Органон врачебного искусства (6-е изд.)
Примечания

§ 30

1 Кратковременность действия искусственных болезнетворных сил, которые мы называем лекарствами, несмотря на их большую силу, делает возможным более быстрое их преодоление жизненной силой по сравнению с менее сильными естественными заболеваниями. Последние, благодаря только лишь своей длительности, обычно равной продолжительности жизни (псора, сифилис, сикоз) никогда не могут быть побеждены и изгнаны одной жизненной силой, пока врач не подействует на последнюю более сильным, но очень сходным агентом, гомеопатическим лекарством. Излечения многолетних болезней (§ 46) присоединением оспы или кори (каждая из которых совершает цикл развития всего за несколько недель) являются очень близкими по своей сущности событиями.

§ 31

1 Когда я называю болезни расстройством в состоянии здоровья человека, я далек от стремления дать тем самым сверхфизическое объяснение внутренней природы как болезней вообще, так и каждого частного заболевания. Я хотел лишь отметить, что, как это можно доказать, болезни не являются и не могут быть механическими или химическими повреждениями материальных субстанций тела и не зависят от материального болезнетворного вещества, но являются лишь духовным динамическим расстройством жизни.

§ 33

1 Подтверждением этого служит следующий поразительный факт. До 1801 года гладкая скарлатина Сиденгама, периодически распространявшаяся эпидемиями среди детей, поражала каждый раз без исключения всех детей, которым удалось избежать заражения в предыдущую эпидемию. Во время сходной эпидемии, очевидцем которой я был в Кенигслюттере, напротив, все дети, своевременно принявшие небольшую дозу белладоны, избежали поражения этим крайне заразным детским заболеванием. Если лекарства могут предохранять от заболевания, свирепствующего вокруг, то это означает, что они обладают существенно более мощным воздействием на жизненную силу.

§ 36

1 "Mémoires et Observations", Description de l'Egypte, I.

§ 37

1 При лечении заболевания сильнодействующими аллопатическими лекарствами вместо него возникнут новые, еще более трудно поддающиеся лечению и опасные для жизни.

§ 38

1 Obs., lib. i. obs. 8.

2 В Hufeland's Journal, XV, 2.

3 Шевалье, в "Neusten Annalen der französischen Heilkunde" Гуфеланда, ii, стр. 192.

4 Mania phthisi superveniens eam cum omnibus suis phaenomenis auffert, verum mox redit phthisis et occidit, abeunte mania, Reil Memorab. fasc. iii. v, стр. 171.

5 В Edinb. Med. Comment., pt. i, 1.

6 Джон Хантер, "О венерических болезнях", стр. 5.

7 Рейни, в Edinb. Med. Comment., iii, p. 480.

8 Очень точно описанная Вайтерингом и Пленцизом, но значительно отличающаяся от пурпуры и часто ошибочно называемая скарлатиной. Только в последние годы эти два заболевания, значительно различавшиеся ранее, стали напоминать друг друга по своим симптомам.

9 Дженнер, в Medicinishe Annalen. Aug. 1800, p. 747.

10 В Journal der praktischen Arzneikunde Гуфеланда, XX, 3. p. 50.

11 Loc. cit.

§ 39

1 Obs. phys. med., lib. il. obs 30.

§ 40

1 В результате тщательных экспериментов и анализа случаев излечения сложных заболеваний я пришел к твердому убеждению в том, что не может быть истинного объединения двух болезней, но что в таких случаях одно заболевание существует в организме рядом с другим, каждое в наиболее соответствующем ему месте, и полное излечение будет достигнуто при благоразумном чередовании лучших меркуриальных препаратов с лекарствами, специфичными для псоры, при назначении каждого из них в наиболее приемлемых формах и дозах.

2 Vide Transactions of a Society for the Improvement of Med. et Chir. Knowledge, ii.

3 В Edinb. Med. Comment, iii. p. 480.

4 В Med. and Phys. Journ., 1805

5 Opera, ii. p. I, cap 10

6 В Hufeland's Journal, XVII.

