Д-р Лев Бразоль (Санкт-Петербург)

Лев Бразоль

Дженнеризм и пастеризм. Критический очерк научных и эмпирических оснований оспопрививания. Ч. VIII

Харьков, 1885

— 43 —

табаку, которое может убить наповал новичка. Морфиоман или опиофаг переносит такие количества морфия или опия, которые для здорового человека безусловно смертельны. И ткач, и золотарь, и пьяница, курильщик и морфиоман, все они уже "приноровились" к соответствующим раздражителям; их организм "приспособился" к известным патогенным влияниям; они приобрели "иммунитет", "неуязвимость" к этим вредностям. Теперь поставьте этих людей опять в нормальные гигиенические условия, и если приобретенные ими патологоанатомические изменения не вкоренились еще слишком глубоко в их плоть и кровь, то они опять "вживутся" в нормальные условия жизни, "отвыкнут" от прежних вредоносных раздражителей и по прошествии некоторого времени опять окажутся владельцами здоровых легких, здорового желудка, здоровой печени, здорового мозга, т. е. приблизятся к типу неизувеченного здорового человека. Но как только закончилось это перерождение, так называемое restituito ad integrum, то иммунитет ткача и золотаря к дурному воздуху, прежнего пьяницы к сивухе, курильщика к табаку и опиофага к опиуму уже исчез, и все эти патогенные влияния будут оказывать на них свое вредное действие. Таким образом, прежний иммунитет мог им достаться только ценой компромисса, известной мировой сделки с собственным организмом и непременно в ущерб его здоровью, подтверждением чего служит этиология профессиональных болезней и крайне низкая средняя продолжительность жизни ремесленников. С другой стороны, можно приспособлять организм к полезным и, укрепляющим деятелям природы и таким образом приобретать известный иммунитет посредством, например, холодных обтираний, к простуде и метеорологическим влияниям; посредством гимнастики — к мышечному утомлению; посредством самовоспитания — к жизненным дрязгам и проч. Этого рода иммунитет укрепляет и облагораживает человека, между

— 44 —

тем как иммунитет первого рода расслабляет и расшатывает организм. "Приспособление обессиливает", — говорит проф. Н. Вагнер в своих "Беспозвоночных животных Белого моря"1. "Длительное приспособление к болезненным раздражителям есть типическое вырождение", — говорит Dr. Weber2. Следовательно, с этой точки зрения временный и скоро преходящий иммунитет организма после прививки контагия натуральной или коровьей оспы, возможность которого я не отрицаю, отнюдь не составляет выражения идеального здоровья, но, наоборот, представляет состояние неустойчивого равновесия организма, борющегося за свое самосохранение — состояние, длящееся до тех пор, пока организм так или иначе не освободится от навязанной ему инфекции и не поставит себя в условия, необходимые для выздоровления. Как только это выздоровление наступило, и организм вернулся к statu quo ante, т. е. к устойчивому и прочному равновесию нормального здоровья, существовавшего до инфекции, так сейчас и прекращается иммунитет. Сколько времени длится состояние такого междуцарствия в организме после перенесенной вакцинации, неизвестно. Чем сильнее и здоровее организм, чем энергичнее его жизненная сила, тем скорее он освобождается от всех вредных насилий над его природой. Чем слабее организм и чем меньше его боевая энергия в борьбе со всеми вредностями мира, тем дольше он подчиняется вредоносному влиянию вакцинной инфекции и тем продолжительнее пребывает в болезненном состоянии, обусловленном патологическим действием на него вакцины. Из оспенных эпидемий последних лет стало несомненным, что срок такой неуязвимости в огромном количестве случаев не удерживается даже в течение одного года ввиду того, что успешно вакцинованные и ревакцинованные


1 См. "Новое время" 1885, 28 марта, № 3260. Фельетон. Научные письма Эльпе.
2 Аllgem. Med. Central-Zeitung 1882. № 52 и 53.

— 45 —

заболевали и умирали от оспы, нередко через несколько месяцев или недель после вполне удачной вакцинации. Подвергать же организм ежемесячным или хотя бы ежегодным вакцинациям, т. е. беспрерывно поддерживать в нем вакцинную болезнь, это значит подтачивать его здоровье и вести его к неуклонно верному типическому вырождению и таким образом выставлять его на добычу всем другим вредностям и болезням. Апостолы оспопрививания уверяют, что человек рождается на свет неполным и неготовым существом для будущей его земной жизни; только подвергнувшись Таинству Оспопрививания, он приближается к идеалу физического совершенства, причем этот идеал достигается им без всяких дурных последствий для организма. Ниже мы увидим ошибочность этих уверений, опровергаемых ежедневным опытом, но и теперь можно уже а рriori утверждать, что догмат Непорочного и Безболезненного Зачатия животного контагия человеческим организмом с точки зрения физиологии и гигиены есть абсурд, не требующий дальнейших опровержений.

Итак, само слово "иммунитет" в смысле искусственной невосприимчивости к инфекционным болезням нужно понимать как риторическую форму смягчения известного факта, а именно притупления жизненной энергии дорогой ценой утраты здоровья.

Вместо того, чтобы направлять свои удары к искоренению последствий бедности, нужды, голода, неурожаев и нескончаемой вереницы людских страданий, положительно содействующих существованию эпидемий и их злокачественности, и вместо того, чтобы искать причины зла и уничтожать ее в самом корне, модная паразитная теория заразных болезней оставляет в полном пренебрежении первейшие требования рациональной гигиены, оставляет все по-старому, усматривая все спасение в "шампиньонах" и "кометах", и задается единственной мыслью расплодить и рассеять по всему свету зародыши всевозможных инфекционных

— 46 —

болезней. Вместо того, чтобы уничтожать возбудителей болезни, она их увековечивает; вместо того, чтобы укреплять и сохранять организм, она его ослабляет и разрушает. Поистине злополучная идея, доказывающая не только полный застой, но наоборот, печальный регресс и несомненное оскудение этиологической терапии (Dystherapia aetiologica).

