|
Д-р Лайонел Милгром (Англия)
|
![]() |
Гомеопатия и новый фундаментализм:
|
|
| Journal of alternative and complementary
medicine, 2008 Jun; 14(5):589–94
Перевод Варвары Семеновой (Москва) |
|
Милгром Лайонел — доктор философии (PhD), член Королевского
химического общества, ученый, исследователь рака в Лондонском Имперском колледже, сотрудник
Института исследования гомеопатии, автор большого числа научных и научно-популярных публикаций. В
гомеопатии с 1999 г., практикует в Лондоне.
Оригинал здесь
АННОТАЦИЯХотя гомеопатия используется уже свыше 200 лет и поныне приносит пользу миллионам людей во всем мире, сегодня она подвергается постоянным нападкам за свою "ненаучность". Причины этого могут стать понятны в рамках того, что можно назвать новым фундаментализмом, исходящим преимущественно, хотя и не исключительно, из среды биомедицины и поддерживаемым частью СМИ. В статье обсуждаются возможные причины этого явления. Отличительным признаком нового фундаментализма является отрицание доказательств эффективности любого терапевтического метода, если его эффективность нельзя последовательно "доказать" с помощью двойных слепых рандомизированных контролируемых испытаний (РКИ). Новый фундаментализм исключает объяснения эффективности гомеопатии, игнорирует, поносит или объявляет непонятными современные исследовательские данные, подтверждающие такие объяснения, особенно если они получены вне биомедицины. В то же время новый фундаментализм не возражает против использования предвзятости экспериментаторов, слухов и инсинуаций в целях дискредитации гомеопатии. Таким образом, ненаучным является сам новый фундаментализм. В будущем это может иметь значение для того, каким образом практикующие специалисты, исследователи и пациенты гомеопатии (комплементарной и альтернативной медицины) будут взаимодействовать с системами первичной медицинской помощи и согласовывать с ними свои интересы. ВСТУПЛЕНИЕЕсли оставить в стороне террористические акты, нетерпимость в плюралистическом обществе может действовать на интеллектуальном уровне гораздо коварнее, подавляя и в конечном счете лишая людей доступа к альтернативным формам знания. Возьмем, например, дискурс о научной доказательности, который, как некоторые считают, фактически "колонизировал" большую часть современной конвенциональной медицины1. Можно сказать, что этот дискурс основан на научной парадигме наивного индуктивизма2,3 (то есть на той парадигме, согласно которой можно провести исключительно объективные наблюдения, которые приводят к неопровержимым фактам; что из этих фактов путем умозаключений могут быть выведены обобщения, и что из этих умозаключений могут быть выведены научные законы и теории), которая на уровне идеологии исключает альтернативные способы лечения (такие как гомеопатия) и их обсуждение. Дискурс о доказательной медицине (ДМ) недавно сравнили с "фашистской" структурой за его активное неприятие плюрализма в системе здравоохранения1. Таким образом, не в меру усердную интерпретацию принципов ДМ можно рассматривать как поддержку подхода, который принижает достоинство и ограничивает возможности врачей и пациентов, использующих гомеопатию и другие методы комплементарной и альтернативной медицины (КАМ), стремясь в конечном счете лишить миллионы людей выбора этих методов лечения, поскольку они считаются "ненаучными". Наиболее уродливые примеры подобной позиции можно видеть на страницах веб-сайтов в Интернете практически ежедневно. Внимательное изучение таких критических веб-сайтов обнаруживает высокий уровень эмоциональной субъективности, направленной против КАМ, особенно гомеопатии. Хотя на этих сайтах имеется предупреждение о недопустимости оскорбительных выражений, примечательно, что в широком поле коммуникации позволено то, что можно назвать лишь оскорблениями, замаскированными под научный спор; возможно, проще было бы игнорировать эти веб-сайты и заниматься своим делом. К сожалению, это означало бы прятать голову в песок, поскольку подобные "дебаты" сейчас появляются и в официальной литературе. Возьмем, к примеру, уважаемую и влиятельную британскую воскресную газету "Обсервер". Один из ее штатных журналистов, Ник Коэн (по иронии судьбы известный критик политкорректности в издании, которое по существу является левым) недавно заявил: Отвергать гомеопатию как шарлатанство, придуманное недоумками для недоумков, на удивление трудно. В нашем обществе властвуют антиэлитарные настроения, и многие чувствуют себя некомфортно, заявляя, что шесть миллионов