§ 41

1 Поскольку ртуть, наряду с болезненными симптомами, благодаря подобию которых она может гомеопатически излечивать венерическое заболевание, имеет среди своих эффектов много других, несходных с симптомами сифилиса, как например, опухание и изъязвление костей, которые при назначении ртути в больших дозах вызывают новые заболевания и разрушают тело, особенно если случай, как это часто бывает, осложнен псорой.

§ 45

1 Точно так же, как образ пламени лампы быстро исчезает с нашей сетчатки под более сильным воздействием солнечного луча, попавшего в глаз.

§ 46

1 Traité de l'inoculatlon, p. 189.

2 Heilkunde für Mutter, p. 384.

3 Interpres clinicus, p. 293.

4 Neue Heilart der Kinderpocken, Ulm, 1769, p. 68 и Specimen obs. n. 18

5 Op. cit.

6 Nov. Act. Nat. cur., vol. I, obs. 22.

7 Nachricht von dem Krankeninstitut zu Erlangen, 1783.

8 Этим, кажется, можно объяснить тот замечательный факт, что после повсеместного распространения вакцинации коровьей оспой по Дженнеру, человеческая натуральная оспа перестала проявляться так же широко, как 40-45 лет назад, когда в городе, перенесшем эту гибельную эпидемию, погибала половина или даже три четверти детей.

9 Виллиан, Über die Kuhpockenimpfung, aus dem Engl., mit Zusätzen G. P. Muhry, Göttingen, 1808.

10 Особенно Клавир, Хюрель и Дезморме в Bulletin des sciences médicales, publié par left membres du comité central de la Soc. de Médecine du Departament de I'Eure, 1808; а также в Journal de médicine centinué, vol. XV, p. 206.

11 Балхорн в Hufeland's Journal, 10, ii.

12 Стевенсон, в "Annals of Medicine" Дункана, lustr. 2. vol. i (pt) 2, № 9.

13 В Hufeland's Journal, XXIII.

14 О венерических болезнях, ч. 4.

15 Куллен, "Элементы практической медицины", ч. 2. 1, 3, гл. VII.

16 Или по крайней мере этот симптом устранялся.

17 В Hufeland's Journal, XX, 3. р. 50.

18 Pay, Über d. Werth. des hom. Heilv., Heidelb., 1824, p. 85.

§ 50

1 И экзантематозный заразный принцип, присутствующий в лимфе коровьей оспы.

2 А именно оспа и корь.

§ 54

1 Как будто при утверждении науки, основанной на наблюдении природы, чистом эксперименте и опыте, могут иметь место пустые спекуляции и схоластическая похвальба.

2 До самого недавнего времени никто не мог признать динамического действия (примечание к § 11) болезнетворных агентов, каким является действие лекарств на жизнь животного организма. Поэтому полагали, что лечению при болезнях подлежит нечто материальное, что следует удалить из организма.

3 Переполняет меру самолюбования смешение (очень научное) множества различных лекарств в так называемых прописях и назначение их часто и большими дозами, отдающее драгоценную и ранимую человеческую жизнь в руки этих извращающих медицину врачей. Все это особенно верно в отношении выпускников, венесекций, рвотных, слабительных, пластырей, фонтанелей и прижиганий.

§ 56

1 Третий способ использования лекарств при болезнях пытались разработать при помощи изопатии, то есть метода лечения болезней теми же патогенными агентами, которые их вызывают. Даже если и удавалось найти такой патогенный агент, то вследствие назначения его в высокопотенцированном виде и, следовательно, в измененном состоянии, излечение достигалось только противопоставлением подобного подобному.

