Д-р Владимир Рейтц (Санкт-Петербург)

Доктор Владимир Рейтц, оспопрививание

По поводу обязательного оспопрививания. Ч. I

Санкт-Петербург,  1876
Рейтц Владимир Николаевич (1838—1904), педиатр, выпускник СПб Военно-медицинской академии, главврач Елизаветинской больницы, с 1890 г. почетный профессор Императорского Еленинского клинического института по детским болезням.

Оригинал здесь



По случаю предполагаемого введения обязательного оспопрививания в Российской Империи в Медицинском cовете была представлена заведовавшим оспопрививанием в Петербурге совещательным членом Медицинского совета доктором медицины В. С. Снигиревым записка "Об оспопрививании и о значении статистики оспопрививания". Записка эта напечатана в № 267 "Правительственного вестника" (29 ноября 1875 г.).

Нельзя не порадоваться, что представители оспопрививания желают, наконец, ознакомить общество с целью введения такой общеобязательной меры и "уяснить перед публикой действительное значение возникшего спора о пользе и вреде оспопрививания".

Это желание д-ра Снигирева имеет особое значение, потому что им вносится строгий анализ в разъяснение существующих мнений по этому вопросу; кроме того, д-р Снигирев старается перенести учение о предохранительном значении прививания на почву объективную и научную; он не довольствуется теми выводами и заключениями, которые до сих пор представлялись защитниками оспопрививания. Д-р Снигирев говорит: "Уже три четверти века, как практикуется оспопрививание, и тем не менее до сего времени оно остается не более как вопросом", а далее продолжает: "Вечно юный и вечно неразрешенный вопрос снова встал, когда оспенные эпидемии последнего времени обратили на него внимание общества. Доверие общества к предохранительной силе оспопрививания явилось до некоторой степени поколебленным, когда оно увидело, что оспенные эпидемии не только не прекращаются, но напротив делаются чаще и напряженнее, что они уносят как предохраненных прививанием, так и непредохраненных; когда оно, изумленное и до некоторой степени обманутое в своих надеждах, обращаясь к врачам, слышало от них одно, что мера эта требует повторения, чтобы быть действительной, повторения чуть ли не бесконечного: нужна вакцинация, ревакцинация, повторная ревакцинация и, наконец, необходимо прививать предохранительную оспу при появлении каждой оспенной эпидемии. Жадно прислушиваясь к голосу жрецов оспопрививания, общество слышало разное: вне эпидемии они твердили о полном уничтожении предохранительным прививанием на известный срок восприимчивости в организме к оспенной заразе, а едва начинала угрожать эпидемия, как они забывали об уничтожении восприимчивости и говорили, что нужно повторить прививание... Сами врачи осознали, наконец, беспомощность своего положения относительно вопроса об оспопрививании".

Далее д-р Снигирев говорит: "Те, которые прослыли авторитетами в этом деле, мало приложили забот, чтобы вопрос этот перенести на объективную научную почву. Все сводилось на почву личной опытности. Положение было таково, что необходимо было принимать на веру, а между тем, при первом столкновении с действительностью, при первой встрече с делом оспопрививания, все принятое на веру оказывалось призраком. Естественным последствием этого развилось стремление поставить вопрос на объективную почву, на данные статистики. Те данные, на которых дотоле покоился вопрос об оспопрививании — данные 'Синей книги' английского парламента 1857 г. — перестали считаться не только убедительными, но и просто удовлетворительными".

По поводу нового статистического материала, полученного вследствие господствования в последнее время оспенных эпидемий, д-р Снигирев полагает, что эта статистика, говорящая то в пользу, то против оспопрививания, не имеет доказательной силы. Мнение свое он основывает на том, что в приведенных статистических данных вовсе не указано какой лимфой была произведена вакцинация или ревакцинация у привитых, заболевших оспой.