людей, пользующихся альтернативной медициной, — дураки, что было бы самым мягким определением. Они искренне верят в липовые лекарства, и в современной культуре чистосердечие побивает здравый смысл3,4. И "эффект гомеопатии, безусловно, может оказаться смертельным", — недавно повторил ту же мысль "Ланцет"5,6. Все это игнорирует сообщения о вызывающей серьезные вопросы безопасности самой конвенциональной медицины. Эта тема недавно подверглась тщательному рассмотрению в комитете по контролю над расходованием государственных средств палаты общин Великобритании. Комитет заключил, что только в 2006 году, включая смертельные случаи, по меньшей мере 2 млн 680 тыс. человек пострадали от вмешательств конвенциональной медицины, что составляет ужасающие 4,5% от всего населения Великобритании7. Ясно, что когда гомеопатию именуют "смертельной", ее образ сознательно искажают, но сейчас подобное считается честной игрой: разнести противника в пух и прах и свалить в одну кучу с религией, креационизмом и тому подобным. Это точка зрения, которая совершенно некритично потворствует созданию прокрустова ложа научной рациональности. Где корни этого явления? НОВЫЙ ФУНДАМЕНТАЛИЗМВ Соединенном Королевстве нападки на гомеопатию/КАМ как на ненадежный способ лечения идут главным образом от отдельных лиц, таких как Эдзард Эрнст (как ни странно, первый в Великобритании профессор КАМ, работавший в Эксетерском университете), оксфордский ученый Ричард Доукинс, фармаколог Дэвид Колквон и некоторые почетные профессора и доктора (включая онколога Майкла Бома и геронтолога и философа Раймонда Толлиса), которые недавно написали в газету "Таймс", настаивая на том, чтобы власти здравоохранения прекратили поддержку "недоказанных" способов лечения, таких как гомеопатия/КАМ8. Так же, как и созданную недавно организацию "Смысл науки" (Sense About Science), этих людей и им подобных по всему миру я называю новыми фундаменталистами. Возможно, здесь будет честным отметить, что не все ученые, которые ценят научные принципы, лежащие в основе ДМ, являются новыми фундаменталистами. Точно так же не все те, кто защищает гомеопатию/КАМ, делают это в рамках научных требований. Новые фундаменталисты склонны представлять себя последним бастионом здравомыслия в борьбе с кажущимся подъемом иррациональной веры, среди прочего, и в шарлатанские лекарства. Их уверенность, что все факты свидетельствуют, что гомеопатия не работает и фактически несомненно смертельна, приводит их к игнорированию или огульному отрицанию всего, что противоречит их убеждениям. А за ними, словно влиятельный серый кардинал, стоит финансовая мощь глобальной фармацевтической промышленности. В Соединенном Королевстве главная цель новых фундаменталистов заключается в том, чтобы обеспечить полное исключение из Национальной службы здравоохранения всего, что они считают "шарлатанскими" способами лечения, и добиться закрытия пяти субсидируемых государством гомеопатических больниц, независимо от того, как много людей получили и продолжают получать там помощь8. Собственно, в Национальной службе здравоохранения уже наблюдается уменьшение числа выданных направлений к гомеопатам, а Лондонский Королевский гомеопатический госпиталь Великобритании находится под угрозой закрытия. Хотя это не более чем столкновение парадигм, то есть ничего нового с точки зрения истории, различие состоит в том, что нынешние нападки на гомеопатию/КАМ происходят в эру легкодоступных массовых коммуникаций, и новым фундаменталистам распространять их призывы к борьбе с "шарлатанством" помогают многие СМИ, часть из которых разделяет эти убеждения. НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ И ДЕТЕРМИНИЗМЖурналистика не всегда специализирована. Раньше о науке писал любой журналист, заинтересовавшийся темой или получивший такое задание. Действительно, любой хороший репортер-исследователь обычно может засучить рукава и написать сбалансированную, интересную статью. Но за последние пару десятилетий ситуация изменилась. Все чаще можно видеть выпускников университетов или аспирантов, многие из которых изучали биомедицинские науки, в качестве журналистов или писателей9. Возможно, им прискучило заниматься наукой, и они ищут что-то новое, или же они не смогли найти хорошо оплачиваемую долгосрочную работу по своей специальности (в данном случае я исключаю тех ученых, которые пишут с целью популяризации своего предмета). Некоторые университеты предлагают сейчас последипломные курсы переподготовки в области научных