Д-р Пьер Шмидт (Швейцария) |
![]() |
Малые дозы – великие результаты.
The Homœopathic Recorder, 1929; vol. XLIV, 4:221–226, 5:327–329 |
Оригинал здесь СЛУЧАЙ ПЕРВЫЙ Мой старый школьный товарищ, ветеринар д-р Ферреоль, услышав что-то о таинственной гомеопатии, спросил меня: "В чем же суть гомеопатии? Заслуживает ли этот метод внимания? — Еще бы! Конечно, заслуживает, — воскликнул я, — ведь гомеопатия побеждает излечимые заболевания, опираясь на закон, который позволяет ей не отравлять пациента. — Но, — возразил он, — это прекрасно для людей, которые верят во все, что пожелают, а способны ли минимальные дозы хоть как-то действовать на животных? — Все очень просто! — ответил я. — Предлагаю не спорить о теориях, а рассмотреть факты. Сначала результаты, а потом обсуждения!" Как раз в то время мой друг столкнулся с несколькими тяжелыми случаями, которые сильно его беспокоили. Речь шла об эпидемии заболевания свиней в хозяйстве, где содержалось более ста двадцати животных. Многие из них уже пали. Срочно вызванный 30 января 1928 года, он произвел вскрытие свиньи, только что погибшей в судорогах. При вскрытии были обнаружены геморрагический гастроэнтерит с воспалением пейеровых бляшек и брыжеечных лимфатических узлов, геморрагический нефрит и прежде всего поражение эндокарда и миокарда, позволившее поставить диагноз хронической формы рожи свиней. Поскольку эритема отсутствовала, можно было предположить белую форму рожи свиней. Бактериологическое исследование подтвердило диагноз, обнаружив Bacillus rhusiopathiae suis. При возникновении рожи свиней в хозяйстве серотерапию проводят не только заболевшим животным, которых обычно бывает немного, но и всему поголовью в профилактических целях. Поэтому 4 февраля он приступил к поголовной иммунизации соответствующей сывороткой, специально заказанной им из Федерального института гигиены в Берне. Каждому животному вводили от 8 до 50 мл сыворотки в зависимости от его массы. В результате через два дня заболели еще восемь свиней, причем у них были клонические судороги. Во время приступов свиньям пускали кровь из ушей, чтобы уменьшить застойные явления в нервных центрах. Ферреоль обратил внимание, что кровь во время судорог вытекала буквально несколько секунд и сразу останавливалась, что подтверждало его диагноз хронической формы рожи свиней, главным проявлением которой является эндокардит. После кровопускания состояние животных улучшилось, и он решил дождаться результатов иммунизации. Через два дня его срочно вызвали на ферму, где он встретил свинаря в полном отчаянии. Тот готовил инструменты, чтобы зарезать восьмерых свиней, о которых выше шла речь и у которых снова появились судороги. Еще одна свинья массой около 50 кг с трудом выползла в проход между станками, легла на спину и оставалась в состоянии опистотонуса в течение двух часов. Хозяин стал сомневаться в компетенции моего друга и тайно позвал другого ветеринара, который подтвердил диагноз и безапелляционно заявил, что все потеряно, любое лечение бесполезно, а всех больных животных надо как можно скорее уничтожить. Таким образом, речь шла об инфекционном заболевании, вызванном специфической бактерией, диагноз был совершенно очевидным. Лечение проводилось в соответствии с современными представлениями об этом заболевании, но результаты были неудачными. Приговор был прост: пожертвовать этими животными, так как наука признала их неизлечимыми. Здесь нельзя не повторить ставшие классическими слова Ганемана: "Когда речь идет о священном искусстве врачевания, пренебрегать учением — преступление!" На этот раз речь шла не о человеческих жизнях, а о животных, которых необходимо было спасти, поскольку финансовые потери были огромны. Вырастить этих молодых свиней стоило немалых средств, а теперь, хотя они были еще слишком молоды для забоя, их приходилось уничтожать. Болезнь уже распространилась на эти девять новых случаев, и можно было ожидать появления новых. Нетрудно представить себе состояние хозяина и свинаря. Именно с этими случаями д-р Ферреоль и обратился ко мне, предлагая доказать на них действенность гомеопатии. Я принял этот вызов. Наблюдались следующие симптомы:
Все эти симптомы можно найти буквально теми же словами на стр. 32, 34 и 41 первого тома "Руководящих симптомов", опубликованных в 1879 г. д-ром Герингом, аллопатом, перешедшим в гомеопатию. Эти симптомы вызывает Aconitum napellus. Поскольку Belladonna по своей токсикологической картине обнаруживает большое сходство с описанными выше симптомами, я предложил провести следующий опыт:
Все это было в точности исполнено. Самым поразительным было то, что уже через 20 секунд после одной дозы Aconitum судороги у лежащей посреди хлева свиньи прошли, к огромному удивлению свинаря, ставшего свидетелем этого невероятного зрелища. Животное неподвижно пролежало пять часов, после чего без всякой помощи встало, подошло к корыту и как ни в чем не бывало съело всю свою еду. Судороги больше не повторялись, и с тех пор свинья оставалась совершенно здоровой. (Это 200-е разведение, господа, было приготовлено мной самим, то есть было не из тех лекарств, о происхождении, а особенно о способе приготовления которых мы ничего не знаем. Это была не настойка Aconitum, подвергнутая двухсоткратному встряхиванию, а препарат, изготовленный по правилам Ганемана, прошедший двести разведений и энергично встряхивавшийся на каждом шаге разведения. Исходная настойка была приготовлена из растений, собранных в высокогорной части массива Юра, во влажной и холодной местности, незадолго до полного цветения.) Вы скажете, что это простая случайность. Но послушайте, что произошло дальше. У всех свиней, получивших как Aconitum, так и Belladonna, судороги прекратились сразу, однако на следующий день у двух свиней, помеченных черным крестом, судороги возобновились. На этот раз они были тоническими, а не клоническими, и значительно слабее прежних. Поскольку судороги все же не прошли, я предложил дать этим двум свиньям раствор Aconitum 200C, десять капель на стакан воды (возобновление судорог показало, что Belladonna не была достаточно подобна данному случаю, чтобы обеспечить стойкое излечение). На этот раз отношение к нашему ветеринару полностью изменилось, доверие было восстановлено, а победа была одержана. Через сорок восемь часов после назначения Aconitum в свинарнике воцарилось полное спокойствие. Однако на следующее утро моего друга срочно вызвали на вскрытие внезапно умершей свиньи. Это было то самое контрольное животное, которое мы не пометили. Все остальные были совершенно здоровы. Через месяц после этого интересного эксперимента (ибо он вполне заслуживает такого названия) среди леченых свиней произошел небольшой рецидив, от которого всем была дана новая доза Aconitum 200C. Поросята, рождавшиеся от последних переболевших рожей свиней, но излеченных Aconitum, один за другим погибали вскоре после рождения, что причиняло владельцу хозяйства значительный ущерб. Вскрытие большинства павших поросят и бактериологическое исследование подтвердили у них то же заболевание, которым страдали их матери. Поэтому всем последующим поросятам сразу после рождения назначали по одной дозе Aconitum 200C. Через неделю мы обнаружили, что из одиннадцати леченых поросят умер всего один, а остальные десять, благодаря Aconitum, стали набирать вес, и приступов у них не было. Спустя еще пятнадцать дней нам сообщили, что у одного поросенка из последней группы отмечались сильные тонические судороги, длившиеся четверть часа. Еще одного поросенка из этого помета забили во время судорожного приступа. При вскрытии не обнаружили поражения внутренних органов, но нашли огромную гематому на уровне восьмого грудного позвонка с искривлением позвоночника. Несмотря на Aconitum, погибло еще несколько поросят. Анализируя состояние абсолютно всех поросят, мы отметили, что через восемь дней у всех отмечались лихорадочные приступы, и нельзя было отрицать благотворного действия Aconitum, ведь