По д-ру Снигиреву, так сказать, примитивное понятие "вакцинированный" в настоящее время значительно расширилось. Оно вполне соответствовало той эпохе, когда существовал и был в употреблении один только род вакцины, так называемая дженнеровская или гуманизованная, но с тех пор вошли в употребление "1) гуманизованная вакцина, 2) ретровакцина и 3) телячья вакцина, и при этом все они в двояком виде а) непосредственно прививаемая, т. е. в свежем виде, и б) сохранные"1.

"Что понятие об относительном достоинстве и предохранительном значении всех этих вакцин далеко еще не установилось, а тем менее, следовательно, может быть речь об их тождественности, видно из того, что каждая из них имеет своих защитников и антагонистов...

Мнения по этому предмету различных медицинских учреждения и компетентных лиц не только различны и противоположны, но и изменяются самым радикальным образом в относительно короткий срок времени. У нас, например, Медицинский совет заявил, что несчастные случаи передачи сифилиса через оспопрививание будут неизбежны, пока будет существовать обычай прививания человеческой оспы (гуманизованной); что единственная радикальная мера есть по возможности заменение человеческой вакцины животной (от телят), а между тем воспитательные дома продолжают прививать и гуманизованную лимфу. В свою очередь, Петербургский воспитательный дом доказывает сравнительное превосходство телячьей лимфы, непосредственно привитой от теленка, перед такой же сохраненной, называя первою живой, а последнюю мертвой, а Вольное экономическое общество усердно снабжает Россию именно сохраненной телячьей лимфой, утверждая, что они тождественны, и сам Воспитательный дом ведет продажу ее по 50 коп. за трубочку. Наконец, в 1868 г. и правительственная комиссия и Воспитательный дом положительным образом высказывались против введения в употребление ретровакцины, а между тем Центральная гомеопатическая аптека в Петербурге ведет деятельную


1 Кроме этих родов, проф. Марготта (vice-conservatore del vaccino per la provincia de Napoli) предлагает для вакцинации оспенный порошок своего изобретения, секрет приготовления которого он предлагал продать Императорскому вольному экономическому обществу за 3000 франков и который, по уверению д-ра Пари, заключает мумифицированные оспенные микрококки (записка Ф. Л. Костярева о телячьей оспе).

и прибыльную торговлю ею, рассылая ее во все концы империи...

До какой степени неясны и сбивчивы наши понятия в этом отношении, мы можем видеть из того, что такое, например, компетентное учреждение в делах оспопрививания, как Петербургский воспитательный дом, с замечательной настойчивостью и быстротой меняет свои воззрения на сравнительное достоинство разного рода вакцин. Давняя история оспопрививания за последнее время показывает это с очевидностью. В 1865 г. Петербургский воспитательный дом высказывался за ретровакцину, в сравнении ее с гуманизованной лимфой, указывая между прочими ее отличиями на то, что из всех детей, которым она была привита, не было ни одного заболевшего после оспопрививания рожистым процессом, тогда как из такого же числа привитых гуманизованной лимфой заболевших было 8 %. В 1867 г. он доказывал уже другое, что гуманизованная лимфа нисколько не утратила своей предохранительной силы и что следует прививать только ее, противодействуя всячески противным понятиям; в 1868 г., отвергнув все предыдущее, он требовал постоянного прививания коровьей оспы с телят на телят и детям только с телят, отдавая предпочтение телячьей лимфе перед всеми остальными, а в 1874 г. вновь стал утверждать, что гуманизованная лимфа превосходит все остальные.

Каковы бы ни были причины подобных колебаний и неуверенности, ясно только одно, что они существуют, и что, следовательно, мы не имеем твердо устоявшегося понятия о сравнительном достоинстве и значении разного рода лимф, употребляемых для предохранительного прививания..."

В ответах на мнение д-ра Снигирева следует заметить, что хотя и не обозначается, какой лимфой были вакцинированы лица привитые, заболевшие оспой, однако мы знаем, что в некоторых странах употребляется только одного рода лимфа; так, например, в Баварии1, Вюртемберге и Бадене правительством узаконено прививание ретровакцины. Следовательно, пользуясь статистическими данными этих государств, особенно же Баварии, можно сделать вывод о предохраняющем значении ретровакцины.


1 В Баварии уже с 1834 года вакцинация производится только ретровакциной.

