Как могут малые дозы столь сильно разведенного лекарства, какими их предписывает гомеопатия, обладать еще большей силой?
(Wie können kleine Gaben so sehr verdünnter Arznei, wie die Homöopathie sie vorschreibt, noch Kraft, noch grosse Kraft haben?)


Reine Arzneimittellehre, 6. Th., Arnold, Dresden, 1821 (21827), S. V–XVI

Перевод Зои Дымент (Минск)

Этот вопрос задает не только обычный врач-аллопат, который думает, что даже большие дозы лекарств в его рецептах все еще недостаточно велики, но и новичок в гомеопатии, и так же невежественно.

Сомнение в том, как возможно, чтобы эти лекарства обладали необходимой силой, выглядит само по себе очень глупым, поскольку несомненно видно, что они действуют мощно и явно достигают поставленной цели, и это можно наблюдать ежедневно.

А то, что происходит на самом деле, должно быть по крайней мере возможно!

Но даже когда враждебные насмешники больше не могут отрицать эффект, который они видят собственными глазами, они с помощью ложных аналогий пытаются изобразить то, что на самом деле происходит, если не невозможным, то как минимум забавным.

"Если капля такого сильно разведенного лекарства, — говорят они, — все еще может действовать, то вода Женевского озера, в которую попала капля некоего сильного лекарства, должна проявить такую же целебную силу в каждой из своих капель, и даже бóльшую, потому что в гомеопатических разведениях используется гораздо более высокая пропорция разведенной жидкости".

Ответ на этот вопрос заключается в том, что при приготовлении гомеопатического лекарственного разведения маленькую часть лекарства не просто добавили к огромному количеству нелекарственной жидкости или лишь слегка смешали с ней, как в приведенном ранее сравнении, придуманном, чтобы высмеять дело, но встряхиванием и растиранием обеспечили не только тщательное размешивание смеси, но в то же время — и это самое важное обстоятельство — вызвали настолько огромные до сих пор неизвестные и непостижимые изменения посредством развития и освобождения динамических возможностей лекарственного вещества, используемого подобным образом, что это потрясает.

Однако в приведенном выше бессмысленном сравнении при опускании капли лекарства в такое большое озеро не может быть и речи даже о поверхностном смешивании со всеми частями воды в такой степени, чтобы в каждой части содержалась равная порция капли лекарства.

Нет ни малейшего сомнения в невозможности получения в таком случае однородной смеси.

Даже если мы попытаемся пропитать каплей лекарства умеренно большое количество воды, например, воду в бочке, полностью, всю массу содержащейся в ней воды никогда, ни за какое время и ни при каком воображаемом перемешивании нельзя превратить в однородную смесь, не говоря уже о том, что постоянные внутренние изменения и непрерывное химическое разложение составных частей воды уничтожили бы лекарственную силу капли растительной настойки в течение несколько часов.

Подобным образом центнер муки, взятой как одна целая масса, нельзя смешать без механического приспособления с граном лекарства так равномерно, чтобы каждый гран муки смог получить равную часть лекарственного порошка.

При приготовлении гомеопатических лекарств, напротив (допуская, что они состоят просто из общей смеси, хотя это не так), поскольку только малое количество разводящей жидкости берется за один раз (капля лекарственной настойки встряхивается вместе со 100 каплями алкоголя), возникает соединение и равномерное распределение за несколько секунд.

Однако при способе разведения, практикуемом в гомеопатии, важным оказывается не только равномерное распределение лекарственной капли в пропорционально большом количестве нелекарственной жидкости (о чем не может идти и речи в вышеприведенном абсурдном сравнении), но оказывается — и это имеет бесконечно огромное значение — что при использовании встряхивания и растирания в смеси происходят изменения, которые до такой невероятной степени велики и настолько немыслимо целительны, что развитие духовной силы лекарств до такой высоты посредством многократных и продолжительных растираний и встряхиваний малой порции лекарственного вещества со все бóльшим количеством сухого или жидкого нелекарственного вещества, неопровержимо заслуживает место среди величайших открытий нашего времени.

Мы до сих пор при некоторых обстоятельствах лишь догадывались о физических изменениях и развитии силы, которые происходят при растирании в природном веществе, называемом нами материальным, но никогда не мечтали о необычном воздействии этого способа на развитие и возбуждение динамических сил лекарств.