коммуникаций. Кроме того, ученые начали осознавать, что их работа не настолько, насколько им хотелось бы, понятна широкой публике, то есть тем, кто налогами оплачивает спонсируемые государством научные исследования. Это приводит к росту "индустрии" популяризации науки среди населения. В сущности, само по себе это не вызывает возражений. В идеале в любом демократическом обществе широкая общественность должна быть информирована и иметь возможность участвовать в обсуждении важных этических и научных вопросов (например, об изменении климата или исследований стволовых клеток). Тогда путем демократических процедур граждане могут участвовать в политических дебатах с тем, чтобы сделать необходимый выбор. В этом процессе важную роль играет образование, однако за последние 20 лет содержание школьных естественно-научных программ заметно упростилось, и очевидно, что в развитых странах дети все чаще не интересуются наукой10. Отчасти это может быть связано с опасениями по поводу практических занятий и опытов, пробуждающих любознательность: химические эксперименты, в частности, могут быть опасными, а родители — склонными к судебным искам. Возможно, что в раннем подростковом возрасте дети более заинтересованы в других вещах (включая отношения друг с другом), нежели в науке. На образование также влияет то, что некоторые считают постмодернистским антиэлитизмом4–6, постулаты которого призваны разрушить мнимое превосходство научной "истины" над остальными формами познания11–14. Новые фундаменталисты могут привести аргумент, что такая позиция, по крайней мере частично, виновна в нынешнем разочаровании в науке в развитом мире. Таким образом, вместо того чтобы быть вершиной достижений человечества или истинным "спасителем", — посыл, с которым наука снова вошла в моду в 1950-х годах, — можно считать, что наука пошла в услужение военно-промышленному комплексу, мировому (например, фармацевтическому) капиталу и корпоративной спеси, которая, к примеру, полагает гены ничем иным, как доступным для приватизации молекулярным конструктором "Лего". Удивительно ли, что выбирая между скукой, бушующими гормонами и постмодернизмом, дети не рвутся заниматься наукой? Итак, существует осознанная потребность в научных коммуникациях и квалифицированных коммуникаторах в большем количестве и лучшего качества. Однако в эпоху масс-медиа, когда бал правит короткая эффектная реплика, наука вынуждена биться за время и пространство на переполненном и все растущем рынке коммерческих СМИ. Это неизбежно приводит к чрезмерному упрощению сложных научных вопросов. Таким образом, хотя наивный индуктивизм нового фундаментализма2,3, возможно, и является легкодоступной и дружественной СМИ версией науки, он тем не менее имеет свои ограничения, отмеченные Карлом Поппером в 1950-х годах15 (это уже не упоминая о расшатывании основ, произведенном постмодернизмом11–14 и другими философскими течениями). Учитывая вышесказанное, легко забыть, что наука неоднородна, а ее отдельные дисциплины различаются интеллектуальной глубиной и строгостью. Например, сравним большей частью эмпирический подход по принципу "пояса и подтяжек" биомедицины (который в экстремальных и чрезвычайных ситуациях спасает жизни, но не столь эффективен в лечении хронических состояний) с интеллектуальной остротой и сложностью квантовой физики. Последняя, благодаря своим концепциям, таким как нелокальность и квантовая запутанность, предлагает картину мира, серьезно противоречащую детерминизму, укоренившемуся в западной культуре со времен эпохи Просвещения. Последствия видения мира с точки зрения квантовой механики — то, что существует трудноуловимая и нерасторжимая связь между наблюдаемым и наблюдателем, так что Вселенную невозможно считать объективно отделенной от нас, — это онтологическая и в чем-то вызывающая беспокойство проблема даже в рамках теоретических основ дисциплины16. Это называют просто "квантовой странностью"17 — словосочетание, демонстрирующее, насколько сложно для понимания квантовое ви́дение мира в рамках детерминистского западного мышления. Между тем эта тонкая связь между наблюдателем и наблюдаемым давно признана в сфере социальных, антропологических и психологических наук18. Очень может быть, что эта связь играет гораздо большую роль в процессе излечения, чем это признается на сегодняшний день конвенциональной медициной. Определенно, это начало создания недетерминистских объяснений и интерпретаций того, как может работать гомеопатия/КАМ19. ИСПЫТАНИЯ, НЕВЗГОДЫ И ПАМЯТЬ ВОДЫСочетание