Д-р Владимир Рейтц (Санкт-Петербург)

Доктор Владимир Рейтц, оспопрививание

К вопросу о прививании предохранительной коровьей оспы. Ч. I

Военно-медицинский журнал, 1874, № 120, стр. 31–43
Рейтц Владимир Николаевич (1838—1904), педиатр, выпускник СПб Военно-медицинской академии, главврач Елизаветинской больницы, с 1890 г. почетный профессор Императорского Еленинского клинического института по детским болезням.





В "Военно-медицинском журнале" за январь 1874 года появилась статья Г. И. Беневоленского "Несколько замечаний" по поводу моей брошюры "Критический взгляд на оспопрививание". Заявляя в самом начале статьи о плодотворности статистического метода в исследовании такого рода вопросов, которые не разрешаются обыкновенным путем опыта и наблюдения, г-н Беневоленский переходит к разбору моей работы. Он говорит: "Цель д-ра Рейтца в его статье 'Критический взгляд на оспопрививание' — разрушить доверие к этой профилактической мере... Наиболее тревожат г. Рейтца изданные по этому предмету строгие законы и положения, а особенно насильственное оспопрививание".

Далее г. Беневоленский поместил взятую из моей статьи таблицу, которая, по его уверению, представлена мной для наглядного убеждения в том, что я вижу "причину громадной смертности детей в Баварии и Вюртемберга именно в том обстоятельстве, что вакцинация в этих странах производится повсеместно и в раннем детском возрасте".

Рассмотрев эту таблицу, г. Беневоленский говорит следующее: "Государства же, который тут сравниваются, находятся в таких неодинаковых условиях, что приписывать бóльшую или меньшую смертность детей одних перед другими только одному оспопрививанию было бы крайне опрометчиво".

Я совершенно согласен с г-м Беневоленским, что подобный вывод из рассматриваемой таблицы был бы не только опрометчивым, но даже и непозволительным. Удивляюсь, почему г-н Беневоленский приписывает мне выводы, которые я впервые мог прочитать в его статье? У меня на стр. 41 сказано: "Не довольствуясь уверением о безопасности вакцинации, оспопрививатели уверяют, что она (вакцинация) уменьшила смертность от всех болезней и что она даже предохраняет от различных, преимущественно эпидемических болезней". Затем приведено мной несколько цитат, доказывающих, что некоторые авторы приписывают вакцинации еще бóльшее благотворное влияние на человечество. Вслед за тем я говорю: "И если бы действительно смертность детского возраста уменьшилась благодаря вакцинации, то, конечно, всего более благотворное ее влияние, а, следовательно, и меньшая смертность детей была бы в тех странах, где вакцинация производится повсеместно и в раннем детском возрасте; такими счастливыми для оспопрививателей странами считаются Бавария и Вюртемберг. Обращаясь к статистическим данным, мы находим, однако, противное, что наглядно видно из предлагаемой таблицы".

Таким образом каждый читатель убедится, что из приведенных моих слов лишь следует, что введение вакцинации не произвело того благотворного влияния на уменьшение смертности от всех болезней, которое приписывали ему приверженцы оспопрививания. Откуда же г. Беневоленский вывел заключение, что я приписываю "только одному оспопрививанию" причину громадной смертности детей в Баварии и Вюртемберге?

На стр. 69 моей статьи приведены слова д-ра Клесса, который утверждает, что "в Вюртемберге смертные случаи от оспы до введения вакцинации считались ежегодно без исключения тысячами (слова эти напечатаны даже курсивом), в иные годы даже несколькими тысячами; в первые же десятилетия после введения вакцинации число смертных случаев редуцировалось на ничтожные цифры". В опровержение этих слов мной сравнены 5–10-летние периоды до введения вакцинации с такими же после ее введения, причем оказалось, что в период от 1780 до 1785 г. (до введения вакцинации) умерло от оспы 5678 человек, а с 1802 до 1807 года, т. е. после введения вакцинации, умерло 11 565 человек; далее, в 10-летний период 1780–1790 г. умерло от оспы в Вюртемберге 13 364, а в 1800–1810 г. умерло от оспы 21 699 человек.

Приводя подобные же сравнения и для Штутгарта, я сказал: "Мы увидим, насколько имел основания д-р Клесс утверждать, что смертность от оспы до введения вакцинации ежегодно без исключения была весьма значительна".

Очевидно, что все эти сравнения были приведены лишь с целью показать, до какой степени увлекаются некоторые оспопрививатели, как, например, д-р Клесс, который утверждает противное тому, что говорят им же самим напечатанные официальные цифры.

Г. Беневоленский, не поняв моего желания опровергнуть слова д-ра Клесса, думает, что я из этих сравнений пришел "к заключению о большей смертности от оспы в настоящее время, чем в прошедшем столетии".

Я не старался доказать в моей работе незначительность смертности от оспы в прошлом столетии, а, напротив того, указывал на то, что "с половины 18-го столетия до конца его, оспа в некоторых странах, особенно в Англии, Франции и Швеции, стала господствовать беспрерывно и давала громадную смертность" (см. стр. 63). В моей работе я стремился выяснить, что причина этой большой смертности зависела главным образом от распространения обычая прививать натуральную оспу (инокуляции).