По официальным данным в Баварии ежегодно было вакцинировано несколько более 70 % из нарождающегося населения (с 1861 по 1871 г. всего родилось 1 768 785, из которых 1 242 685, были вакцинированы, т. е. 70,25 %), и что почти весь недостающий % выпадает на долю детей, которые умирали в первое время после рождения и не могли, следовательно, быть вакцинированы. Население Баварии состояло в 1871—1872 году почти только из вакцинированных и значительного числа ревакцинированных.

Однако из официального отчета (Generalbericht üb. die Sanitätsverwaltung im Königr. Bayern von Dr. Majer, 1874) видно, что в 1871—1872 г. в Баварии умерло от оспы 8 062. Большинство же этих умерших были субъекты, которым с успехом было произведено оспопрививание с помощью ретровакцины1.

Таким образом, можно теперь сказать, что ретровакцина не оправдала тех надежд, которые возлагали на нее многие.

Относительно телячьей лимфы нет таких наблюдений, которые обнимали бы целые государства; прививание телячьей лимфы практикуется более в отдельных местностях, и то больше в достаточном классе населения. Наблюдения, однако, немецких, итальянских и преимущественно французских врачей, много употребляющих в последнее время телячью лимфу для прививания, говорят против профилактической силы ее, и большинство врачей отказались от ее употребления. Проф. Бон в своем "Handbuсh der Vaccination", 1875 г. на стр. 230 о телячьей лимфе говорит следующее: "Verwerflich würde zumal die allgemeine Revaccination mit einer solchen zweifelhaften Lymphe sein, und es sind verbürgte Beispiele von Variola nach der Revaccination von der Färse mehrfach mitgetheilt" (Особенно негодной оказалась массовая ревакцинация одной из таких ненадежных лимф, и неоднократно сообщалось об убедительных примерах, когда натуральная оспа появляется после ревакцинации [материалом] с телки. — А. К.)

Останется еще поговорить о гуманизированной лимфе, о предохраняющем значении которой имеется большой статистический материал, так, как этот материал собирался с начала введения


1 В Мюнхенской оспенной больнице в 1871 г. было 627 больных, из которых 575 было вакцинированных, 50 ревакцинированных и 2 невакцинированных (проф. Линдбурм, Nothwendigkeit der Zwangsrevaccination, 1872).

оспопрививания по настоящее время. Известно, что, кроме Баварии, Вютемберга и Бадена, во всех других государствах производились вакцинация и ревакцинация именно этой лимфой по преимуществу. Вследствие частого заболевания вакцинированных и ревакцинированных этой лимфой, сами защитники оспопрививания заявили о негодности этой лимфы для прививания. Д-р Снигирев говорит, "что вырождение гуманизированной лимфы доказано", между тем все-таки принуждены прибегать к употреблению гуманизированной лимфы, потому что она имеет некоторое преимущество над остальными лимфами1.

Таким образом, кажется уже и теперь можно судить о предохранительном значении разного рода лимф, употребляемых для прививания: опыт показал, что ни одна из этих лимф не имеет предохранительного значения.

Вследствие этого стали объяснять частое заболевание вакцинированных разного рода лимфами тем, что вакцинация предохраняет от оспы только в течении известного срока. Большое число наблюдений показало, однако, что такого срока не существует, что натуральной оспой заболевали удачно привитые не только через несколько лет, но зачастую и через несколько месяцев; нередко даже заболевали оспой привитые в разные периоды развития вакцинальных пустул; иногда же, с нормальным образованием вакцинных пустул, при одновременном заболевании оспой происходило нормальное развитие пустул натуральной оспы, которая протекала совершенно так, как и у непривитых. Субъективность и искусственность теории временной защиты видна уже из указаний сроков возобновления восприимчивости к заражению. Д-р Снигирев весьма справедливо замечает, что "указываемые сроки возобновления восприимчивости к заражению до такой степени различны и противоположны,


1 Гуманизованная лимфа прививается легче и дает больший процент удачных привитий; она сохраняется довольно продолжительное время, не теряя способности производить у привитых ею нормальные вакцинные пустулы; ретровакцина, а в особенности телячья лимфа, не так хорошо сохраняются; телячья лимфа совсем даже негодна для пересылки и нередко через несколько часов после взятия разлагается и делается совершенно негодной. Профессор Варломон думает даже, что телячья лимфа делается негодной для прививки уже через несколько минут после взятия от теленка.

