотя некоторые сомневаются в том, что он действительно уроженец Британии.

Места обитания. В гористых районах Карниолы, Швеции и т. д. В Англии: водянистые места, берега рек. Впервые обнаружен в диком виде преп. Эдв. Уайхедом из Крайстчерч-колледжа в Оксфорде в 1819 г. Девоншир: в изобилии растет на краю прозрачной реки ниже Огвелл Милл; д-р Уизеринг, 1827. Хартфордшир: в истинно диком виде на берегу реки Тем, и в большом количестве на берегах ручейка, впадающего в эту реку; Крайстчерч-колледж, Оксон, 1819 г. На берегах ручейка около Литтл-Херефорда; д-р Ллойд. Сомерсет: в водянистом грунте, с обеих сторон ручейка у Форда около Вивелискомба и Милвертона, где он произрастает в изобилии и где его собирают для лечебных целей.

Части, используемые в медицине. Корни, цветы и листья.

Метод приготовления. Согласно гомеопатической фармакопее (Квин), выжатый сок свежего растения следует смешать с равным количеством винного спирта и через 24 часа слить чистую жидкость. Одну ее каплю нужно дважды встряхнуть с 99 каплями винного спирта и пометить значком (1). Затем то, что получилось, нужно развести до 30-го разведения путем добавления одной капли 1-го разведения к 99 каплям винного спирта, и так далее до получения 30-го разведения. Качество корня и выжатого сока сильно меняется со временем, и если их хранить дольше, чем несколько месяцев, они становятся полностью инертными. Г-н Ройбен Пэйн из Милвертона считает препарат из растения, собранного в Сомерсете, действующим значительно сильнее, чем тот, что доставляют из лучших магазинов Лондона. Скорее всего, это связано с вышеуказанной причиной. Правильное время сбора корня для целебных целей — период, предшествующий появлению отростков стебля, а всего растения — июль и август.

Отравляющее действие. Отравляющее действие лекарств на живой организм, равно как и проявление действия слишком больших доз любого лекарства — самое интересное для гомеопатов; согласно закону, которому они следуют при лечении болезни, такие проявления помогают определить общую сферу действия каждого лекарственного вещества, а губительные последствия такого действия выявляют полезные для человечества целительные свойства этого вещества.

Приведем некоторые из самых интересных случаев отравления этим растением, которые демонстрируют его специфические симптомы и особенности действия.

Мальчик съел несколько листьев растения вместо петрушки; через два часа возникло ощущение жжения во рту, горле и желудке, после чего последовали обморок и смерть. На аутопсии обнаружили, что мозговые сосуды очень расширены из-за переполнения жидкостью темного цвета; по всей слизистой желудка распространялось глубокое воспалительное покраснение с областями темного цвета (Med. Chir. Review, July, 1844).

Дозу (пять гран) свежего экстракта дали по ошибке трем пациентам в больнице г. Бордо. Через четверть часа у них появился тремор мышц и ощущение покалывания по всему телу, затем последовала рвота, временная потеря сознания, а потом помутнение зрения с сильной головной болью, холодная и липкая кожа, медленный и нерегулярный пульс, короткое и учащенное дыхание; один человек умер, двое других постепенно поправились.

Д-р Гейген (Dub. Med. Jour., 1842) заявил о случае отравления листьями аконита. Через две минуты после того, как пострадавший съел листья, у него начался жгучий жар во рту, горле, пищеводе и желудке с ощущением опухания лица, общего онемения и ползания чего-то по коже, беспокойство, затуманенное зрение, ступор и частичная бесчувственность, пена в носу и во рту, стиснутые челюсти и руки, рвота, диарея, чувство болезненности в эпигастрии, обморок и смерть.

Мужчина сварил свежие корень и листья растения и через полчаса после того, как он их съел, был найден в кровати, где он с пеной у рта крутил руками; зрачки были широко расширены, нижние конечности парализованы, поверхность тела холодная и липкая; у него была сильная тошнота и едва уловимый пульс; далее последовали потеря чувствительности и смерть.

Д-р Перейра рассказал следующее:

Мужчина, его супруга и ребенок съели какие-то корни за обедом в 14 часов, приняв их по ошибке за хрен. Большая часть была съедена мужчиной. Через три четверти часа после обеда мужчина пожаловался на жжение и онемение губ, рта и горла, которое скоро распространилось на желудок и сопровождалось рвотой обедом, а потом пенистой слизью. Его конечности были холодны, но грудь была теплой; голова была мокрой от холодного пота, глаза блестели; сильное дрожание и сильная боль в голове; губы синие; не было судорог или конвульсий; его дыхание было без изменений. Он умер, судя по всему находясь в обморочном состоянии, примерно через четыре часа после обеда.