Теперь, мне кажется, можно сказать, что крайне опрометчиво со стороны г. Беневоленского так поверхностно относиться к добровольно взятой на себя обязанности "оказать посильную помощь читателю в оценке представленных ему (в моей статье) статистических данных" (стр. 18).

Г. Беневоленский заявляет, что он не находит у меня самых необходимых числовых данных и ставит мне постоянно в укор, что при указании мной числа заболевших и умерших от оспы между вакцинованными и невакцинованными нет всего числа тех и других. Напрасно г. Беневоленский не потрудился перед напечатанием своей критической статьи ознакомиться, существуют ли требуемые им данные, которые, по его убеждению, пропущены и скрыты мной. Далее, при некотором знакомстве с литературой этого вопроса и сравнении приведенных мной данных с источниками, можно было бы убедиться, что требуемые г. Беневоленским цифры не могли быть мной показаны, так как их не существует в литературе.

На этот пробел в оспенной статистике я обратил внимание членов Венского 3-го международного медицинского конгресса; мной было именно указано на необходимость собирания статистического материала по оспенному вопросу таким способом, чтобы в местности, где собираются данные относительно оспы, было определяемо общее число привитых и непривитых. За неимением в настоящее время надлежащего материала для решения вопроса по оспопрививанию, я предложил конгрессу отсрочить его решение до следующего конгресса.

Кстати, скажу здесь еще несколько слов по поводу конгресса. В некоторых журналах и газетах было объявлено, что III Международный медицинский конгресс высказался почти единогласно в пользу общего обязательного оспопрививания. Что касается до этого единогласия, то я должен обратить внимание на то обстоятельство, что из общего числа членов конгресса (около 800 человек) по крайней мере половина участвовала при обсуждении вопроса об оспопрививании, и из этой-то половины только 161 человек участвовали в голосовании (155 подали голос за предложение об обязательной вакцинации, а 6 голосов было против), а остальные, после предложения высказаться об общем обязательном оспопрививании не только воздержались от подачи мнения при голосовании, но некоторые из них внесли даже протест, прося отменить состоявшееся решение и подвергнуть этот вопрос новому, более правильному голосованию. Несмотря на решение, состоявшееся в пользу обязательного оспопрививания, предложение о насильственном оспопрививании потерпело в начале настоящего года поражение при издании нового закона об оспопрививании для Германской империи. § 14 этого закона отвергнут 2/11 марта сего 1874 г. в германском рейхстаге большинством голосов, а также отвергнуты и денежные штрафы, которыми хотели обложить уклоняющихся от оспопрививания1.

Переходя к дальнейшему разбору представленных мной статистических данных, Г. Беневоленский на стр. 23 говорит: "Чтобы удобнее было по данным самого автора судить о значении вакцинации, мы воспользуемся его таблицей, отчасти сократив ее, отчасти дополнив необходимыми нам вычислениями". Затем следует моя таблица с объяснительным текстом г. Беневоленского: "Из этой таблицы мы видим, что процент заболеваемости (оспой) у вакцинованных в отношении к невакцинованным представляется: бóльшим в возрасте до 1 года — 2,1 и 1,5, меньшим в возрасте старше 1 года — 1,53 и 2,63, и таким же для всех рассматриваемых детей вообще — 1,59 и 2,05", и на стр. 24 г. Беневоленский продолжает:

Чтобы оценить значение оспопрививания, мы предполагаем, что данным вакцинованным детям оспа была бы не привита, а невакцинованным, наоборот, она была бы привита; затем по соответствующим процентам заболеваемости определяем число заболевших оспой у тех и других и вычисляем отсюда разность, происходящую вследствие вакцинации или невакцинации тех же самых субъектов. Так, в возрасте от 1 до 1,5 лет было принесено вакцинованных 1035 детей; мы предполагаем их невакцинованными и по проценту заболеваемости оспой для невакцинованных этого возраста (1,6) определяем число детей, который в этом случае при невакцинации должны были бы заболеть оспой; полученные 16 заболевших сравниваем с количеством их (14), которые имеются в действительности, когда дети были вакцинованы. Результат сравнения этих чисел дает нам разницу 2, т. е., что если 1035 вакцинованных детей от 1 до 1,5 лет были бы непривиты, то мы имели бы вместо 14 заболевших оспой 16; следовательно, вакцинация в данном случае предохранила от заболевания двух детей. Мы не делаем таких вычислений для детей моложе года, так как разница в общем числе их у вакцинованных и невакцинованных слишком значительна (877 и 5871); преимущество, которое здесь оказывается на стороне невакцинации, прямее всего объяснить случайностью, которая имеет громадное значение для небольших сравнительно цифр. Таким образом, из данных самого г. Рейтца мы должны прийти к убеждению в пользе вакцинации.