Попытки излечения теми же самыми болезнетворными агентами (per idem) противоречат здравому смыслу и всему опыту человечества. Первые исследователи Изопатии думали, вероятно, о той пользе, которую принесли человечеству прививки коровьей оспы, предохраняющие вакцинированных от последующего заболевания натуральной оспой и излечивающие ее заранее. Однако коровья оспа и оспа натуральная являются лишь подобными заболеваниями и ни в коем случае одной и той же болезнью. Они различаются по многим характеристикам, а именно более быстрым и мягким течением коровьей оспы, и особенно тем, что она никогда не может быть передана другому человеку только лишь вследствие его нахождения вблизи больного. Всеобщая вакцинация положила конец ужасным и страшным эпидемиям натуральной оспы, и это ее благородное действие выражено настолько сильно, что нынешнее поколение полностью утратило представление о прежних повальных эпидемиях.

Более того, несомненно, что если и далее следовать тем же путем, то при некоторых специфических заболеваниях животных, очень сходных с некоторыми важнейшими человеческими болезнями, можно будет выделить лекарственные вещества для последних, и тем самым счастливо увеличить арсенал гомеопатических средств.

Но использование человеческого патогенного агента (псоринум, получаемый от чесоточного больного) против той же самой человеческой чесотки или ее последствий является — ? Ничего не может получиться из этого, кроме новых бед и утяжеления болезни.

§ 58

1 Несмотря на то, что врачи до сих пор слишком мало значения придавали тщательным наблюдениям, обострения, столь неизбежно следовавшие за паллиативным лечением, не могли ускользнуть и остаться незамеченными. Поразительный пример этого мы можем обнаружить у Дж. Г. Шульца в его Diss. qua corporis humani momentanearum alterationum specimena quoedam expenduntur, Гале, 1741, § 28. Виллис отмечает нечто подобное (Pharm. rat., § 7, cap. I, р. 298): "Opiata dolores atroscissimos plerumque sedant atque indolentiam-procurant, camque — aliquamdiu et pro stato quodam tempore continuant, quo spatio elapso dolores mох recrudescunt et brevi ad solitam ferociam augentur".

А также на странице 295: "Exactis opii viribus illico redeunt tormina, nec atrocitatem suam remittunt, nisi dum ab, codem pharmaco rusus incantuntur". Сходным образом Дж. Хантер ("О венерических болезнях", стр. 13) пишет, что вино и сердечные стимуляторы при назначении их ослабленному больному усиливают деятельность сердца, не сообщая ему, однако истинной силы, так что энергия тела тает пропорционально интенсивности возбуждающего воздействия; ничто не достигается при таком лечении, а слишком многое может быть утрачено.

§ 59

1 Vide Введение.

2 Vide Гуфеланд, памфлет die Homöopatie, стр. 20.

§ 60

1 Все обычные паллиативные средства, назначаемые больным в связи с теми или иными страданиями, всегда имеют в качестве своего последствия (как это видно из приведенных примеров) усиление тех же самых страданий, и старые врачи вынуждены были поэтому назначать свои паллиативные средства в возрастающих дозах, чтобы достигнуть облегчения, хотя бы отдаленно напоминающею начальное, но оно никогда не было сколько нибудь длительным и достаточным для предотвращения еще более острого рецидива болезни. Однако Бруссо, еще двадцатью пятью годами ранее, выступал против безрассудного смешивания разнородных веществ в одном рецепте и тем самым положил конец господству этой практики во Франции (за что ему благодарно человечество), ввел так называемую физиологическую систему (не принимая во внимание уже существовавший в то время гомеопатический метод лечения), метод лечения, направленный на постепенное уменьшение выраженности и окончательное искоренение страданий, применимый ко всем болезням человечества, но неосуществимый при помощи имевшихся в то время в арсенале врача паллиативных средств.