нового фундаментализма с в общем-то естественным желанием писателей от науки информировать и обучать общественность может породить у них рвение искоренить иррациональность, бездумную веру и все, что нельзя без труда доказать и объяснено в рамках "черно-белой" детерминистской науки (например, гомеопатия/КАМ). К сожалению, такая позиция плохо воспринимает оттенки серого и потому сводит все к черному, стремясь установить "истину". Возьмем, к примеру, "золотой стандарт" качества исследования — двойное слепое рандомизированное контролируемое испытание (РКИ). При сравнении с плацебо такие исследования дают в лучшем случае неоднозначные данные об эффективности гомеопатии: некоторые испытания дают положительные результаты, в то время как другие заканчиваются отрицательными. С точки зрения новых фундаменталистов такая неопределенность нетерпима (в особенности потому, что гомеопатия, по-видимому, противоречит биомолекулярной парадигме конвенциональной медицины). Отрицательные результаты испытаний считаются "истинными", положительные результаты игнорируются, и вот уже гомеопатия считается не эффективнее плацебо (так как она не работает). Несмотря на это, по всему миру миллионы людей уже извлекли и продолжают извлекать пользу из гомеопатии. Обычно это объявляют массовым заблуждением, эффектом плацебо или самовнушением. При этом исходят из допущения, что РКИ является лучшим исследовательским инструментом для того чтобы установить доказательную базу какого-либо способа лечения. Действительно, можно привести аргумент, что РКИ основаны скорее на попперовских принципах опровергаемости, нежели на наивном индуктивизме. Однако внимательное изучение принципа РКИ обнаруживает, что он накладывает на любую терапевтическую процедуру безусловное и упрощенческое требование отделить способ лечения от контекста, в котором это лечение происходит. И в итоге он оказывается не более чем арифметическим приспособлением, позволяющим произвести измерения, собрать статистику и сделать выводы из проведенного испытания, которые в конечном счете будут иметь значение в рамках детерминистических стандартов. Уже продемонстрировано20 и объяснено (по аналогии с коллапсом волновой функции при наблюдении в квантовой теории)21, что подобное разделение может серьезно мешать терапевтическому эффекту гомеопатии/КАМ. Однако подобное объяснение неубедительности принципа РКИ в применении к гомеопатии/КАМ новые фундаменталисты недавно отвергли, объявив его "квантовым мистицизмом"22. Но вот о чем склонны забывать те, кто пропагандирует страстное следование РКИ как "золотому стандарту" проверки эффективности какого-либо способа лечения: ни один метод лечения, включая доказательную медицину, не используется в реальной жизни согласно предписанному РКИ процедурному разделению способа лечения и контекста. В результате растущее влияние на медико-санитарные науки движения за доказательные методы все чаще сегодня осуждается (даже в рамках самой конвенциональной медицины), поскольку отрицает альтернативные парадигмы лечения1,18. Объяснения того, каким образом могут работать гомеопатические лекарства (например, эффект памяти воды23), точно так же игнорируются24,25, несмотря на все большее число свидетельств, подтверждающих, что такой эффект действительно может иметь место26–31. Он может быть объяснен в терминах материаловедения, поскольку гомеопатический процесс разведения и встряхиваний вызывает наблюдаемые изменения в динамике надмолекулярной структуры жидкой воды29–32. Тем не менее, например, врач-онколог Стивен Сагар отклонил гипотезу о памяти воды как "веру в необнаруженные субатомные [курсив автора] поля"24,25. Не обсуждая намерения нанести удар по теории памяти воды и гомеопатии, можно отметить, что термин "субатомный" кажется не слишком подходящим для описания того, что в настоящий момент является предметом исследования в молекулярной физике, материаловедении и химии. Подобная позиция могла бы частично объяснить, почему публикуется так мало исследований того, как эффект памяти воды на клеточном уровне может привести к излечению пациента в целом33: это потребовало бы куда более тесного сотрудничества и взаимопонимания между биомедиками и физиками, чем ныне, не говоря уже о соответствующем уровне финансирования. НАМЕКИ И НЕДОБРОСОВЕСТНАЯ НАУКАПомимо игнорирования или непонимания современных исследований, новые фундаменталисты иногда могут использовать инсинуации и намеки для дискредитации гомеопатии. Например, Эрнст недавно сообщил, что