до использования последнего погибло тридцать поросят. Но гомеопатия еще не исчерпала свои ресурсы, ведь если действие Aconitum заканчивается, то можно применить так называемое хроническое лекарство, которым для данной ситуации будет Sulphur в 200-м сотенном разведении, и который мы и дали всем больным и переболевшим обитателям свинарника. Теперь, когда прошло уже три месяца, можно говорить об удивительных результатах. После одной дозы нашего хронического лекарства не отмечалось ни одного случая смерти или заражения. Эти случаи тяжелой болезни, не поддававшиеся обычным методам, были излечены гомеопатическими препаратами, подобранными согласно закону подобия, а количество излеченных животных, хотя и не исчислялось тысячами, но все равно дает пищу для размышлений, поскольку великолепно иллюстрирует и подтверждает закон подобия. Болезнь, которую классическая медицина объявляет неизлечимой, не заслуживает такого приговора, если еще не были испробованы гомеопатия или другие неофициальные методы. Гомеопатия не претендует на излечение всех так называемых неизлечимых болезней, у нее тоже есть свои пределы. Однако она открывает такие возможности, что честный и добросовестный врач не вправе ими пренебрегать. Препараты в столь высоких разведениях не могли бы оказывать никакого действия, если бы их применение не основывалось на научном законе. СЛУЧАЙ ВТОРОЙ Сатириаз и импотенция. Племенной бык, 2 года. Этот бык всегда успешно использовался для случки, и все покрытия заканчивались стельностью коров. Однако в последнее время у него появились извращенные половые возбуждения. Например, когда его выводили на водопой, он стремительно бросался к выходу, через который обычно выводили коров для случки. Убедившись, что его вывели не для этого, он вновь бросался назад и мастурбировал, трением задних ног вызывая эякуляцию. По словам скотника, это происходило два-три раза в день. Когда к нему приводили корову, то он, несмотря на эрекцию, не мог проникнуть в нее, а эякуляция не наступала, несмотря на сильное возбуждение. Такое состояние причиняло владельцу значительные финансовые убытки, поскольку племенной бык, несмотря на свою высокую стоимость и использование исключительно в воспроизводстве, при сдаче на бойню стоит сравнительно недорого. С точки зрения аллопатической медицины подобные случаи считаются неизлечимыми, и единственным выходом признается кастрация, что фактически лишило бы животное его основной хозяйственной ценности. Такое состояние полового возбуждения в сочетании с импотенцией и онанизмом прекрасно соответствует одному гомеопатическому лекарству, вызывающему похожие симптомы у здоровых мужчин: Delphinium staphysagria. Соответственно, д-р Ферреоль дал утром быку одну дозу Staph. 200C в глобулах. Через четыре дня он был в отличном состоянии и вновь мог нормально покрывать коров, к великому облегчению своего владельца и ветеринара. Можете подсчитать стоимость этого излечения, если я сообщу, что бык был куплен за 600 долларов, а мясник давал за него от 160 до 180 долларов. Этой финансовой потери не случилось благодаря одной дозе Staph. в 200-й сотенной потенции. СЛУЧАЙ ТРЕТИЙ Двигательный паралич с чумкой у немецкой овчарки семи месяцев. Болеет два месяца чумкой с такими симптомами: Температура. Катаральные симптомы мочевой системы. Одышка. Гнойные выделения из глаз и носа. Потеря аппетита. Чередование поноса и запора. Хозяин давал всевозможные аллопатические средства с ипекакуаной, слабительные и сиропы, но результатов не было, если не считать подавления некоторых симптомов и прогрессирования спастической параплегии задних лап. При осмотре обратили на себя внимание: Спастика мышц. Дрожь в конечностях. Выраженный парез задних лап. Повышение рефлексов. Симптомы только в течение дня. Животное мало пьет. Ухудшение от холодного воздуха. Ухудшение после движения. Шаткая, очень неуверенная походка. Д-р Ферреоль провел реперторизацию, для которой подобрал непатогномоничные симптомы, и выбор пал на Agaricus muscarius, который лучше всего соответствовал случаю и обладал указанными симптомами. И в самом деле, все эти спастические и паретические симптомы вместе с необычным ухудшением от холода мы найдем в патогенезе данного ядовитого гриба. 