Д-р Лев Бразоль (Санкт-Петербург)

Д-р Лев Бразоль

Мнимая польза и действительный вред оспопрививания.
Критический этюд

Санкт-Петербург, 1884

— 38 —

"вакцинован" переправлена в "невакцинован"; а против "выздоровевших" пометка "невакцинован" переделана в "вакцинован". По словам Ойдтмана, такие невероятные корректуры находятся на большей части всех оспенных таблиц, доставшихся ему на усмотрение. В Англии также многократно обнаружены случаи, с точным обозначениием имен детей, родителей, свидетелей, их общественного положения и места жительства, случаи занесения вакцинованных с успехом в таблицу "невакцинованных", когда они умирали от оспы. После многих таких изобличений, причинявших много толков, противникам оспопрививания было, наконец, отказано в проверке оригинальных оспенных листов.

Дальше идти уже некуда в этом направлении.

Кроме того, что касается списков заболеваемости, то фактически точного счисления заболевающих от оспы нигде и никогда не было, нет и быть не может, уже по одному тому, что большая часть легких и известная часть более тяжелых форм оспенных заболеваний — по небрежности ли окружающих, или по недоверию к медицине, или вследствие несовершенства организации или по иным причинам - не доходят вовсе до врачебного контроля; а другая очень большая часть заболеваний заведомо утаивается, чему служат многочисленные и неопровержимые свидетельства из Берлина, Милана, Бадена, Вюртемберга и из многих других мест13. По словам защитника оспопрививания Guttstadt14 в одном Берлине из 5 000 с лишком умерших от оспы 1 500 не попали в списки заболеваемости. Также и в Милане число заболевших от оспы в 1871 г. показано в 4 4671715, между тем как в одном госпитале принято и находилось в пользовании 4 800 оспенных больных.

Таблицы смертности от оспы заслуживают большего

— 39 —

доверия, потому что больного можно скрыть, а мертвого нельзя. Но с одной стороны из достоверного числа всех вообще умерших не так-то легко узнать точное число умерших именно от оспы, потому что обозначение причины смерти не везде обязательно для врача, а в маленьких городах и селах погребение мертвых допускается даже без врачебного свидетельства. С другой стороны, по существующим таблицам смертности в лучшем случае можно только видеть, что в данное время умерло столько-то оспенных больных в таком-то возрасте. Но что именно составляет причину смерти, самая ли оспа, или какая-либо другая раньше приобретенная или врожденная, или к оспе присоединившаяся болезнь, этого не видно. Наконец, и это самое важное, отделения вакцинованных от невакцинованных между заболевшими и умершими от оспы по возрастам и срокам вакцинации до 1870 г. не существует вовсе. Только в некоторой степени удовлетворяют этому требованию позднейшие таблицы Мюллера, Келлера и Флинцера, страдающие зато другими недостатками, в разбор которых я тут входить не могу.

Имеющийся налицо материал еще не созрел для статистической разработки. Если от статистики требуется серьезный ответ, кто сравнительно больше заболевает от оспы, вакцинованные или невакцинованные, то нужно знать не только точное число в известный период времени заболевших вакцинованных и невакцинованных, но также и точное число всех вообще вакцинованных и невакцинованных, в данное время живущих в границах известной территории. По словам же Лоринзера, расчет привитых и непривитых жителей известной местности основан только на гадательных предположениях; число же заболевших от оспы совершенно неизвестно, или известно очень неточно; и у этих заболевших, кроме того, нельзя утвердительно сказать, вакцинованы ли они или нет, и если да, то с каким успехом. Для статистического исследования не достает основного условия — надежных единиц. Однако положительно против предохранительного значения

— 40 —

вакцинации говорят следующие факты. На основании оригинальных листов из Кельна, Эльберфельда, Везеля, Трира, Дюрена, Крефельда, Бохума, Гладбаха, Дюссельдорфа, Бармена и проч., Ойдтман приводит доказательство, что во всякой эпидемии, большой или малой, первый заболевающий есть каждый раз вакцинованный или ревацинованный. Также и в хронологической последовательности заболеваний навакцинованные младенцы первого года вступают поздно, так что эпидемия может продержаться несколько недель или месяцев, прежде чем из большого количества этих невакцинованных одногодовалых младенцев хоть один заболеет оспой. Так, в Любеке от 18 января по 6 апреля 1881 г. заболело от оспы 48 лиц, все вакцинованные, из которых умерло 7. Из невакцинованных заболел только один ребенок 4-х месяцев под № 17 на 29-й день от начала эпидемии, заразившийся от своей вакцинованной матери; он выздоровел. По сведениям от городского врача, при начале эпидемии в городе находилось 1 427 невакцинованных детей, из которых не заболел ни один. То же самое наблюдение было сделано и в Англии, и таким образом теория скопления невакцинованных субъектов, как первоначального ядра заразы и причины последующего заболевания вакцинованных, оказалась не только совершенно неверной, но и обратно противоположной. Из этих фактов вытекает скорее то заключение, что не будь вакцинованных, оспа, может быть, не коснулась бы и невакцинованных.

