Питер Батлер

Питер и Хилари Батлер

Хилари Батлер

Просто укольчик

Перевод Марии Веденеевой (Санкт-Петербург)

30. За все приходится платить

Да, всегда была и до сих пор есть цена работы Хилари.

Создание книги означало, что описываемые в ней события должны были ожить для нас заново. И это повлияло на нас по-разному.

Я предпочел бы забыть многие вещи, которые произошли за последние двадцать лет. Воспоминания о них болезненны. И все же меня уговорили упомянуть несколько таких "дорогостоящих" тем. Я сделал это, скрепя сердце.

Многие, как я уже говорил, осознанно или неосознанно воспринимают Хилари как "достояние общественности". Наибольшую проблему представляют собой, конечно, представители новостных средств массовой информации. У них всегда сжатые сроки для встречи и желание максимально выжать все, что только можно, из "горячей" новости. Однако и организаторы встреч, семинаров и конференций виноваты не меньше тех, кто добывает информацию.

Во многих случаях оказывалось, что посторонние люди гораздо лучше меня знали о том, что делает или о чем думает моя жена. Очень часто о назначенной встрече я узнавал из случайно подслушанного телефонного разговора.

Не будет преувеличением сказать, что за весь день у нас с Хилари находилось лишь десять-пятнадцать минут для обсуждения чего-нибудь важного. Кому-то надо было сидеть с детьми в течение дня, а также быть дома, пока они спят, и эту роль мог выполнять только я. Если встречи организовывались поздно (а их нередко проводили довольно далеко от дома, так что иногда поездка занимала несколько часов), я вынужден был доверить мою Хилари заботам того, кто ее вез. Часто это означало ее возвращение только под утро.

Из-за целого ряда различных обстоятельств и ситуаций, я так ни разу и не получил возможность послушать выступление моей знаменитой жены на общественной встрече или конференции. Недавно я пересматривал некоторые записи давнишних выступлений Хилари и осознал, как быстро пролетели годы. Я смотрел на ее оживленную и страстную речь. Смотрел на ее милый хвостик (когда она делала его), пытался вспомнить ее такой, какой она была тогда, и меня переполняли эмоции. Мне было уже не вернуть те дни, когда приходилось быть в некотором смысле лишь зрителем на расстоянии.

Хотя наши дети уже не требовали постоянного внимания, годы меня настигли, и ночные поездки с поздними бдениями стали слишком утомительны; и снова мне пришлось довольствоваться фото- и видеозаписями выступлений моей красавицы жены.

Эмоциональное и физическое напряжение, вызванное разными "историями", общением с СМИ, "противостоянием", часто отражалось на здоровье Хилари, и в этих случаях моя роль заключалась в том, чтобы помочь ей собрать себя по кусочкам и снова "встать на ровный киль".

Одним из самых трудных испытаний для меня за эти годы были моменты острого одиночества, даже если у Хилари была при этом активная "деятельность". Длинные телефонные разговоры протяженностью в несколько часов; в те дни, когда она часами сидела у компьютера, простые спонтанные разговоры зачастую сводились до минимума, а совместные дела часто пресекались неожиданным телефонным звонком или полученной электронной почтой.

У меня до сих пор проблема с "языковым барьером"! Я много писал об этом, но я по-прежнему всего лишь наивный, обычный человек, который испытывает трудности с лексикой и профессиональным жаргоном, которые Хилари освоила за годы исследований. Она очень хорошо разбирается в предмете и может высказывать свое мнение по вопросам, поднимаемым медицинской системой, фармацевтическими компаниями и т.д. Это стало ее жизнью. Она находит общий язык с людьми по всему миру, занимающимися подобной работой. Они говорят на одном языке, когда общаются по телефону или по электронной почте. Без сомнения, это стимулирует, и это важно для тех, кто занят одним делом.

Не так уж много людей говорили мне или нашим сыновьям "спасибо", выражая благодарность за "использование" Хилари.

Может, с полдюжины. Хорошо помню женщину, которая позвонила специально, чтобы лично поблагодарить меня за те жертвы и неудобства, которые наша семья вынуждена была терпеть.

Чуткость таких, как она, во многом помогала нам продолжать.

Что нас ждет в будущем?

Будет ли работа Хилари расти, как снежный ком?

Не лучше ли подумать о том, чтобы разделить с Хилари те годы, когда я уйду на покой? Иметь возможность вместе заниматься здоровьем, равно как и другими вопросами первоочередной важности?

Если когда-нибудь в будущем нам с вами доведется встретиться, я бы не стал все усложнять! Я бы с удовольствием встретился после всех этих лет.

предыдущая часть Глава 29   оглавление Оглавление   Глава 31 следующая часть