Будучи не в состоянии вылечить заболевание при помощи мягких (щадящих) и безвредных лекарств, Бруссо нашел более легкий способ свести до минимума страдания больных ценой их жизненных сил, и, в конце концов, самой жизни — метод лечения, который, увы, казался его современникам приемлемым. Болезни проявляются тем ярче, и боли тем интенсивнее, чем больше сил сумел сохранить пациент в ходе заболевания. Он стонет, жалуется, кричит и взывает о помощи все громче и громче, так что врач, как бы он не торопился оказать помощь, не может подать ее достаточно быстро. Бруссо было нужно лишь подавить жизненную силу, постепенно уменьшить ее во все большей и большей степени, и вот пациент подвергался новым и новым кровопусканиям, все большее число пиявок и кровососных банок высасывало его жизненные соки (поскольку неповинную в страданиях больного и невосполнимую кровь считали основной виновницей почти всех болезней). В той же пропорции пациент утрачивал и силы для восприятия боли или выражения жестами или интенсивными жалобами признаков ухудшения своего состояния. Больной затихал по мере ослабления его сил; окружающие расценивали это как свидетельство улучшения состояния и готовились повторить те же меры при возобновлении страданий — спазмов, удушья, страхов или боли — поскольку раньше им удавалось так замечательно успокоить больного и дать надежду на скорое облегчение. При длительных заболеваниях, когда больному удавалось сохранить сколько-нибудь сил, его лишали еды, сажали на "голодную диету", для того, чтобы тем самым еще успешнее подавить жизненные силы, и вместе с ними и беспокойство. Ослабленный пациент уже не имел сил протестовать против дальнейшего использования пиявок, нарывных пластырей, теплых ванн и тому подобных средств. Смерть после всех этих часто повторяемых истощающих жизненную энергию мер должна была следовать незаметно для больного, уже лишенного сознания, и родственники, ослепленные облегчением последних страданий кровопусканиями и теплыми ваннами, не могли осознать ее наступление и бывали крайне поражены, когда больной тихо отходил к вечному сну.

"Но знает Бог: лечение больного на его ложе болезни не было жестоким, поскольку укол небольшого ланцета практически безболезнен, раствор гуммиарабика (воды де Журме, практически единственного лекарства, которое применял Бруссо) был мягкого вкуса и не оказывал сколько нибудь заметного действия, укусы пиявок незначительны, кровопускания выполнялись врачом тихо и незаметно, теплые ванны могли оказать только лишь успокоительное действие, а, следовательно, сама болезнь уже с самого начала носила фатальный характер, так что, несмотря на все усилия врача, больному уже было предназначено оставить грешную землю". Примерно этими словами утешали друг друга родственники и, особенно, наследники дорогого усопшего.

Врачи в Европе и во всем свете принимали это удобное лечение всех болезней согласно единому правилу, поскольку оно избавляло от необходимости думать (самой тяжелой работы под солнцем). Они должны были заботиться лишь о том, чтобы смягчить уколы совести и успокоить себя тем, что не они разработали эту систему, и что тысячи других последователей Бруссо делают то же самое, и вообще, как учил их метр, "все на свете смертны". Каким образом многие тысячи врачей были, к несчастью, сбиты с истинного пути и занимались тем, что проливали (с холодными сердцами) потоки теплой крови своих больных, еще способных излечиться, и постепенно, следуя методу Бруссо, лишили жизни миллионы людей, число которых значительно превысило количество павших в наполеоновских войнах. Была ли воля Божья на то, чтобы система Бруссо, разрушившая медицинскими средствами жизни излечимых еще пациентов, предварила появление гомеопатии, и открыла тем самым всему свету глаза на единственно верную науку и искусство лечения, гомеопатию, при помощи которой все излечимые пациенты обретают здоровье и новую жизнь, если это труднейшее из всех искусств применяется неутомимым наблюдательным врачом безупречно и добросовестно?

§ 67

1 Только в самых неотложных случаях, когда угроза жизни и надвигающаяся смерть не оставляют времени для проявления действия гомеопатического средства — не только часов, но даже и четверти часа или нескольких минут, при внезапных несчастных случаях со здоровыми до этого людьми — например, при асфиксии и замирании жизни вследствие удара молнии, удушения, обморожения или утопления и т. д. — допустимо и разумно во всех подобных случаях в качестве предварительной меры стимулировать раздражимость и чувствительность (физическую жизнь) при помощи паллиативных средств, несильными электрическими ударами, например, или клистирами с крепким кофе, стимулирующими запахами или теплыми обертывающими с постепенным повышением температуры и т. д. Как только проявится эффект этих стимулирующих мер, тотчас, как и раньше, начнется здоровая деятельность жизненных органов, поскольку уже не будет заболевания, подлежащего излечению*, а останется лишь некое ослабление проявлений здоровой жизненной силы. К упомянутой категории средств принадлежат различные антидоты, применяемые при отравлениях: щелочи для минеральных кислот, серная печень для металлов; кофе и камфара (и ипекакуана) для опиума и т. д.

