![]() |
Питер и Хилари Батлер (Новая Зеландия) |
![]() |
Просто укольчикНовая Зеландия, 2006 |
||
| Перевод Марии Веденеевой (Санкт-Петербург) |
XXX. ЗА ВСЕ ПРИХОДИТСЯ ПЛАТИТЬДа, всегда была и до сих пор есть цена работы Хилари. Создание книги означало, что описываемые в ней события должны были ожить для нас заново. И это повлияло на нас по-разному. Я предпочел бы забыть многие вещи, которые произошли за последние двадцать лет. Воспоминания о них болезненны. И все же меня уговорили упомянуть несколько таких "дорогостоящих" тем. Я сделал это, скрепя сердце. Многие, как я уже говорил, осознанно или неосознанно воспринимают Хилари как "достояние общественности". Наибольшую проблему представляют собой, конечно, представители новостных средств массовой информации. Им необходимо соблюдать сроки сдачи материалов, и они стремятся извлечь максимум из каждой "горячей" новости. Однако и организаторы встреч, семинаров, практических занятий и конференций, как и те, кто обращается за информацией, тоже далеко не безупречны. Во многих случаях оказывалось, что посторонние люди гораздо лучше меня знали о том, что делает или о чем думает моя жена. Очень часто о том, что уже было решено и организовано, я узнавал, случайно услышав часть телефонного разговора. Не будет преувеличением сказать, что иногда нам с Хилари за целый день удавалось выкроить всего десять-пятнадцать минут для содержательного разговора. Кто-то должен был быть рядом с детьми днем и оставаться дома, пока они спали, и эту роль мог выполнять только я. Если встречи организовывались поздно (а их нередко проводили довольно далеко от дома, так что иногда поездка занимала несколько часов), я вынужден был доверить мою Хилари заботам того, кто ее вез. Часто это означало ее возвращение только под утро. Из-за целого ряда различных обстоятельств и ситуаций я так ни разу и не получил возможность послушать выступление моей столь востребованной жены на общественной встрече или конференции. Недавно я пересматривал некоторые записи давнишних выступлений Хилари и осознал, как быстро пролетели годы. Я смотрел на ее оживленную и страстную речь. Смотрел на ее милый хвостик (когда она делала его), пытался вспомнить ее такой, какой она была тогда, и меня переполняли эмоции. Мне было уже не вернуть те дни, когда приходилось быть в некотором смысле лишь зрителем на расстоянии. Хотя за нашими детьми уже не требовалось присматривать, годы меня настигли, и ночные поездки с поздними бдениями стали слишком утомительны; и снова мне пришлось довольствоваться фото- и видеозаписями выступлений моей красавицы жены. Эмоциональное и физическое напряжение, вызванное разными "историями", общением с СМИ, "противостоянием", часто отражалось на здоровье Хилари, и в этих случаях моя роль заключалась в том, чтобы помочь ей собрать себя по кусочкам и снова "встать на ровный киль". Одним из самых трудных испытаний для меня за эти годы были моменты острого одиночества, даже если у Хилари была при этом активная "деятельность". Долгие телефонные разговоры, порой по несколько часов, а теперь и многочасовая работа за компьютером, простые спонтанные разговоры зачастую сводились до минимума, а совместным занятиям часто мешали неожиданный телефонный звонок или электронное письмо. Между нами по-прежнему существует своего рода "языковой барьер"! Я уже упоминал об этом, но я по-прежнему всего лишь простодушный неспециалист, который испытывает трудности с лексикой и профессиональным жаргоном, которые Хилари освоила за годы исследований. Она очень хорошо разбирается в предмете и может высказывать свое мнение по вопросам, поднимаемым медицинской системой, фармацевтическими компаниями и т. д. Это стало ее жизнью. Она находит общий язык с людьми по всему миру, занимающимися подобной работой. Они говорят на одном языке, когда общаются по телефону или по электронной почте. Без сомнения, это стимулирует, и это важно для тех, кто занят одним делом. Немногие люди благодарили меня или наших сыновей за то, что могли пользоваться помощью Хилари. Может, с полдюжины. Хорошо помню женщину, которая позвонила специально, чтобы лично поблагодарить меня за те жертвы и неудобства, которые наша семья вынуждена была терпеть. Чуткость таких, как она, во многом помогала нам продолжать. Что нас ждет в будущем? Будет ли работа Хилари расти, как снежный ком? Разве не естественно надеяться, что годы после моего выхода на пенсию мы с Хилари сможем проводить вместе? Иметь возможность вместе заниматься вопросами здравоохранения, равно как и другими вопросами первоочередной важности? Если мы когда-нибудь встретимся, давайте обойдемся без лишних сложностей! После стольких лет мне было бы очень приятно. |