испытания гомеопатии, которые проводили нацисты (и которые считаются утраченными), были столь "во всех отношениях удручающе негативными", что немецкие гомеопаты с тех пор старательно скрывают результаты этих испытаний34–35. Не говоря уже об этической проблеме, возникающей при некритичном использовании результатов нацистских исследований (особенно с учетом того, что, как прекрасно известно, нацистские медицинские "эксперименты" принесли много пользы конвенциональной медицине36–38), сам источник Эрнста представляется весьма подозрительным39–42. В лучшем случае Эрнста можно обвинить в неэтичности и ненаучности за использование слухов 60-летней давности для осуждения гомеопатии. Хотя разоблачение каждого случая, подобного этому, вне всяких сомнений необходимо (хотя бы ради укрепления морали!), подобная стратегия является всего лишь ответной и не слишком помогает в продвижении дела гомеопатии/КАМ. Подобно кадру дня или привлекающему внимание заголовку, в памяти остается первое впечатление, а не сложное опровержение, которое появляется на последних страницах издания месяцы спустя. Возможно, наиболее известным случаем такого рода является уже ставший знаменитым "мета-анализ", проведенный Шан и соавт., опубликованный в "Ланцете" в 2005 году43. В этом анализе исследователям удалось прийти к заключению, что гомеопатия не эффективнее плацебо, несмотря даже на то, что он совершенно очевидно не отвечал ни одному из общепринятых стандартов и критериев (например, прозрачности)44 для таких мета-анализов. Причем некоторые из этих критериев были установлены самим "Ланцетом"45. Этот мета-анализ в "Ланцете" был опубликован в тот период позднего лета, когда в Великобритании наблюдается затишье в новостях, известное как "мертвый сезон". В результате новостные издания гурьбой накинулись на это известие о мнимом "конце гомеопатии"46. Спустя несколько месяцев этот мета-анализ "Ланцета" был полностью раскритикован в литературе многими видными исследователями и учеными47-50. Вероятно, никого не удивит, что этот факт прошел совершенно незамеченным прессой. "ПРЕЛЕСТИ" ПОПЫТОК СОБРАТЬ КОТОВ В СТАДОИтак, у нас остается вопрос, как активно противостоять новому фундаментализму. Очевидно, что должно продолжаться исследование эффективности и возможных механизмов действия гомеопатии/КАМ с тем, чтобы эти альтернативные терапии практиковались, публиковались и распространялись. Однако это, скорее всего, не привлечет внимания масс-медиа в ближайшем будущем так, как его умеют привлекать новые фундаменталисты. Тем не менее, хоть это и неблагодарное занятие, споры с ними необходимо продолжать, поскольку они поддерживают актуальность вопроса перед публикой. Иногда при этом могут появляться и односторонние дебаты (благодаря СМИ). Самое важное, однако, состоит в том, чтобы добиться единства в стане различных специальностей КАМ, что является жизненно важным условием любого совместного действия. Вопрос не праздный, и гомеопатия здесь оказывается живым примером. От Ганемана до наших дней история гомеопатии являет собой пример такой раздробленности: легче, пожалуй, собрать котов в стадо, чем добиться согласия между гомеопатами. Не беря в расчет гомеопатию в Великобритании, которая, несомненно, страдает от какой-то особо близорукой формы политкорректности, профессия сама по себе фрагментарна. Существуют медицинские гомеопаты, классические гомеопаты, полифармацисты, гомотоксикологи и т. д., все со своими профессиональными организациями и все неспособные достичь согласия в вопросе объединения ради движения вперед. К примеру, после шести лет все более напряженных переговоров, гомеопатические организации Великобритании в итоге бросили попытки достичь минимального единства, необходимого для создания общего реестра, что обеспечило бы хотя бы минимальную прозрачность регулирования. Подобная ситуация сигнализирует, особенно для правительства, о разобщенности и непрофессионализме, и играет непосредственно на руку новым фундаменталистам, облегчая им задачу изоляции и атаки на альтернативные терапии поодиночке. Гомеопаты как группа просто обязаны наконец пробудиться и научиться достигать единства друг с другом и с другими дисциплинами КАМ. И есть обнадеживающие признаки движения в нужном направлении. Во-первых, Великобритания в настоящее время переживает сложный процесс модернизации своей высоко ценимой Национальной службы здравоохранения. Высшие должностные лица осознали, что налицо взрыв интереса к КАМ как в самой службе здравоохранения, так и за ее