Нельзя делать выбор об ошибочности выбора гомеопатического средства только лишь на основании того, что некоторые его лекарственные симптомы антипатичны некоторым слабо выраженным и наименее важным симптомам болезни. Достаточно того, чтобы другие, более сильные, ярко выраженные (характерные) и специфические симптомы болезни покрывались тем же лекарством и соответствовали ему на основании подобия симптомов. Иными словами, чтобы болезненные симптомы преодолевались, уничтожались и исчезали. Несколько противоположных симптомов также исчезнут при этом сами собой по окончании срока действия лекарства и не будут оттягивать исцеление.

*Тем не менее новая секта, смешивающая обе системы, призывает (хотя и тщетно) обратить внимание на это наблюдение, с тем чтобы оправдать попытки отыскивать упомянутое исключение повсеместно и сделать его общим правилом для всех болезней, чтобы оправдать удобное для них использование аллопатических паллиативных средств, а вместе с ними и всей прочей аллопатической дряни. Все это им нужно только для того, чтобы избавить себя от забот и труда, связанного с поиском подходящего гомеопатического средства для каждого случая болезни и получить возможность без хлопот именовать себя гомеопатами, не являясь таковыми на самом деле. Но их искусство скомпрометировано, оно не отличается от действий взятой ими за образец системы.

§ 69

1 В живом человеческом существе невозможно добиться никакой нейтрализации противоположных и антагонистических ощущений наподобие того, как это имеет место в химической лаборатории с веществами противоположных свойств, когда, например, серная кислота и калий образуют при смешении совершенно иное вещество, нейтральную соль, не являющуюся уже ни кислотой, ни щелочью, и не разлагающуюся даже при нагревании. Такое смешивание и тщательное комбинирование с целью создать нечто абсолютно центральное и инертное, как уже было сказано, никогда не увенчаются успехом из-за динамического характера воздействий, производимых антагонистическими сущностями на наши воспринимающие органы. В таких случаях происходит только подобие нейтрализации и взаимного устранения, да и то лишь в первое время, поскольку антагонистические ощущения не могут окончательно устранить друг друга. Слезы скорбящих лишь на короткое время можно высушить комичными представлениями; шутки вскоре забываются, и слезы текут с новой силой.

2 Это ясное положение понималось и неверно, и многие утверждали, что паллиативное средство при его вторичном действии, подобном симптомам имеющей место болезни, способно излечивать заболевание так же успешно, как и гомеопатическое средство при его первичном действии. Они, однако, не учитывали того, что вторичное действие обусловлено не лекарством, но только антагонистически действующей жизненной силой организма, и что поэтому вторичное действие, обусловленное реакцией жизненной силы на применение паллиативного средства, является состоянием, близким симптомам заболевания, которое паллиативное средство оставляет неискорененным и которое еще больше усиливается благодаря реакции жизненной силы на паллиативное средство.

3 Точно так же, как пленник в темном подземелье, с трудом различающий близкие к нему предметы, под действием алкоголя вдруг увидит камеру освещенной самым утешительным для бедняги образом, но как только действие алкоголя закончится, он снова погрузится во мрак ночи, которая окутает его тем плотнее, чем ярче была предшествовавшая ей вспышка, и тем труднее будет ему различать окружающие его предметы.

§ 73

1 Гомеопат, не принимающий предвзятых выводов обычной школы (выбравший несколько наименований подобных лихорадок, помимо которых могущественная природа словно для того, чтобы позволить представителям старой школы лечить эти болезни неким неизменным методом), не признает также и наименований рецидивирующей лихорадки, желчной лихорадки, тифозной лихорадки, гнилостной лихорадки, нервной лихорадки или слизистой лихорадки, но лечит каждую из них в соответствии с ее особенностями.