Этот же крайне оригинальный статистический прием г. Беневоленский применил также и к приведенной мной мюллеровской таблице смертности от оспы у вакцинованных и невакцинованных в берлинскую эпидемию 1871 года. Он уверяет, на основании своих расчетов, что если бы 179 вакцинованных детей (из которых умерло 55,3 %) в возрасте до 1 года были бы невакцинованы, то их умерло бы 109, а не 99, как это показывает действительность; а будь 723-м невакцинованным привита предохранительная оспа, их умерло бы только 399, вместо 437, умерших в действительности (т. е. 61,82 %).

Приведенные здесь выписки из статьи г. Беневоленского указывают не только на оригинальность его метода вычисления, но особенно поражают и способом применения этого метода, придуманного с целью опровержения выводов, вытекающих из моих чисел. Так, г. Беневоленский по совсем неуважительной причине упустил применение своих расчетов к детям моложе одного года.

Вследствие этого я сам испытал приложение нового метода г. Беневоленского в этим цифрам. Вот что оказывается: в возрасте до одного года было принесено в Елизаветинскую детскую больницу вакцинованных 877 детей; мы предполагаем их, по примеру г. Беневоленского, невакцинованными, и по проценту заболеваемости оспой для невакцинованных этого возраста (1,5%) определяем число детей, которые в этом случае — при невакцинации — должны были бы заболеть оспой; оказывается, что должно было бы заболеть 13, тогда как в действительности заболело 19; следовательно, вакцинация, если придерживаться способа доказательства г. Беневоленского, была бы причиной заболевания еще 6-и детей.

Применяя тот же прием и к 5871 невакцинованным того же возраста, мы увидим, что если бы они были вакцинованы, то по проценту заболеваемости оспой вакцинованных этого возраста (2,1) из них заболело бы оспой 123, тогда как в действительности невакцинованных заболело только 89; следовательно, если бы эти дети были вакцинованы, их бы захворало оспой (основываясь на вычислениях по методу г. Беневоленского) 34-я больше, чем в действительности.

Сравним теперь, насколько точно и последовательно г. Беневоленский применяет придуманный им метод в двух взятых им примерах, т. е. к моей таблице и к таблице д-ра Мюллера. Мы находим, что при разборе моей таблицы он отбрасывает все цифры, относящиеся до детей моложе 1-го года, во избежание "случайности" при разборе "сравнительно небольших цифр", между тем как "эта небольшая цифра" представляет 6748 случаев (877 вакцинованных и 5871 невакцинованных); при рассмотрении же таблицы Мюллера он берет для сравнения цифры, относящиеся до детей моложе 1-го г., и при этом не боится той же случайности, несмотря на то, что эта цифра еще значительно меньше, именно 902 (176 вакцин. и 723 невакц.) и не боится значительной разницы в общем числе вакцинованных и невакцинованных. Не придавая значения небольшим сравнительно цифрам, он применяет свой метод к цифре 1035 вакцинованных и, видимо, радуется своему выводу, что вакцинация предохранила 2-х от заболевания оспой, так как, по его вычислению, должно было бы заболеть 16, а в действительности заболело 14.

Мы применили метод г. Беневоленского к детям до годового возраста и пришли к результату совершенно противоположному, именно, должны были захворать 123 невакцинованных, если бы они были вакцинованы, а заболело только 89.

Из этого становится очевидным, почему г-н Беневоленский не применил своего способа вычисления в детям моложе года: относясь к цифрам небеспристрастно, он подбирал те из цифр, который могли бы подтвердить его мысль. Следовательно, сам г. Беневоленский поступил прямо противоположно тому, что он говорил на стр. 35 о беспристрастном отношении к статистическим цифрам.

Автор статьи "Несколько замечаний", может быть, убедится, что такими своеобразными вычислениями вопросы научной статистики не могут быть решаемы и никогда не будут иметь доказательной силы.

После применения своих вычислений к мюллеровской таблице, г. Беневоленский вполне убеждается в том, что вакцинация спасла значительное число жителей Берлина (именно 1825) от верной смерти. Он не подумал о существовании других обстоятельств, влияющих на смертность, из которых некоторые были указаны мной, а именно, на стр. 53 сказано:

Нужно заметить, что упущено из виду еще весьма важное обстоятельство, имеющее громадное влияние на смертность не только от оспы, но и от других заразительных болезней, а именно общее состояние здоровья до заболевания. Известно, что прививают оспу лишь здоровым, все же хилые и слабые исключаются. Неудивительно будет, что при заболевании тех и других оспой последние должны дать больший процент смертности, который, следовательно, не будет зависеть от непривития, а будет обусловливаться общим состоянием здоровья. К тому же никто не может оспаривать, что большое число непривитых принадлежит к самым бедным классам народонаселения, а коль скоро захварывает бедный, дурно питающийся, живущий в дурной гигиенической обстановке, то понятно, что у него какая бы острая болезнь ни развилась, всегда она будет вести к более трудным формам, дающим и больший процент смертности.

Следующая часть К вопросу о прививании предохранительной коровьей оспы