пределами. Так, подобно КАМ, первичная медицинская помощь все более рассматривается как по сути своей холистическая, нацеленная на пациента, и междисциплинарная служба51. Добавим к этому, что КАМ являются низкотехнологичными и малозатратными, и высшие должностные лица полагают эти методики перекликающимися с основными вопросами правительственной политики в области здравоохранения. Это предполагает Национальную службу здравоохранения, активно ориентированную на сохранение здоровья, и осознанный выбор пациентами подходящих методов КАМ наряду с конвенциональной медициной. Другими словами, политика центрального правительства все больше движется в сторону модели, в которой пациенты "владеют" своим здоровьем и заботой о нем. Таким образом, обходя стороной требования новых фундаменталистов узкоопределенной детерминистской доказательной базы для гомеопатии/КАМ, то, что действительно необходимо политикам для надлежащей интеграции альтернативных методик в систему первичной медицинской помощи, это следующее: 1) доказательства экономической эффективности; 2) большое количество примеров эффективности таких методов в реальной клинической практике; 3) подробная регламентация КАМ; 4) хорошая система клинического управления качеством. Гомеопаты и гомеопатические организации должны незамедлительно обратить на это внимание, особенно на пункты 3 и 4. Во-вторых, опять-таки в Великобритании, гомеопаты все более недовольны официальной вялостью своих профессиональных организаций в свете продолжающихся нападок на гомеопатию в СМИ и медицинской литературе. Была создана организация, названная "Гомеопатия: медицина 21-го века" или ГМВ21 (англ. HMC21. — Прим. перев.), которая просит пациентов, удовлетворенных лечением, подписать декларацию о том, что гомеопатия помогла им52. За очень короткое время с начала этой акции, без какой-либо рекламы, за исключением одного веб-сайта, ГМВ21 уже собрала тысячи подписей по всему миру, дав сигнал к пробуждению всего гомеопатического сообщества Великобритании. В перспективе есть надежда собрать четверть миллиона подписей к середине 2008 года и таким образом достичь критической массы, которая необходима для воздействия общественного мнения на проблему дальнейшего присутствия гомеопатии в системе Национальной службы здравоохранения и бюджетных больниц, которые обеспечивают это присутствие. Недавно это нашло политическое отражение в палате общин Великобритании, когда более 200 депутатов от всех партий подписали предложение о внеочередном заседании по поводу будущего Лондонского Королевского гомеопатического госпиталя, несмотря на критику их действий со стороны скептиков53. ЗАКЛЮЧЕНИЕНепрекращающиеся нападки на гомеопатию/КАМ за "ненаучность", идущие от неофициального объединения ученых, в основном в области биомедицины, и определенной части представителей масс-медиа (называемых вместе новыми фундаменталистами), сами являются ненаучными. Несмотря на свое недостаточное соответствие строго ограниченной версии доказательного дискурса, гомеопатия/КАМ успешно используются на регулярной основе миллионами людей по всему миру. В Великобритании возможности гомеопатии/КАМ внести значительный вклад в систему первичной медицинской помощи в рамках модернизируемой, более холистической Национальной службы здравоохранения возрастут, если эти способы лечения смогут обеспечить доказательства экономической эффективности, большого количества реально работающих примеров подобных методик в действии, подробной регламентации и надлежащей системы обеспечения стандартов клинической практики. Остается только надеяться, что для сообщества гомеопатии/КАМ еще не слишком поздно объединиться: чтобы оживить общественное мнение и чтобы объединенными усилиями воздействовать на правительство и управление фондами Национальной службы здравоохранения для сохранения существующих в рамках здравоохранения услуг гомеопатии/КАМ. Это было бы лучшей возможной критикой новых фундаменталистов и знаменовало бы собой не "конец гомеопатии", на который они надеются, но, как однажды сказал Уинстон Черчилль в другое время и по другому поводу, "конец начала"54. БЛАГОДАРНОСТИЗа помощь в подготовке этой статьи автор выражает глубокую признательность гомеопату Сузе Мебиус и старшему научному сотруднику Вестминстерского университета Джейн Уилкинсон. ПРИМЕЧАНИЯ И ЛИТЕРАТУРА
1 Holmes D, Murray SJ, Perron A, Rail G. Deconstructing the
evidence-based discourse in health sciences: Truth, power, and fascism. Int J Evid Based Healthc
2006; 4:180–186.
|