что нет того года в жизни человека, который тем или другим автором не рассматривался как самый подходящий для ревакцинации". Один из самых ревностных защитников насильственного оспопрививания, проф. Фридберг в Бреславле, пришел на основании своих наблюдений к выводу "Da, wo eine Blatternepidemie herrscht, nimmt der Blattern-Austeckungsstoff dermassen an Wirksamkeit zu, dass er den schützenden Einfluss der vorangegangenen Vaccination vorzeitig aufhebt" (Prof. Friedberg, Menschenblattern und Schutzpockenimpfung, 1874, стр. 72) (В месте, охваченном эпидемией натуральной оспы, заразная материя приобретает такую силу, что защитное действие предшествовавшей вакцинации уничтожается досрочно. — А. К.)

Если вакцинация предохраняет от оспы только пока нет оспенной эпидемии, а при появлении таковой теряется предохраняющая сила вакцины (если даже вакцинация произведена и незадолго до появления эпидемии), то спрашивается, возможно ли уверовать вообще в предохраняющую силу прививания коровьей оспы?

Д-р Снигирев находит, что из существующих статистических данных невозможно прийти ни к какому решению и нельзя сделать правильного вывода относительно предохраняющей силы вакцины вследствие того, что в этих данных нет точных указаний, какой кто был привит вакциной и в какой ее генерации; на этом основании д-р Снигирев предлагает свою программу для собирания статистических данных об оспенных эпидемиях и оспопрививании. Программа по своей полноте и рациональности действительно могла бы служить к полному разъяснению значения оспопрививания. К сожалению, однако, мне кажется, едва ли можно получить некоторые из требуемых сведений; так, например, в пункте 9 программы сказано, что необходимо указать, какой лимфой сделано было привитие: а) гуманизованной, b) телячьей или c) ретровакциной, и притом d) непосредственно ли взятой из пустулы или сохранявшейся в трубочках или на стекле.

Добывание подобных точных сведений представляет в действительности почти непреодолимое препятствие. Но допустим, что будут устранены эти препятствия, то и тогда лишь через десятки лет мы будем в состоянии "выйти из лабиринта различных противоречащих друг другу мнений и воззрений", которые господствуют в настоящее время в учении о предохранительном оспопрививании.

Вводя в Российской Империи обязательное оспопрививание, необходимо же знать, какой лимфой следует прививать: гуманизованная, вырождение которой доказано (Снигирев), неудобна к употреблению, и кроме того, Медицинский совет справедливо заявил, что несчастные случаи передачи сифилиса через оспопрививание будут неизбежны, пока будет существоваль обычай прививания гуманизованной лимфы; против введения и употребления ретровакцины уже в 1868 году высказывались положительным образом и правительственная комиссия, и Воспитательный дом; наконец, против телячьей лимфы высказалось много авторитетов по оспопрививанию1, которые считают ее еще гораздо менее действительной, чем гуманизованная лимфа и ретровакцина, так что поневоле приходится отказаться и от телячьей лимфы.

Не имея, согласно заявлению д-ра Снигирева, никакого годного статистического материала, не зная, какая из всех родов лимф имеет настоящее предохранительное значение, странно, мне кажется, говорить о необходимости введения у нас обязательного оспопрививания. Этим законом, который потребует немало материальных жертв от населения, вводилась бы мера, польза которой более чем сомнительна; мера небезопасная, могущая повлечь за собой различные острые или хронические заболевания и даже смерть или служить одним из условий распространения сифилиса.