Развитие физических сил материальных веществ при растирании — исключительно замечательный предмет1.

Только невежественные грубые люди все еще рассматривают материю как мертвую массу, поскольку изнутри ее может быть вызвана невероятная и до сих пор не подозревавшаяся сила.

Все новые открытия такого рода обычно сталкиваются с отрицанием и недоверием со стороны большинства людей, у которых нет должного знакомства ни с физическими явлениями, ни с их причинами, ни способности самостоятельно наблюдать и размышлять об увиденном. Они видят, например, что когда кусок стали сильно и быстро натирают твердым камнем (агатом, кремнем), то в результате этого действия появляется яркий огонь, разлетаются раскаленные добела искры (и поджигают фитиль или трут, на которые они падают), но как мало среди них тех, кто внимательно наблюдал и размышлял о том, что действительно происходит при этом. Все они, или по крайней мере почти все, продолжают бездумно поджигать свой фитиль, и почти никто не понимает, что за чудо, что за великое природное явление перед ними.

Когда искры при этом ударяются с достаточной силой о лист белой бумаги, обычно мы можем видеть либо невооруженным глазом, либо с помощью линзы маленькие стальные шарики, лежащие на бумаге, которые покинули сплавленное состояние и отделились от поверхности стали благодаря продуманному удару-трению кремнем, и упали в раскаленном состоянии как маленькие огненные шары в виде искр на бумагу, где и охладились.

Как может сильное трение кремня и стали (при разжигании огня) вызвать такую степень нагрева, чтобы расплавить сталь и превратить ее в маленькие шарики? Разве не требуется по крайней мере температура в 3000° F (примерно 1650° С. — Прим. перев.), чтобы расплавить сталь?

Откуда возникает эта огромная температура? Не из воздуха, потому что это явление происходит также в вакууме воздушного насоса! Поэтому она должна возникать из-за веществ, которые терлись друг о друга, что и является фактом.

Однако действительно ли обычный человек считает, что холодное огниво, которое он бездумно достает из кармана, чтобы зажечь свой трут, содержит спрятанный внутри его (в скрытом, ограниченном, неразвитом состоянии) неисчерпаемый запас тепла, который развивается только вследствие удара и словно просыпается к активной деятельности? Нет, он не верит в это, он никогда не размышлял и никогда не станет размышлять об этом явлении природы. И все же это так. И все же его огниво, холодное в покое, содержит, верит он в это или нет, неисчерпаемый запас тепла, который может быть высвобожден только при трении. Я повторяю, неисчерпаемый запас тепла, который не вычисляется с помощью цифр в руках какого-либо из этих арифметиков, которые стремятся ограничить природу и презирают ее, применяя свои таблицы умножения к природным явлениям, имеющим неограниченную силу. Великий естествоиспытатель граф Румфорд2 учит нас, как нагревать наши комнаты исключительно с помощью быстрого движения двух пластин металла, трения между ними, без использования какого-либо обычного горючего материала вообще. Никаких дополнительных доказательств не требуется, чтобы убедить мыслящего человека в том, что природные тела, и особенно металлы, содержат неисчерпаемый скрытый запас тепла, который, однако, вызывается к жизни только посредством трения.

Эффект трения настолько велик, что не только физические свойства, такие как тепло, запах3 и проч. пробуждаются им к жизни и им развиваются, но таким же образом развиваются до невероятной степени и динамические лекарственные силы естественных веществ — факт, который до сих пор не наблюдался. Основатель гомеопатической системы был первым, кто сделал великое, необыкновенное открытие, что свойства необработанных лекарственных веществ приобретают, если последние в жидком виде — за счет повторного встряхивания с нелекарственными жидкостями, а если они в сухом виде — в результате продолжительного растирания с нелекарственными порошками, такое усиление лекарственной силы, что если эти процессы продолжаются долго, то даже вещества, в которых в необработанном виде никакая лекарственная сила не наблюдалась на протяжении веков, при этой манипуляции показывают способность действовать на здоровье человека, что весьма поразительно.