2 После 1801 года одна из разновидностей purpura miliaris, пришедшая к нам с Запада, была ошибочно принята врачами за скарлатину, несмотря на то, что симптомы их были абсолютно различны, что профилактическим и лечебным средством для последней была белладонна, а для первой — аконит, и что первое заболевание было, как правило, спорадическим, а второе неизменно эпидемическим. В последующие годы казалось, что две болезни, соединившись вместе, образовали сыпную лихорадку особого рода, для которой ни первое, ни второе средство не могло быть истинно гомеопатическим.

§ 74

1 Единственно возможный случай плеторы можно видеть на примере здоровой женщины за несколько дней до наступления месячных, когда она проявляется ощущением определенной полноты в матке и грудях без каких-либо признаков воспаления.

2 Среди всех методов лечения болезней, которые может представить нам наше воображение, не найдется более аллопатического, иррационального и наименее пригодного, чем истощающее лечение Бруссе при помощи венесекций и голодной диеты, которое за многие годы распространилось на большей части земного шара. Ни один разумный человек не увидит никакой пользы в этом методе, в то время как истинные лекарства, даже при выборе и назначении их вслепую, могут иногда, благодаря тому, что случайно окажутся гомеопатичными конкретному случаю болезни, принести пользу. От венесекции же здравомыслящий человек не может ждать ничего, кроме уменьшения жизненных сил и укорочения жизни. Прискорбным и совершенно беспочвенным является вводящее в заблуждение утверждение, что все болезни обусловлены, на самом деле, местным воспалением. Даже при подлинном местном воспалении наиболее верным и быстрым лечением будет назначение лекарств, способных динамически и без малейшей потери жидкостей и сил устранить артериальное раздражение, служащее основой воспалительного процесса. Местные кровопускания, даже из пораженных частей, могут только усилить уже имеющееся воспаление. И точно так же всегда неподходящим болезни и всегда убийственным является кровопускание из вен, при воспалительных лихорадках, многих фунтов крови, в то время как несколько подходящих лекарств устранят это возбужденное состояние артерий, вызывающее бурное течение спокойной до того крови, за несколько часов и без потери жизненных соков и сил. Столь значительная кровопотеря, очевидно, останется невосполненной за оставшуюся часть жизни, поскольку органы, предназначенные Создателем для кроветворения, будут слишком ослаблены упомянутыми процедурами, и даже если и смогут произвести необходимое количество крови, то качество ее уже не будет прежним. Сколь невероятным поэтому должно быть это замечательно быстрое развитие воображаемой плеторы и насколько неестественным — ее устранение частыми кровопусканиями, назначаемыми, несмотря на то, что еще час назад пульс этого возбужденного пациента (до развития стадий жара и озноба) был ровен и спокоен. Ни один человек, ни один больной не имеет слишком большого количества крови или слишком много сил. Напротив, каждый больной теряет силы, иначе бы жизненная энергия предотвратила развитие болезни. Поэтому бессмысленно и жестоко усугублять истощение больного при помощи самого мощного средства ослабления жизненной энергии, какое только можно вообразить. Это убийственная и вредная практика, бессмысленно и жестоко основанная на совершенно беспочвенных и абсурдных предположениях. Вместо этого необходимо стремиться к изгнанию болезни, которая всегда является динамической и может быть устранена динамическим воздействием.

§ 76

1 Если больной в конце концов погибает, то врач, использующий такое лечение, обычно на посмертном вскрытии демонстрирует скорбящим родственникам те внутренние органические изменения, которые сформировались благодаря его псевдоискусству, но которые он искусно выдает за признаки исходного неизлечимого заболевания (см. мою книгу "Die Alloopathie, ein Wort der Warnung an Kranke jeder Art". Leipzig, bei Baumgartner (переведено на английский язык в книге "Малые сочинения"). Эти ложные записи, иллюстрированные труды по патологической анатомии, являются результатом такой жалкой и неумелой работы. Скончавшиеся больные из крестьян и из бедных слоев городского населения, умершие без помощи неумелых врачей с их вредными методами лечения, как правило, не подвергаются патологоанатомическому вскрытию. Подобные искажения и деформации не были бы обнаружены в их телах. Этот факт позволяет понять истинную цену наглядного представления о болезни, получаемого благодаря прекрасным иллюстрациям, а также честности авторов и составителей подобных книг.