О значении распространенного мнения, будто между вакцинованными смертность несравненно меньше, чем между невакцинованными — мнение, которое разделяет д-р Снигирев, — я уже говорил в своих статьях2, и постараюсь бездоказательность


1 "Wie schlecht die Pariser animale Lymphe ausserhalb des Instituts sich bewährte, davon geben die französischen Aerzte unumwunden Zeugniss, welche in der grossen Blatternepidemie von 1870 häufig zu ihr griffen, und sie fast einstimmig verurtheilten. Der Conseil de salubrité, kurz vor dem Ausbruch des Krieges beschäftigt, die Ursachen der Epidemie zu studiren, klagt unter Anderm geradezu die Benutzung der animalen Lymphe an (Delpech). Auch in Oberitalien erntete dieselbe nichts weniger als Beifall, und löste sich das zu ihrer Pflege gebildete Comité in Turin nach kurzem Bestande auf." (Prof. Bohn, l. c., стр. 237).
2 Критический взгляд на оспопрививание, 1873 г. Versuch einer Kritik der Schutzpockenimpfung 1873 г. К вопросу о прививании предохранительной коровьей оспы, 1874 г.

этого воззрения разъяснить еще и в нижеследующем ответе на статью д-ра Джорджа Каррика1, напечатанную в конце 1874 года (октябрь, ноябрь и декабрь) в "Военно-медицинском журнале".

Цель этой статьи — опровергнуть те данные, которые приведены мной как говорящие не в пользу прививания предохранительной коровьей оспы, и доказать, что вакцинация есть мера вполне благодетельная, и что теперь, как заканчивает д-р Каррик свою статью, "всякий легко может убедиться в ограниченности и шаткости тех наблюдений, которыми хотят подорвать заслуженную репутацию коровьего оспопрививания". Приступая к разбору моей работы, д-р Каррик в самом начале своей статьи говорит про те положения, которые формулированы мной на основании уверений защитников оспопрививания, что они "переступают границы здравого смысла".

"Нужно заподозрить людей в крайней наивности, — продолжает д-р Каррик, — которые поддались бы на такую удочку и которые взялись бы защищать не только все тезы, но даже хоть одну из тех тез, так щедро заданных д-ром Рейтцом защитникам вакцинации" (стр. 30).

Совершенно соглашаюсь с д-ром Карриком в том, что уверения 1) что вакцинация совершенно безопасна, 2) что она никогда не служить причиной развития каких-либо последующих болезненных процессов и 3) что оспопрививание есть вполне верное средство от заболевания и смерти от оспы, действительно суть уверения далеко не доказанные и преступающие границы здравого смысла. Но, вместе с тем, я должен обратить внимание д-ра Каррика на то, что эти выводы не мной вымышлены, их постоянно делали сами же представители оспопрививания, на что совершенно ясно указывается в моей статье.

Опираясь на эти выводы как на положительное доказательство пользы и безвредности прививания предохранительной коровьей


1 Полезно ли оспопрививание? Ответ на "Критический взгляд на оспопрививание" д-ра В. Рейтца, главного врача Елисаветинской больницы, д-ра Джорджа Каррика.

оспы, защитники оспопрививания уверяют самым категорическим образом, что это доказал и повсеместный опыт, и статистические данные всех стран. Доказательством сказанного служат целые страницы моего критического взгляда, где приводятся подлинные заявления и заключения защитников оспопрививания1. Д-ру Каррику, вероятно, тоже общеизвестно, что такое же заключение было представлено и великобританскому парламенту в 1857 году Саймоном (Simon) на основании 539 отзывов, данных врачами и учеными обществами Англии, Франции, Германии, Австрии, Швеции, Дании... на запрос General Board of Health.