Так, чистое золото, серебро и платина не действуют на здоровье человека в своем твердом состоянии, и аналогичным образом обстоит дело с растительным углем в необработанном состоянии. Несколько гран золотого листа, серебряного листа или древесного угля могут быть приняты самым чувствительным человеком, и он не почувствует какого-либо лекарственного действия. Все эти вещества предстают перед нами в состоянии отсутствующих жизненных функций относительно лекарственного действия. Но если гран золотого листа тщательно растирается в течение часа в фарфоровой ступке с сотней гранов молочного сахара, полученный порошок (первая тритурация) обладает значительным количеством лекарственной силы. Если гран этого порошка растирается так же сильно и так же долго с другой сотней гранов молочного сахара, препарат достигает гораздо большей лекарственной силы, и если этот процесс будет продолжен, и гран предыдущей тритурации будет растираться так же сильно и так же долго много раз, каждый раз с гранами нового молочного сахара, после пятнадцати таких разведений квинтиллионное разведение исходного грана золотого листа станет не слабее, но наоборот, оно приобретет самую проникающую, самую большую лекарственную силу среди всех разведений. Один гран последнего (квинтиллионного) разведения, помещенный в маленький чистый пузырек, восстановит психически нездорового человека, постоянно стремящегося к самоубийству, менее чем за час до спокойного состояния ума, любви к жизни и счастья, а также ужаса перед намечавшимся ранее поступком, если человек только раз понюхает содержимое пузырька или положит на язык малое количество этого порошка, не более песчинки4.

Из этого нам становится ясно, что при приготовлении лекарственных веществ с помощью растирания чем дольше идет процесс, тем более развивается сила лекарства и тем более совершенной становится его способность проявлять свою силу, отвечать гомеопатической цели в пропорционально меньших количествах и дозах.

Лекарственные вещества не являются мертвыми массами в обычном смысле этого определения, наоборот, их истинная сущностная природа является только динамически духовной: это чистая сила, которая потенциально может быть возвышена почти до бесконечности с помощью чудесного процесса растираниявстряхивания) в соответствии с гомеопатическим методом.

Точно так же сила жидких лекарств не становится меньше при дальнейшем последовательном разведении, но всегда она становится более мощной и проникающей. Для гомеопатических целей это разведение выполняют путем встряхивания капли лекарства с сотней капель нелекарственной жидкости; из бутылки, таким образом встряхнутой, берется капля и так же встряхивается с еще сотней капель жидкости, и так далее. Этот результат, непонятный человеку, ориентирующемуся на цифры, заходит так далеко при длительном продолжении процесса, что мы должны установить границы процесса встряхивания, чтобы степень разведения не стала чрезмерной и не нарушила равновесие своей мощью, ибо очень высокое разведение может быть слишком активным. Если мы хотим, например, развести каплю сока росянки5 до дециллионного разведения, но встряхиваем сильно каждую бутылку с помощью двадцати или более встряхиваний, держа ее в крепкой руке, то в таком случае лекарство, которое я определил как специфическое средство при ужасной эпидемии коклюша у детей, станет настолько мощным в пятнадцатом разведении (одухотворение), что капля его в чайной ложке воды подвергнет опасности жизнь ребенка, тогда как если каждую бутылочку встряхнуть только дважды (два взмаха руки), и приготовить таким образом все разведения, включая децилионное, сахарная глобула, имеющая размер макового зернышка, увлажненная последним разведением, вылечит эту страшную болезнь. Потребуется лишь разовая доза его, и здоровье ребенка не подвергнется опасности ни в малейшей степени6.

Но эти гомеопатические лекарственные разведения (жаль, что нет более подходящего слова ни в одном языке для выражения того, как идет процесс, потому что об этом феномене прежде не было ничего известно) далеки от того, чтобы снижать лекарственную силу этого грана или капли необработанного лекарственного вещества, когда цифры показывают экстремальные разведения, и напротив, опыт свидетельствует о том, что они являются скорее настоящим возвышением лекарственной силы, настоящим одухотворением динамического свойства, истинным, удивительным раскрытием и оживлением лекарственного духа.