Женщина была поражена таким же образом. У нее было такое же жжение и онемение губ, рта, горла и желудка и сильная рвота. Она испытывала необычное ощущение онемения в кистях, руках и ногах, и не могла произнести ни слова; ее попытки говорить сопровождались лишь непонятными звуками; у нее была сильная мышечная слабость, она не могла стоять, некоторые внешние чувства были нарушены; хотя ее глаза были широко открыты, зрение было очень слабым, и окружающие предметы были видны нечетко; чувствительность тела была сильно нарушена, лицо и горло были почти нечувствительны к касанию; у нее очень сильно кружилась голова, но она не бредила и не испытывала сонливости; тело и конечности были холодны; она часто вытягивала шею, но не знала, почему. Через пять–шесть часов после этого она начала выздоравливать.

Ребенок оказался в таком же, но гораздо более слабо выраженном состоянии; это была девочка и она, как и другие пострадавшие, постоянно прикладывала руки к горлу (Pereira. Mat. Med., art. Aconite).

М-р Шервен упоминает случай женщины, которая отравилась спиртовой настойкой корня. Основные симптомы были следующими. Через пять минут после того, как она проглотила настойку, у нее возникло покалывание и пощипывание, распространявшиеся вниз по рукам и пальцам; болезненное онемение в запястьях; затем эти же ощущения во рту и языке, после этого в ногах и ступнях; менее чем через десять минут ей показалось, что лицо опухло, а горло сжимается; ее тошнило, и она старалась вырвать; ноги не держали; она почти ослепла, но осознавала свое состояние; глаза были фиксированы и выпучились, зрачки сужены, лицо стало землистого цвета, челюсти и ротоглотка ригидными, кисти и руки довольно холодными и без пульса, ноги и туловище в таком же состоянии, дыхание короткое, неполное и затрудненное с мерцательной аритмией сердца. При попытке дать рвотное у нее возникли сильные конвульсии. После этого началась обильная рвота. Через пять часов после принятия яда пульс стал полным, пятьдесят восемь ударов в минуту, и перемежающимся; угнетение в подложечной ямке меньше, а зрачки шире. В итоге она поправилась. (Lancet, March 25, 1837).

Корень Aconitum napellus дали четырем разбойникам. Двое из их после сильнейших болей были спасены соответствующими средствами, двое других умерли. У одного из них были такие симптомы: через несколько часов после приема корня он потерял рассудок, лицо было покрыто холодным потом, удушье, судороги и обморок, непроизвольная дефекация, рвота желчью, опухание всего тела; он умер от апоплексии (Matthiolus in Dioscorid., р. 768).

Уиллис сообщил о человеке, умершем в маниакальном состоянии через очень короткий период времени после того, как съел салат, в котором было немного свежих листьев аконита.

Линней сообщил о том, как невежественный хирург прописал больному листья растения, а когда пациент отказался их глотать, он проглотил их сам и в результате умер.

Человек, который съел немного листьев, стал безумным, а хирург, которого вызвали, чтобы оказать ему помощь, объявил, что растение не было причиной его расстройства, и чтобы убедить всех, что оно полностью безвредно, съел большое количество листьев и вскоре после этого умер в тяжелой агонии (Mord. in Kel. Acad., 1739).

Сок аконита, введенный в маленькую рану на большом пальце руки, вызывает боли в пальцах и руках, боль в сердце, тревожность со страхом удушья, обморок, возбуждение, гангрену, обильное нагноение (Alberti, Junot. Med., vi. p. 724).

Орфила рассказал, что пять человек по ошибке съели листья растения; трое из них умерли спустя два часа. Все страдали от жжения в горле, пищеводе и животе; были позывы на рвоту, а когда та происходила, сопровождалась сильными коликами, опухшим лицом и опухшим животом.

Немного листьев аконита были съедены мужчиной в виде салата, и главными симптомами были следующие: ощущение покалывающего жара, который поразил не только язык, но и челюсти, так что зубы казались расшатанными, а щеки были настолько раздражены, что его едва удалось убедить, что его лицо не было опухшим и не стало в два раза больше по сравнению с его обычным размером. Это ощущение покалывания распространялось далее и далее, пока не охватило все тело, особенно конечности. Возникла неустойчивость в суставах, особенно колен и лодыжек, с подергиванием сухожилий; он едва мог ходить по комнате; думал, что у него плохо циркулировала кровь в конечностях, а от запястий до кончиков пальцев и от лодыжек до пальцев ног вообще не было кровообращения; головокружение; глаза затуманенные и блуждающие; гул и шипение в ушах, после чего случился обморок; его силы и дух истощились; была потребность лечь (после рвоты, вызванной маслом и т. д., принятыми для того чтобы освободить желудок); пульс прерывистый и нерегулярный, иногда два–три удара очень быстро один за другим (Philos. Trans., vol. xxxviii, р. 287).