Эти отзывы были напечатаны в "Синей книге" (издание великобританского парламента) и из 539 отзывов всего только заявления профессора Гамерника и д-ра Вельча были против вакцинации и отвергали предохранительное значение оспопрививания. Почти все остальные на вопрос, доказано ли наблюдениями, что успешная вакцинация вполне предохраняет от заболевания натуральной оспой и доставляет почти абсолютную защиту против смерти, отвечали, что после привития вакцины нельзя захворать оспой, а тем более умереть от нее (см. стр. 43 "Критического взгляда"), а на вопрос, можно ли вследствие вакцинации, проведенной с известной осторожностью, вызвать какую-нибудь другую болезнь вместо вакцины, и может ли вакцинация быть условием передачи сифилиса, золотухи или другой какой-нибудь общей болезни, большинство отвечало отрицательно; у


1 Избегая повторений, я приведу здесь только некоторые отзывы о значении оспопрививания, помещенные в моей статье: "Благодаря вакцинации (говорит Гуфеланд в 1826 году), уже в настоящее время государства в 10-20 миллионов жителей вполне освобождены от оспы и можно быть уверенным, что если вакцинация будет введена повсеместно, то оспа совершенно прекратится на земном шаре". Председатель комиссии Французской медицинской академии Седильо, рассматривая вопрос о ревакцинации (в 1840 г.) в своих тезах, принятых тогда Французской медицинской академией, заявляет, что привитие коровьей оспы навсегда предохраняет человека от натуральной оспы и что сила вакцины неограничена и абсолютна. Это высказывал и Готе в отчете, читанном в академии в 1841 году. Проф. Деполь в 1862 году говорит: "Si tous les enfants étaient vaccinés dans les premiers jours, qui suivent la naissance, la variole, qui est déjà si rare relativement à ce qu'elle était autrefois, desparaitrait, nous en avons la conviction, d'une manière complète".

меня на стр. 20 сказано, что Шомель, Море, Райе, Ростан, Рикор, Вельпо и другие отвечали (в 1857 г.) главной санитарной комиссии в Лондоне, что оспенным ядом невозможно перенести сифилис и что вакцинный яд способен только вызывать вакцинную пустулу.

Наконец, д-ру Каррику следовало бы тоже вспомнить отзыв, данный германскому рейхстагу в 1873 году ученой комиссией (Königliche preussische wissenschaftliche Deputation für das Medicinalwesen), рассматривавшей вопрос об оспопрививании1. Вот заключения этой комиссии:

1) Die Mortalität bei der Pockenkrankheit hat seit Einführung der Vaccination bedeutend abgenommen (С момента введения вакцинации смертность от оспы значительно снизилась. — А. К.)

2) Die Vaccination gewährt für eine gewisse Reihe von Jahren einen vollkommenen Schutz gegen Pockenkrankheit (Вакцинация полностью защищает в течение ряда лет от оспы. — А. К.)

3) Die Revaccination tilgt für eine Reihe von Jahren die wiederkehrende Empfänglichkeit für die Pockenkrankheit und verschafft einen immer grösseren Schutz (Ревакцинация уничтожает на годы повторную восприимчивость к оспе и обеспечивает все возрастающую защиту. — А. К.).

4) Es liegt keine verbürgte Thatsache vor, welche für den nachtheiligen Einfluss der Vaccination auf die Gesundheit der Menschen spricht (Не представлено фактов, свидетельствующих о вредном влиянии вакцинации на здоровье людей. — А. К.)

На основании этих-то заключений, которые д-р Каррик считает за абсурд, оскорблением логики, сторонники оспопрививания достигли от правительств введения не только обязательного, но в некоторых странах даже и насильственного оспопрививания. Введение столь строгих законов, попирающих личную свободу граждан и глубоко потрясающих основы народной экономии, мотивировалось именно тем, что прививание предохранительной оспы, не представляя


1 На основании отзыва этой комиссии, имперский канцлер внес 5-го февраля 1874 года на утверждение германского парламента проект закона о насильственном оспопрививании (Entwurf eines Gesetzes über den Impfzwang); в этом законе в &sect 14 говорилось, что при появлении оспенной эпидемии правительство имеет право производить насильственное оспопрививание. Имперское правительство, встретив сильную оппозицию со стороны членов рейхстага, предоложило взамен насильственных мер ввести денежные штрафы, которыми облагались бы те, которые уклоняются от вакцинации. При голосовании, однако, § 14 со всеми его поправками был отвергнут большинством голосов.

никакой опасности, доставляет между тем положительные гарантии для совершенного уничтожения оспенных эпидемий.