§ 78

1 В годы цветущей юности и с началом регулярных менструаций, особенно при образе жизни, благоприятном для души, сердца и тела, они остаются и течение долгих лет нераспознанными. Пораженные привлекают родственников и знакомых совершенным здоровьем и болезнь, полученная при инфицировании или унаследованная от родителей, кажется совершенно исчезнувшей. Но в дальнейшем, после влияния неблагоприятных событий и жизненных обстоятельств, они неизбежно прояснятся заново, а их развитие будет тем более быстрым а характер тем более серьезным, чем значительнее окажутся нарушения жизненного принципа под действием ослабляющих страстей, тревог и забот, и, особенно, неуместного медицинского лечения.

§ 80

1 Я провел двенадцать лет в исследовании источника этих невероятно многочисленных хронических болезней, в выяснении и подтверждении достоверными фактами великой истины, оставшейся неизвестной для прежних и современных исследователей, и в то же время на поиск оспенных (противопсорных) средств, которые все вместе являются почти равным соперником тысячеглавому монстру болезни в его различных вариантах и формах. Я опубликовал наблюдения по этому поводу в книге, озаглавленной "Хронические болезни" (4 тома, Drezden, Arnold, 2-ое издание, Düsseldorf, Schaub). До того, как я обрел это знание, я мог учить лишь тому, как лечить все бесчисленные хронические болезни как изолированные, обособленные заболевания при помощи тех лекарственных веществ, которые к тому времени уже были испытаны на здоровых людях. Поэтому каждый случай хронического заболевания лечился моими последователями в соответствии с совокупностью его симптомов как идиопатическое заболевание. Нередко они достигали при этом замечательных результатов, и страждущее человечество было обрадовано неиссякаемой сокровищницей лекарственных средств, собранной новым лечебным искусством. Теперь же повод для радости стал гораздо существенней, поскольку мы заметно приблизились к желанной цели, и связано это с появлением недавно открытых и гораздо более специфических гомеопатических средств, предназначенных дли лечения хронических поражений, обусловленных псорой (более точно они называются противопсорными средствами), опубликованием в печати инструкции по их изготовлению и применению. Из этих средств истинные врачи могут теперь выбрать целебные вещества, лекарственные симптомы которых соответствуют наиболее подобным (гомеопатическим) образом хроническому заболеванию, подлежащему излечению. Таким образом, применяя (противопсорные) лекарства, более подходящие этому миазму, врач оказывается в состоянии оказать более существенную помощь и почти всегда добиться совершенного излечения.

§ 81

1 Некоторые из этих причин, оказывающих модифицирующее влияние на переход псоры в хронические заболевания, определяются иногда климатом или специфическими физическими характеристиками местожительства, иногда слишком разнообразными в юности упражнениями для ума и тела, которыми могли как пренебрегать в качестве второстепенных, так и заниматься ими в избытке, иногда же чрезмерным трудом или крайностями таких жизненных обстоятельств как режим и диета, страсти, нравы, самые разные привычки и обычаи.