Что же касается самого главного аргумента в пользу вакцинации, а именно, что процент смертности от оспы между вакцинованными значительно ниже, чем у невакцинованных, примерно, у вакцинованных 2–12%, а у невакцинованных 20–25%, то раньше было мной уже достаточно обнаружено, на каком глубоком заблуждении построены все эти аргументы. Хронический и неисправимый порок, лежащий в основе этого заблуждения, есть полная разнородность сосчитываемых случаев.

Резюмировать все вышесказанное на этот счет можно в следующих пунктах:

— 41 —

а) Между невакцинованными сосчитываются все те дети, которые слишком малы или слишком слабосильны и болезненны, чтобы быть вакцинованными; между тем как между вакцинованными находятся уже старшие и крепкие дети. Первые вообще подвержены громадной смертности, независимо от вакцинации; вторые же имеют гораздо более низкую смертность. В Швейцарии, напр., годовая смертность детей ниже одного года равняется 240 рrо millе, а в возрасте свыше одного года 20 рrо millе; следовательно, в вопросе о смертности, первые представляют объект совершенно различный от вторых, потому что они имеют в 12 раз больше шансов умереть в течение года, чем вторые. Значит, сравнивать их между собой нельзя.

b) Вакцинация пренебрегается гораздо больше в бедных, чем в состоятельных классах; вследствие чего огромное большинство невакцинованных детей рождаются, выкармливаются и воспитываются при гораздо худших гигиенических условиях, чем вакцинованные дети; следовательно, и помимо вакцинации у первых должна быть гораздо большая смертность, чем у вторых.

с) Между невакцинованными взрослыми находятся все те, которые не были вакцинованы в молодости по причине золотухи, туберкулеза, хронических сыпей, малокровия, худосочия и общей болезненности и слабости; все субъекты, физически надорванные, принадлежащее большею частью к беднейшему классу пролетариев и имеющие в своей среде огромную смертность помимо того или другого влияния вакцинации.

d) Между взрослыми, умершими от оспы, бывает очень трудно, а иногда невозможно решить, был ли данный субъект вакцинован или нет, и если да, то с каким успехом. Официальный документ об оспопрививании редко бывает налицо, а отсутствие рубцов есть критерий очень неверный, потому что наружный вид и свойство этих рубцов зависят не от успешности или безуспешности вакцинации, а от возраста и телосложения вакцинованного субъекта. На первых месяцах жизни у грудных младенцев,

— 42 —

а также и у слабосильных детей старших возрастов вообще очень часто развиваются только маленькие, плоские, поверхностные оспины, рубцы которых вскоре совершенно исчезают, не оставляя для объективного наблюдателя никаких следов перенесенной операции. Таким образом, встречается большое количество случаев неопределенных или сомнительных насчет вопроса о вакцинации, и которые тогда сортируются по произволу врача. Можно спорить 1000 против 1, что все эти сомнительные больные в случае выздоровления попадают в рубрику вакцинованных, в случай же смерти — невакцинованных. Поэтому все таблицы, не содержашие в себе отдельной рубрики для сомнительных случаев, имеют вообще очень двусмысленное значение, потому что зависят от субъективного воззрения и вкуса наблюдателя. Все же таблицы, не принимающие во внимание возрасты вакцинованных и невакцинованных, особливо в первые годы жизни, не имеют абсолютно ни малейшего научного значения, как показано мной выше.

Лучшая оспенная статистика есть бесспорно статистика Келлера, о которой я упоминал. В ней мы видим категории вакцинованных, ревакцинованных, вовсе не вакцинованных, сомнительных и имевших уже натуральную оспу; кроме того, все заболевшие и умершие распределены по 13-ти ступеням возраста. И вот эта лучшая статистическая работа по оспопрививанию говорит против вакцинации, а именно: в первые годы жизни, т.е. в том возрасте, когда оспопрививание должно было бы обнаружить свой полную силу, мы именно тут находим резкую разницу в пользу невакцинованных. Процент смертности до 1-го года у вакцинованных 57,14, у невакцинованных 43,78; от 1 до 2 лет у вакцинованных 52,05, у невакцинованных же только 38,96.