Разделяя вполне с д-ром Карриком мнение, что заключения о безопасности прививания коровьей оспы и о ее предохраняющей силе совершенно не отвечают действительности и даже "абсурдны" и "оскорбляют логику", я надеюсь по крайней мере, что после вышеприведенных цитат д-р Каррик должен будет согласиться, что не мне принадлежит честь быть создателем или пропагандистом таких истин, а что неоспоримое право на это имеют только сторонники и защитники оспопрививания.

В доказательство, что оспопрививание не предохраняло и не предохраняет от заболевания натуральной оспой, мной были приведены статистические данные почти всех европейских государств с начала введения оспопрививания и по настоящее время. Я также на стр. 34 указал, что с увеличением процента привитых в населении между заболевшими оспой повсеместно увеличивался и процент привитых, достигавший уже с 50–х годов до 90 %, а в конце 60-х годов еще увеличился, и что в последнее время процент непривитых между заболевшими оспой был ничтожным, особенно между населением старше 2–3 лет, а в некоторых местах все заболевшие оспой были привитые. Д-р Каррик (на стр. 38) находит, что "это несомненный факт, относительно которого никто с д-ром Рейтцом спорить не станет, но факт, который ровно ничего не говорит против пользы вакцинации, ибо д-р Рейтц ограничивается статистикой почти только таких стран, где оспопрививание обязательно и где, разумеется, громадное большинство населения вакциновано".

Следовательно, по д-ру Каррику, заболевание натуральной оспой большого числа вакцинованных — т. е. таких лиц, которые, по мнению самого же д-ра Каррика и защитников оспопрививания, защищены от оспы — не служит доказательством, что вакцинация и ревакцинация не предохранили этих лиц от заболевания натуральной оспой, но напротив, только служит новым доказательством ее предохраняющей силы.

К сожалению, нет еще статистических данных, которые указывали бы приблизительно точно число всех заболевших оспой в Европе в течение последней эпидемии, но д-ру Каррику должно было быть известно, что не только тысячи или десятки тысяч, но далеко более миллиона лиц из привитого населения Англии, Франции и Германии заболело оспой в последнюю эпидемию (в одной Пруссии, по вычислению д-ра Гутштата, заболело оспой в 1871 г. не менее 420 000 жителей, а умерло 59 839).

При существовании таких положительных фактов, особенно имея в виду, что в числе заболевших оспой немало было детей даже самого раннего возраста, имевших знаки предохранительной оспы, и лиц ревакцинованных, действительно непонятно заявление д-ра Каррика, что "по всей вероятности, большинство жителей Европы, перенесших оспу в последнюю эпидемию, были бы защищены от этой болезни посредством более правильной и распространенной вакцинации и ревакцинации" (стр. 86).

Приведенные мной данные из отчета Парижской медицинской академии относительно вакцинации в разных департаментах Франции1, однако, далеко не говорят в пользу этого заключения д-ра Каррика. Мной было указано, что при сравнении департаментов Франции, в которых вакцинация производилась всего более, с теми, где она производилась всего менее (для сравнения были взяты по преимуществу департаменты соседние), оказалось, что "на одинаковое число родившихся, в тех 20-и департаментах, в которых всего более производилась вакцинация, заболело оспой почти в 6 раз более и умерло от оспы почти в 11 раз более, чем в тех 20-и департаментах, где меньше всего производилась вакцинация".

Кроме того, как видно было из представленной мной таблицы, и процент смертности от оспы был значительнее в тех департаментах, где всего более производилась вакцинация (из 13 094 заболевших оспой умерло 1922, т. е. 14,67 %); в тех же департаментах, где всего менее производилась вакцинация, процент смертности был меньше (из 2 329


1 Rapport présenté à M. le ministre de l'agriculture et du commerce, par l'Académie de Médecine sur les vaccinations, pratiquées en France, pendant l'année 1869, Paris, 1872.

заболевших оспой умерло 189, т. е. 8,11 %). Относительно этих цифр д-р Каррик полагает, что они вредят высказанному мнению, что оспопрививание не уменьшает распространение оспы "по той причине, что они уже чересчур много доказывают" (стр. 73).