2 Как много содержат эти труды неточных и двусмысленных названий, каждое из которых объединяет совершенно разнородные патологические состояния, часто напоминающие друг друга лишь каким-нибудь отдельным симптомом, как, например, болотная лихорадка, желтуха, водянка, чахотка, лейкорея, геморой, ревматизм, апоплексия, судороги, истерия, ипохондрия, меланхолия, мания, свинка, паралич и т. д., которые описываются как заболевания застывшего и неизменного характера и лечатся в соответствии с их названиями по определенному плану! Как может награждение таким именем оправдать неизменность лекарственного лечения? Если же лечение не должно быть одним и тем же во всех случаях, то какая польза в идентичных названиях, определяющих идентичность лечения? "Nihil sane in artem medicam pestiferum magis unquam irrepsit malum, quam generalia quaedam nomina morbis imponere iisque aptare velle generalem quandam medicinem", — говорит Гаксхэм, человек столь же проницательный, сколь и достойный уважения благодаря своей добросовестности (Oр. phys. med., I). И сходным образом Фритце сокрушается (Анналлы, I. стр. 80) из-за того, что "существенно разнородные болезни обозначаются одним и тем же наименованием". Даже те инфекционные болезни, эпидемии которых могут, без сомнения, протекать изолированно, и которые распространяются посредством специфических инфекционных агентов, остающихся пока неизвестными нам, обозначаются старой медицинской школой специальными названиями точно так же, как если бы они были хорошо известными, неизмененными болезнями, всегда протекающими в одной и той же форме, такими, как госпитальная лихорадка, тюремная лихорадка, лагерная лихорадка, гнилостная лихорадка, желчная лихорадка, нервная лихорадка, слизистая лихорадка, хотя каждая эпидемия таких лихорадок всегда проявляется как иное, новое заболевание, которое благодаря особенностям течения, ведущих симптомов и всех своих проявлений, предстает в таком виде, как будто никогда не встречалось ранее. Каждая из них так значительно отличается от всех предыдущих, какие бы наименования они не носили, что разрушает все наши стройные логические представления о том, какие средства следует назначать при этих болезнях, столь сильно различающихся между собой, хотя и описываемых в трудах по патологии под одним названием, и показывают невозможность их лечения и соответственно с этим неверным наименованием. Только беспристрастный Сиденгам понимал это (Obs. med. cap. ii, De morb. epid.) и настаивал на необходимости не расценивать любое эпидемиологическое заболевание как уже бывшее ранее и не лечить его так же, как и другое, исходя при этом лишь из успеха прежнего лечения, поскольку они всегда так многочисленны и так отличаются одно от другого: "Nihil quieqam (opinor) animum universae qua patet medicinae pomoera perlustrantem, tanta admiratione percellet, quam discolor illa et sui plahe dissimilis morborum Epidemicorum facies; nоn tam qua varias ejusdem anni tempestates, quam qua discrepantes diversorum ab invicem annorum cinstitutiones referunt, ab iisque dependent. Quae tam aperta praedictorum morborum diversitas tum propriis ac sibi peculiaribus symptomatic, tum etiam medendi ratione, quam hi ab illis disparem prorsus sibi vendicant satis illucescit. Ex quibus constat morbus hosce, ut ut externa quadantenus specie, er symptomatis aliquot utrisque pariter supervenientibus convenire, paulo incautioribus videantur, re tamen ipsa (si bene adverteris animum), alienae admodum еsse indolis, et distare ut aera lupinis".

Из всего этого ясно, что эти бесполезные и неверные наименования болезней не должны оказывать никакого влияния на работу истинного врача, понимающего, что он должен составлять суждение о болезни и лечить ее не на основании сходства названий и симптомов, а в соответствии с совокупностью признаков особенного состояния каждого индивидуального пациента, и что обязанностью его является тщательное исследование нарушений в состоянии больного, а ни в коем случае не гипотетические предположения о них.

Если же, тем не менее, иногда кажется необходимым употреблять названия болезней для того, чтобы в нескольких словах описать состояние больного языком, понятым для обычных людей, то следует употреблять их как общие наименования и говорить, например, что у больного разновидность пляски св. Витта, разновидность водянки, разновидность сыпного тифа, разновидность болотной лихорадки, но (для того чтобы сразу же пресечь ошибочные суждения, возникающие благодаря таким названиям), мы никогда не должны говорить, что у больного именно пляска св. Витта, именно сыпной тиф, именно водянка, именно малярия, поскольку, безусловно, не существует неизменных застывших болезней с этими и подобными наименованиями.

предыдущая частьПредыдущая часть     Введение    Следующая частьследующая часть