Если пожевать листья или корень, то возникает покалывание с онемением; а если принять довольно большое количество, то поражаются нёбо и горло. Кажется, что нёбная занавеска и мягкое нёбо удлинены и лежат спинке языка; чтобы ослабить это ощущение, пострадавшие стараются часто сглатывать (Pereira, ART Aconite).

Было также подтверждено, что испарения растения вызывают обмороки.

Д-р Флемминг считал, что яд может вызвать смерть

или путем мощного седативного воздействия на нервную систему (как в случае д-ра Мэйла из Бирмингема), паралича дыхательных мышц (удушье) или приводя к обмороку. Ядовитая доза вызывает 1. онемение и жгучий жар во рту, горле и желудке; боль в животе, с тошнотой и рвотой, сниженную чувствительность кожи с ощущением тяжести и полноты разных частей тела, особенно лица и ушей; 2. головокружение, затуманенность зрения или полную слепоту, поющие шумы в ушах, глухоту, пену во рту, чувство сужения горла, резкую слабость, дрожащий пульс, сначала ослабленный и скачкообразный, а затем незаметный; конечности и поверхность тела холодные и липкие, лицо белое, бескровные губы; за этим обычно следует внезапная смерть. При аутопсии наблюдают застой в венозной системе (Fleming on Ac. Nap., р. 134).

Орфила отмечает, что из различных экспериментов на животных и влияния на человека следует, что различные препараты аконита всасываются и переносятся с кровотоком; что они действуют на нервную систему, особенно на мозг, где вызывают вид психоза, кроме того, месть естное раздражение, вызывающее более или менее интенсивное воспаление; что по всей видимости эти препараты действуют на человека так же, как и на животных.

Таким образом, мы видим, что все части свежего растения сильно ядовиты, но особенно ядовит корень и существует много примеров его смертоносного влияния, описанных древними и современными авторами. Однако, как это часто случается, "даже самые губительные качества, если их правильно понять, можно обратить в бесценный дар".

Медицинское использование (в гомеопатии). Прувинг аконита Ганеманом дал врачам-гомеопатам средство, которому суждено всегда занимать видное, если не первое место в нашей фармакопее. Ниже мы приводим его замечания об этом средстве, содержащиеся в его "Чистой Материи медике":

Хотя перечисленные симптомы не отражают полностью целебную силу этого ценного растения, они позволяют проницательному гомеопату судить о том, насколько оно может быть полезно при некоторых болезненных состояниях, где до сих пор использовалось противовоспалительное лечение старой школы. Я имею в виду чисто воспалительные лихорадки, при которых использованная вместо всевозможных антипатических средств малая доза аконита приводит к быстрому излечению без всяких последующих недомоганий.

При кори, пурпурной милиарной лихорадке, воспалительной лихорадке с плевритом и т. д. эффективность этого растения очень велика при условии соблюдения больным холодной диеты, воздержания от всех лекарств и даже от растительных кислот.

Изгоняя из нашей системы все сходство с обычной системой лечения, в которой слишком часто чувствуется влияние названий мнимых заболеваний, нам необходимо следить, чтобы первичные болезненные состояния, для лечения которых предлагается аконит, по своим основным симптомам были в высшей степени аналогичны тем симптомам, которые вызывает это лекарство. При выполнении этого условия его применение увенчается чрезвычайным успехом.

При лечении острых воспалительных лихорадок, единственным облегчающим средством для которых считались обильные и многократные кровопускания, гомеопатия демонстрирует свое несомненное превосходство, так как с помощью этого средства ей удается преодолевать такие лихорадки и восстанавливать здоровье в более короткий период времени, чем при аллопатическом лечении, не пролив при этом ни капли крови, — жизненно важной жидкости, которую часто с опасной расточительностью тратят при лечении методами старой системы.

Иногда при острых недомоганиях необходимо использовать другие гомеопатические лекарства, чтобы устранить болезненные симптомы, которые остаются после тех, с которыми справился аконит, но повторять дозу аконита бывает нужно очень редко.

Если с такими мерами предосторожности давать аконит при заболеваниях, на которые я ссылаюсь, кровообращение постепенно возвращается к обычному состоянию.