Что вакцинация и ревакцинация не имеют того влияния на смертность от оспы, которое им приписывают, я заключил из следующего: меньший процент смертности от оспы привитых относительно непривитых в разных странах и в разные эпидемии, приводимый в доказательство защитниками оспопрививания, выведен в большинстве случаев из таких статистических данных, которые не имеют права быть приводимыми в доказательство, так как в них не соблюдено даже основное правило всякой научной статистики, а именно: не сравнивались однозначущие величины. Сравнивая почти исключительно только итожный процент смертности (т. е. все число умерших от оспы) привитых с итожным же числом непривитых, сторонники оспопрививания и д-р Каррик продолжают настаивать и по настоящее время на том, что существующий бóльший итожный процент смертности непривитых есть положительное доказательство, что если привитие коровьей оспы и не защищает от заболевания и смерти вследствие оспы, то во всяком случае оспа у вакцинованных протекает легче и дает меньший процент смертности. Я показал, что бóльший итожный процент смертности невакцинованных от оспы обыкновенно обусловливается тем, что большинство невакцинованных были дети до двухлетнего возраста, которые, как известно, и независимо от оспопрививания, дают постоянно и везде огромный процент заболеваемости и смертности. Если же сравнивать процент умерших от оспы привитых и непривитых по возрастам (а это только и допускается научной статистикой), то он был во многих случаях одинаковым, даже иногда и меньшим у непривитых, несмотря на то, что итожный процент постоянно говорил в пользу меньшей смертности привитых.

Мной было приведено немало данных из последних эпидемий, прямо подтверждающих этот взгляд: так, например, при сравнении взрослых, поступивших и умерших от variola vera в 1871 г. в Берлинской оспенной больнице, в венском Allgemeines Krankenhaus и Брестском госпитале, явствует, что из 820 взрослых вакцинованных и ревакцинованных умерло 256, т. е. 31,2 %, а из 86 непривитых умерло всего 23, т. е. 26,7 %; из приведенных мной цифр, доставленных д-ром Мюллером о берлинской эпидемии 1871 года, было видно, что прививание коровьей оспы нисколько не защитило жителей Берлина ни от заболевания оспой, ни от смерти вследствие этой болезни (в Берлине в последнюю эпидемию, продолжавшуюся около 18 месяцев, умерло от оспы 6 478 человек). Я указал также на тот факт, что число вакцинованных детей, даже моложе года, заболевших оспой, было значительно, и что процент их смертности равен 55,3 %, а невакцинованных — 61,82 %; далее, что в этой же таблице Мюллера было показано, что детей в возрасте со 2–го и до 6–го года было одержимых оспой вакцинованных 1 012, из которых умерло 385, т. е. 38,04 %, а невакцинованных детей в том же возрасте было 1 214, из них умерло 491, т. е. 40,44 %; в возрасте же от 4–х до 5–ти лет процент смертности вакцинованных был 39,43 % (из 175 умерло 69), а невакцинованных 33,77 % (из 151 умерло 51). Эти данные, указывающие столь ясно, что процент смертности детей привитых и непривитых был почти одинаков, обнаруживают еще значительность смертности вакцинованных детей до годовалого возраста, в котором предохраняющая сила вакцины должна бы быть всего сильнее и в котором о ревакцинации не может быть и речи. Данные эти, очевидно, скорее говорят против оспопрививания, чем в пользу его. Даже такой защитник введения насильственного оспопрививания, как профессор Фридберг, на основании своих наблюдений и приводимых им статистических данных, приходит к заключению, что процент смертности от оспы привитых и непривитых детей до годовалого возраста почти одинаков: "In dem 1 Lebensjahre kommen bei Geimpften verhältnissmässig nicht viel weniger Todesiälle vor, als bei Ungeimpften" (На первом году жизни число умерших привитых ненамного меньше, чем таковое непривитых. — А. К.) (стр. 71, l. c.).

Следующая часть По поводу обязательного оспопрививания