15 июня 1928 г. был дан Agaricus muscarius 200C, одна доза в десять капель. Через пять дней собака, неспособная подниматься вверх по ступенькам, смогла это делать, хоть и с трудом. Пес меньше шатался, но все еще часто заваливался на правую сторону при ходьбе. Через одиннадцать дней после первой дозы у собаки стали сильно гноиться глаза, и хозяин поспешил в аптеку за глазными каплями, которые д-р Ферреоль поспешил вылить в раковину. Собака больше не заваливалась, хотя все еще немного пошатывалась, она могла легко подниматься по ступеням, бегать, прыгать и играть с другими псами. Общее состояние значительно улучшилось. Предполагалось, что Agaricus будет действовать 40 дней, с момента назначения этого лекарства шло постепенное улучшение и мы просто наблюдали за его действием, разрешив при этом промывать глаза кипяченой водой. Через пятнадцать дней после первого и единственного назначения пес был здоров. 13 июля 1928 г., через четыре недели после первой дозы, мы навестили нашего друга, и отметили, что с ним все отлично. Он ходил, бегал и вел себя как все собаки. Из глаз еще были скудные выделения, но мы не стали назначать местное лечение, поскольку знали, что это обычное течение чумки, в которое не стоит вмешиваться. Всем ветеринарам известно о постепенном развитии и тяжести последствий чумки со стороны нервной системы. Это излечение было полным и постоянным. Было ли 200-е сотенное разведение Agaricus слишком слабым для этого случая? Разве этот случай не подтверждает закон подобия? Разве он не демонстрирует симптомы этого опасного гриба? Разве он не доказывает эффективность высоких разведений, назначенных по ганемановским правилам? Разве он не демонстрирует, что единственной дозы вполне достаточно, чтобы излечить даже очень тяжелое заболевание, если мы дадим организму время отреагировать на назначенное лекарство? Хотя с количественной точки зрения двух случаев, описанных в предыдущем номере журнала, вместе с настоящим случаем недостаточно, все они, будучи проведенными с соблюдением строгих экспериментальных требований, превосходно иллюстрируют этот великий общий закон — закон подобия. Именно этот закон вместе с наблюдениями, позволившими установить его и подтвердить его справедливость, дает гомеопатии право называться наукой и самостоятельным терапевтическим методом. Лекарственные вещества, применяемые в соответствии с этим законом и изучаемые по ганемановскому методу, становятся точно определенными средствами, действие которых на здорового человека и применение у больного уже не являются столь изменчивыми, как это имеет место в аллопатической терапии. Не успевают средства так называемой официальной школы прославиться и быть провозглашенными при своем появлении едва ли не чудодейственными, как вскоре начинается их упадок, и они исчезают, не оставив после себя, как правило, ничего, кроме своих недостатков, или, как выразился французский фармаколог Пуше, "своих дурных результатов". Напротив, гомеопатические лекарства не зависят ни от веяний моды, ни от экстравагантных новшеств. После того как их действие надежно установлено экспериментальным путем, они становятся подлинными лекарственными средствами, а врачи-гомеопаты, знающие их и умеющие ими пользоваться, остаются им верны. Вот что говорит Ганеман в предисловии к "Чистой Материи медике" ("Важное замечание для моих рецензентов", т. II, "Materia Medica Pura", 1880, R. E. Dudgeon, Ed.): Гомеопатия всецело полагается на опыт. Подражайте мне, но делайте это добросовестно, и вы на каждом шагу увидите подтверждение моих слов. Ни одна Материя медика, ни одна медицинская система, ни один способ лечения еще не добился или не смог добиться такого. Прошу вас судить по результатам. |