Последний вопрос, относящейся к научной стороне вакцинации: какое отношение принимает "фагоцитная теория" проф. Мечникова к учению об оспопрививании?

Эта теория основана на внутриклеточном пищеварении мезодермальных фагоцитов при разных патологических процессах. Под фагоцитами Мечников подразумевает такие клетки, которые обладают способностью активно поглощать или пожирать посторонние тела, и это физиологическое свойство известных животных клеток рассматривается им как внутриклеточное пищеварение. В наибольшей степени обладают этой способностью лимфоидные тельца и белые кровяные шарики, происходящее из среднего зародышевого листка (мезодермального). По наблюдениям проф. Мечникова1, ослабленные по способу Пастера бактерии сибирской язвы, будучи привиты кролику, усиленно пожираются теми самыми фагоцитными тельцами, которые неспособны переваривать сильных бактерий неослабленной заразы. При повторных прививках каждый раз более сильных вакцин, фагоциты приучаются постепенно справляться с такими бактериями, которых они прежде не могли преодолеть, и наконец приноравливаются к пожиранию и перевариванию бактерий неослабленной заразы, чем они, по его предположению, и предохраняют свой организм от опасного заболевания и смерти. Следовательно, между фагоцитами и бактеридиями существует взаимный антагонизм, "взаимная борьба, которая оканчивается в пользу фагоцитов в тех случаях, когда они получают возможность в значительном количестве съесть


1 "Русская медицина" 1884 №№ 24 и 25.

— 47 —

бактеридии, а в пользу последних тогда, когда они оказываются в состоянии избежать прожорливости фагоцитов. Ослабление бактеридий или усиление фагоцитов (предохранительными прививками) увеличивает шансы победы в пользу последних". Поскольку эта теория выражается в конкуренции между клетками и бактериями, она представляет точки соприкосновения с теориями Nägeli1, Grawitz'а2 и Вuchner'а3. В ней следует прежде всего отличать факт от гитотезы. О факте непосредственного наблюдения не могу ничего сказать за отсутствием моих собственных наблюдений и вследствие некомпетентности моей в микологической технике. Следовательно, мне остается принять факт наблюдения проф. Мечникова, т. е. существования вышеуказанного процесса питания фагоцитов. Но предположение его, что именно в этом постепенном приспособлении пищеварительной способности фагоцитов и заключается сущность неуязвимости, позволяю себе назвать гипотетичным и притом совершенно неудовлетворительным для объяснения, почему однократное оспопрививание может предохранить человека от оспы на всю жизнь или на многие годы, или, другими словами, каким образом фагоциты в течение 14–дневного вакцинационного процесса без всякого приспособления и вовсе не постепенно, а вдруг приучаются переваривать соответствующие бактеридии и сохраняют эту способность на неопределенное число лет? Кроме того, по мнению самого же проф. Мечникова, организм приобретает известную временную неуязвимость только в том случае, когда победа остается за фагоцитами; во втором же случае, т. е. когда борьба оканчивается в пользу бактеридий, то организм не только не предохраняется от заразы, но наоборот, еще более предрасполагается к ней. Таким образом из опытов Falk'а4


1 Die niederen Pilzе.
2 Virchow's Archiv, Bd. 84
3 Aerztl. Intelligenzblatt 1880 № 12, 13 и 14.
4 Веrl. Klin. Wochenschrift 1883 № 50

— 48 —

и Косh'а1 видно, что прививка золотухи и туберкулеза служит только к удалению из крови и разрушению фагоцитов, способных к противодействию, чем ослабляется сила сопротивления и увеличивается восприимчивость организма к патогенным условиям. Является вопрос, не то же ли самое с прививкой коровьей оспы? В борьбе фагоцитов с бактеридиями коровьей оспы за кем остается победа? Мы уже видели дурное влияние даже очень ослабленных пастеровских вакцин на животный организм; а что, если коровья оспа по отношению к фагоцитам представляет недостаточно ослабленную аттенуацию, вследствие чего внутриклеточное пищеварение фагоцитов не в состоянии переварить вакцинных бактеридий? В таком случае, результат будет тот же, что в известных опытах Оemler'а и Löffler'а2, из которых видно, что даже многократное перенесение общего инфекционного заражения сибирской язвой не только не предохраняет от заболевания и смерти от этой болезни, но даже наоборот увеличивает восприимчивость к ней.

В ожидании экспериментальной разработки этих вопросов, поищем ответ с другой стороны, с эмпирической. Тут нет недостатка в фактах, очевидно и громко говорящих, что коровья оспа не только не предохраняет человека от натуральной оспы, но наоборот, весьма значительно к ней предрасполагает. Но во всяком случай из всего вышеизложенного видно, что трудно согласиться с доктором Ахшарумовым, когда он говорит, что "научное основание оспопрививания останется всегда неприкосновенным". Неоднократно уже раздавались голоса преимущественно защитников вакцинации, будто их учение доказано научно. Между прочим, Dr. Siegel говорил в 1879 г. на съезде врачей в Эйзенахe, что "вакцинация есть благодеяние, основанное на вполне научных началах".


1 Мittheilungen aus dem K. Gesundheitsamte. Т. II.
2 Ibid. 1881.

Гомеопатический принцип в оспопрививании Часть VII      Часть IX Статистика не показывает пользы оспопрививания