С тех пор, как оспенная статистика ведется с бóльшим пониманием дела, т.е. с начала 70-х годов, с тех пор ежегодно увеличивается число фактов, опровергающих веру в предохранительное значение вакцинации. Так,

— 43 —

например16, при сравнении взрослых, поступивших в больницы и умерших от натуральной оспы в 1871 г. в Берлинской оспенной больнице, в венском Allgemeines Krankenhaus и в Брестском госпитале, явствует, что из 820 взрослых вакцинованных и ревакцинованных умерло 256, т.е. 31,2%, а из 85 невакцинованных умерло 23, т.е. всего 26,7%.

Если вообще приписывать значение статистике, то из всего вышесказанного очевидно, что она скорее говорит против оспопрививания, нежели в пользу его, и таким образом защитники оспопрививания беспощадно побивают самих себя своим собственным оружием в тех самых укреплениях, откуда они думали сразить своих противников.

В виду таких отрицательных результатов, любители оспопрививания давно уже настаивают на необходимости ревакцинации. Предохранительная сила вакцинации сначала должна была действовать всю жизнь, потом только 20 лет, потом 15, 10 и 5 лет. Но в последние эпидемии 70-х годов стало ясным, что и 5-ти летний срок чересчур велик, потому что от оспы сплошь и рядом заболевали и умирали дети спустя три, два года, даже спустя год или часто несколько месяцев после успешной вакцинации. Наконец, профессор Фридберг в Бреславле, известный защитник принудительного оспопрививания в своем сочинении о предохранительной вакцинации говорит, что вакцинация предохраняет от оспы только до тех пор, пока нет оспенной эпидемии, а "при появлении оспенной эпидемии оспенный яд приобретает такую силу заразительности, что уничтожает предохранительную силу предшествовавшей вакцинации"17. Из этого ясно, что предохраняющая сила вакцинации равняется нулю, и то, чего не может дать вакцинация, понятно, не может быть достигнуто посредством ревакцинации.

Итак, грубейшая арифметическая ошибка, с невежественным упорством производимая многочисленными профанами

— 44 —

из врачей в течение многих десятилетий над тысячами и миллионами фальшивых по себе цифр, привела в конце концов к такому неимоверному искажению истины, какому едва ли найдется другой пример в длинной истории человеческих заблуждений. Трудно даже квалифицировать свойство этого заблуждения: оно перешло уже в суеверие. Бороться с ним может только время и умственное просвещение массы; а взвесить всю его тяжесть можно только по рассмотрении 4-го параграфа, касающегося "безвредности" оспопрививания, к чему мы теперь и приступим.

4. Предохранительное действие вакцинации достигается без особенного вреда для организма.

Королевская прусская ученая комиссия по медицинской части представила в 1874 году в германский рейхстаг свое мнение насчет пользы вакцинации, и один из заключительных пунктов этого мнения, под влиянием которого находились члены парламента, вотируя закон об обязательном оспопрививании, гласит так: "Нет ни одного достоверного факта, который говорил бы за вредное влияние вакцинации на здоровье человека". Правда ли?

Мы уже видели всю отрицательную сторону оспопрививания, т.е. всю по меньшей мере бесполезность оспопрививания, как меры общественной гигиены. Теперь нам остается показать, что предполагаемая предохрана отдельных лиц не может быть достигнута без вреда и опасности для их здоровья.

Ведь вакцинация есть ничто иное, как инфекция. Прививая детям оспу, мы на самом деле имеем намерение вызвать у них болезнь: мы именно желаем, чтобы они перенесли вакцинную оспу, т.е. родственную и, может быть, только ослабленную форму человеческой оспы, для того чтобы избавить их от большей опасности натуральной оспы. Но без смертных случаев, говорит Куссмауль18,

ПРИМЕЧАНИЯ

13 См. выше стр. 6.
14 Berl. klin. Wochenschrift 1872 № 53.
15 Dell'Aqua, Jahresbericht von Virchow und Hérch pro 1872. Bd. II стр. 207.
16 Рейтц l.с. стр. 14–15.
17 Prof. Friedberg Menschenblattern und Schutzpockenimpfung 1874. стр. 72.
18 l.с. стр. 89–90.

предыдующая часть  Предыдущая часть    Следующая часть  следующая часть