Хотя из-за короткой продолжительности своего действия, которое для малых доз не превышает тридцать шесть или сорок восемь часов, кажется, что аконит будет полезен только в острых случаях, он не менее полезен при самых стойких хронических недомоганиях, при которых состояние организма требует изменения так называемой жесткости; предмет, в который я сейчас не смогу углубиться более. Его эффективность в таких случаях — это результат развития симптомов, которые он вызывает у здоровых людей.

Аконит является также главным и самым мощным средством при крупе, при нескольких видах ангины, а также при местном остром воспалении в других частях тела, особенно когда жажда и учащенный пульс связаны с неусидчивым нетерпением, возбуждением, которое ничто не может подавить, и метанием в бреду, подобным тем, которые вызывает аконит. Если его дают здоровому человеку, он вызывает все те болезненные симптомы, которые наблюдаются у людей, находящихся под влиянием страха вкупе с гневом, и он же будет самым лучшим средством для быстрейшего излечения этих симптомов.

Когда аконит выбирается по гомеопатическим принципам, вы должны прежде всего учитывать моральные симптомы и следить за тем, чтобы в этой области соответствие симптомов было как можно более точным.

Известно, что аконит хорошо помогает в устранении всех нежелательных симптомов, возникающих от подавления выделений, от тревоги, волнения или страха.

Клинические замечания. Ноак и Тринкс:

Аконит особенно подходит для полнокровных индивидов, живого характера, холерически-нервного или сангвинического темперамента, темноволосых, с ярким цветом лица, а также пожилым людям. Прилив крови к разным органам, острое воспаление любых органов, сильные кровотечения, приступы сильной генерализованной боли, влияние испуга, гнева и досады, поражения желчевыводящих путей, иктеричность кожи как при желтухе, прилив крови к голове, когда присутствует головокружение, головная боль, простудные болезни, большая склонность к простудам, экзантема в начальных стадиях, рожа, крапивница, синохальные лихорадки, острый ревматизм, особенно суставов, острый артрит, подагра, невралгия, обмороки, слабоумие с предчувствием смерти и сильной тревожностью, офтальмия, кровотечение из носа, простудное воспаление миндалин, нёба и глотки, кровавая рвота, перитонит, активное кровотечение из матки, круп, кровохарканье, плеврит, бронхит и пневмония (обычно в первой стадии), органические поражения левой половины сердца, гипертрофия сердца.

При сравнении гомеопатического и аллопатического использования аконита можно увидеть, что иногда обе системы давали это лекарство для одних и тех же заболеваний, но гомеопаты пришли к использованию его в болезни на основе симптомов, которые он производит в больших или малых дозах у здоровых людей; в старой же школе его давали эмпирически, главным образом потому что его считают притупляющим средством ("benumber"), и поэтому полезным для уменьшения боли и раздражения нервной системы, но когда его использование приводит к излечению, это может быть приписано его специфическому, т. е. гомеопатическому, действию.

Нужно также помнить, что гомеопатическое использование этого и всех других веществ никогда (вследствие способа приготовления) не сопровождается ни малейшей опасностью, связанной с их ядовитыми свойствами, а в рамках старой системы эти лекарства, часто вредоносные из-за метода их применения, могут также стать по оплошности или незнанию смертоносными.

Антидоты. Кислоты и вино; от его ядовитого воздействия — уксус.

Джерард в своем "Травнике" дал любопытное противоядие. В главе об аконите он пишет:

Растет на горах Реции и в различных местах Альп, где вы заметите, что трава, растущая вокруг него, съедена скотом, который, однако, не прикоснулся ни к одной части этого растения, кроме некоторых мух, которые в таком обилии прилетают с болот, что покрывают все растение. Что очень странно, так это то, что хотя эти мухи с большим наслаждением питаются аконитом, из них делают противоядие или самое действенное лекарство против смертельного укуса паука, который зовется тарантулом, или укуса любого другого ядовитого существа; да, превосходное средство не только против аконитов, но и против всех других ядов.

Также Антоний Геранакей из Павии, известный врач своего времени, упоминал муху, поедающую много листьев аконита, в качестве противоядия к его ядовитому воздействию.

ПРМЕЧАНИЯ

1 Самые сильнодействующие из европейских видов — это Acon. napellus и cammarum. Лошади могут есть высушенный napellus без каких-либо неприятных последствий.

Введение в книгу Э. Гамильтона Введение   оглавление книги Э. Гамильтона Оглавление   Æthusa cynapium AEthusa cynapium