Но есть разные причины, по которым скептик высмеивает эти гомеопатические разведения. Во-первых, потому что он не знает, что с помощью таких растираний внутренняя лекарственная сила чудесно развивается и как бы освобождается от своих материальных связей, чтобы иметь возможность действовать на человеческий организм более проникающее и более свободно; во-вторых, потому что его чисто арифметический ум полагает, что он видит здесь только пример ненормального разведения, просто материальное разделение и уменьшение, при котором каждая часть должна быть меньше целого, как знает каждый ребенок; но он не замечает, что в этих одухотворениях внутренней лекарственной силы материальный сосуд, содержащий эти природные силы, ощутимое весомое вещество, вообще не должно приниматься во внимание; в-третьих, поскольку скептик не имеет опыта относительно действия препаратов такой великой лекарственной силы.

Если тот, кто притворяется искателем истины, не будет искать ее там, где ее следует искать, а именно в опыте, он наверняка не обнаружит ее; он никогда не найдет ее с помощью арифметических вычислений.


Примечания

1 Дальнейший текст появился в 1825 году в Allg. Anz. d. D. No. 194 и был ответом корреспонденту этого журнала, который попытался показать ничтожность гомеопатии с помощью некоторых таких расчетов, относящихся к малости дозы, что по сей день составляет стереотипные аргументы противников системы. В "Чистой Материи медике" это было сокращено, и я восстановил оригинальный текст. — Прим. Р. Даджена.
2 Трактат графа Рамфорда о теплоте находится в первом разделе 4-го тома его трудов, которые были опубликованы в веймарском Industriс-Сomptoir.
3 Рог, слоновая кость, кости, известковый камень, пропитанный нефтью, и проч. сами не пахнут, но когда они превращены в порошок или натираются, то приобретают запах, причем чрезвычайно зловонный, поэтому последнее упомянутое вещество получило название вонючего камня, хотя без натирания он не имеет запаха.
4 В связи с этим предметом позволю себе привести несколько пунктов, касающихся вопроса о дозе золота. Прежде всего мы узнаём из четвертой части "Чистой Материи медики" и "Хронических болезней", что это вещество прошло прувинг на здоровых индивидах в первой тритурации (растирании) в дозах от 100 до 200 гранов (от одного до двух гранов чистого золота). Затем, в отношении доз, назначаемых при болезни, мы находим во введении к золоту во втором издании обеих этих работ, опубликованных соответственно в 1825 и 1835 годах, (вероятно, повторение того, что появилось в 1-м издании "Чистой Материи медики", опубликованном примерно в 1820 году), что Ганеман вылечил нескольких (mehre) индивидов, страдающих от суицидальной меланхолии, с использованием от 3/100 до 9/100 грана золота для всего лечения. Он упоминает там же, что обнаружил, что меньшее количество, а именно 1/10 000 часть грана золота, не менее мощное средство, особенно при кариесе носовых и нёбных костей из-за ртути. В эссе, являющемся источником данного перевода (опубликованном в 1825 году), он пишет, что квинтиллионное (15-е разведение) было тем препаратом, который он обычно использовал; в том же эссе, которое затем появилось в 6-й части "Чистой Материи медики" (опубликованном в 1827 г.) и во введении к золоту в "Чистой Материи медике" (опубликованной в 1825 году) он рекомендует дозу величиной в квадриллионную часть грана (12-е разведение). В "Хронических болезнях" (публикация 1835 года) он, конечно же, во всех случаях советует дециллионное (30-е разведение). Однако в своей практике Ганеман использовал разные дозы в разные периоды. В 1820-м году — 1-е или 2-е разведение, в 1825 году — 12-е или 15-е разведение, в 1827 году — 12-е, в 1835 году — 80-е. — Прим. Р. Даджена.
5 Drosera rotundifolia — растение, которое во всех своих различных видах растет на влажной луговой почве и очень вредно для овец.
6 В версии этого отрывка в "Чистой Материи медике" дециллионное разведение, приготовляемое с двадцатью встряхиваниями каждой бутылки, рассматривается как угрожающее жизни пациента с коклюшем, и из-за этого обстоятельства и того факта, что не утверждается, что такое разведение угрожало жизни любого пациента, но только что может угрожать ему, мы, я думаю, делаем обоснованный вывод, что Ганеман в действительности не наблюдал такого случая, но просто предполагал, что это может случиться, потому что к такому выводу вела его теория увеличения потенции гомеопатического лекарства в результате процесса растирания и встряхивания. — Прим. Р. Даджена.